Дело № 773-П05 ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ г.Москва 30 ноября 2005 года Президиум Верховного Суда Российской Федерации в составе:
Председательствующего - Верина В.П., членов Президиума - Жуйкова В.М., Карпова Петроченкова А.Я., Свиридова Ю.А., Серкова П.П. - А.И., Кузнецова В.В., рассмотрел уголовное дело по надзорной жалобе осужденного Мусихина М.И. на приговор Краснодарского краевого суда от 27 апреля 2001 года, по которому МУСИХИН Михаил Иванович, родившийся 9 августа 1953 года в п.Магнитка Курейнского района Челябинской области, несудимый, осужден по ст. 105 ч.2 п. «в» УК РФ к 15 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с исчислением срока отбывания наказания с 26 сентября 2000 года.
В соответствии со ст.97 ч.1 п. «г» УК РФ к Мусихину М.И. применена принудительная мера медицинского характера - принудительное лечение от алкоголизма.
Этим же приговором осуждены Кислин В.С. по ст. 161 ч.1 УК РФ, Фетисов В.И. по ст.ст.111 ч.З п. «а», 131 ч.1, 33 ч.4, 161 ч.2 п. «б» УК РФ, Коршиков В.А.
по ст.316 УК РФ, надзорных жалоб от которых не поступало.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 17 октября 2001 года приговор в отношении Мусихина М.И.
изменила, исключила из осуждения по квалифицирующему признаку убийства «лица, заведомо для виновного находившегося в беспомощном состоянии» нахождение его в состоянии тяжелой степени алкогольного опьянения.
В надзорной жалобе осужденным поставлен вопрос о состоявшихся в отношении него судебных решений.
пересмотре Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Мещерякова Д.А., изложившего обстоятельства уголовного дела, содержание приговора и кассационного определения, мотивы надзорной жалобы и вынесения постановления о возбуждении надзорного производства, мнение заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Кехлерова С.Г., полагавшего надзорную жалобу удовлетворить, Президиум Верховного Суда Российской Федерации
установил:
с учетом внесенных в приговор изменений, Мусихин признан виновным в убийстве Квача А.Н., заведомо для него находящегося в беспомощном состоянии в связи с получением им большого количества телесных повреждений.
Преступление, как указано в приговоре, совершено им при следующих обстоятельствах.
24 сентября 2000 года, около 18 часов, в ходе совместного распития спиртных напитков Мусихин сообщил Кислину и Фетисову о своих неприязненных отношениях с Квачом. Фетисов предложил Мусихину поговорить с Квачом и разрешить вопрос по-хорошему.
Мусихин согласился, и все трое на мотоцикле Мусихина поехали в домовладение № 1 по ул.Набережной в х.Большевик Тихорецкого района Краснодарского края.
Зайдя в помещение, где также находились Ломанцева и Винников, спавшие после употребления спиртных напитков, Фетисов прошел в комнату, где спал Квач, и ударил его кулаком по туловищу, отчего тот упал на пол. Тогда Фетисов и Мусихин стали наносить Квачу множественные (не менее 25) удары руками и ногами по голове, шее, туловищу и конечностям. Кислин также нанес Квачу несколько ударов руками и ногами в различные части тела. Установить тяжесть телесных повреждений, причиненных потерпевшему, не представилось возможным.
После этого Фетисов и Мусихин привезли Коршикова, подтвердил, что избитый осужденными человек, действительно, Квачом.
который является Затем Фетисов стал обливать Квача водой, чтобы привести его в чувство, и вместе с Мусихиным снова стали избивать потерпевшего, нанося ногами удары в различные части тела, причинив ему телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.
Мусихин, оставаясь в доме, выйдя за рамки предварительной договоренности с Фетисовым и Кислиным, понимая, что Квач в связи с причинением ему тяжких телесных повреждений не способен оказать сопротивление, с целью лишения его жизни ногой наступил на шею лежащего на полу Квач а и продолжал так стоять около 3-х минут, причинив ему телесные повреждения. Полагая, что наступила смерть Квача, Мусихин вышел из дома и сообщил Фетисову и Кислину, что убил Квача.
Около 21 часа Мусихин, взяв с собой Коршикова, возвратился в дом с целью сокрытия трупа Квача и обнаружил, что тот жив. С целью доведения своего умысла до конца Мусихин накинул на шею Квача веревку, затянул петлю и завязал узел. В результате механической асфиксии после сдавления органов шеи петлей наступила смерть Квача. После этого Мусихин и Коршиков погрузили труп Квача в мотоцикл и вывезли сначала в домовладение, в котором они проживают (ул.Коммунаров, 12, х.Большевик), а на следующий день, около 7 часов утра, отвезли труп в карьер на окраине х.Большевик, где Мусихин его захоронил.
В своей надзорной жалобе осужденный Мусихин просит пересмотреть судебные решения, постановленные в отношении него, так как полагает, что его действия квалифицированы неправильно.
По его мнению, суд не дал оценки заключению судебно-медицинского эксперта о нахождении потерпевшего в состоянии тяжелого алкогольного опьянения. О тяжести же причиненных Квачу телесных повреждений он знать не мог. Поэтому утверждение, что он заведомо знал о нахождении потерпевшего в беспомощном состоянии, является несостоятельным.
Рассмотрев данную надзорную жалобу, Президиум Верховного Суда Российской Федерации находит, что доводы осужденного Мусихина заслуживают внимания.
Как видно из приговора, квалифицируя действия Мусихина по п. «в» ч.2 ст. 105 УК РФ, суд исходил из того, что убийство Квача совершено им как лица, заведомо для него находящегося в беспомощном состоянии. Беспомощное состояние выражалось в тяжелой степени алкогольного опьянения Квача и получении им большого количества телесных повреждений, в связи с чем в силу своего физического и психического состояния он не мог защитить себя, оказать активное сопротивление.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации, как сказано выше, исключила из приговора указание суда о том, что тяжелая степень алкогольного опьянения потерпевшего Квача относится к беспомощному состоянию, и признала таковым только факт его избиения с причинением тяжкого вреда здоровью.
По смыслу закона (п. «в» ч.2 ст. 105 УК РФ) нахождение лица (потерпевшего) в состоянии алкогольного опьянения, действительно, не признается беспомощным состоянием и выводы кассационной инстанции в данной части являются обоснованными.
Однако выводы суда и кассационной инстанции, что беспомощное состояние Квача выразилось «в получении им большого количества телесных повреждений, поэтому он не мог в силу своего физического и психического состояния защитить себя, оказать активное сопротивление», не соответствуют закону и материалам дела.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, потерпевшему Квачу до причинения ему смерти, как правильно отмечено в приговоре, были причинены телесные повреждения, в том числе повлекшие тяжкий вред здоровью (т.1 л.д. 159-162).
Одновременно судебно-медицинский эксперт констатировал, что при этом потерпевший находился в тяжелой степени алкогольного опьянения.
Из показаний потерпевших Ломанцевой и Винникова усматривается, что, «когда Квача стали избивать, он не сопротивлялся, так как был сильно пьян» (т.З л.д. 7, 9).
Осужденный Кислин на предварительном следствии и в суде также подтвердил, что «Квач был сильно пьяный и поэтому никак не сопротивлялся, он даже говорить не чюг» (т.1 л.д.71; т.З л.д.41).
Изложенные данные свидетельствуют о том, что потерпевший еще до начала его избиения и причинения ему телесных повреждений находился в состоянии (не по вине осужденного), в силу которого и не мог оказать сопротивления Мусихину.
Поэтому в данном конкретном случае квалифицирующие признаки п. «в» ч.2 ст. 105 УК РФ отсутствуют. Действия Мусихина охватываются диспозицией ст. 105 ч.1 УК РФ как убийство на почве неприязненных отношений и с целью избежать мести.
Доводы Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации о том, что в действиях осужденных, связанных с избиением потерпевшего, и в действиях Мусихина, направленных на лишение потерпевшего жизни, имеется разрыв во времени; эти действия были направлены на реализацию различного умысла и носили самостоятельный характер, а потому действия осужденного квалифицированы правильно, являются несостоятел ьн ыми.
По смыслу закона лицо должно находиться в беспомощном состоянии до нападения на него. Кроме того, обосновывая квалификацию действий Мусихина, суд пришел к выводу, что умысел на убийство Квача возник у Мусихина непосредственно во время его избиения. Преступление, начатое Мусихиным как менее тяжкое, переросло в более тяжкое, поэтому причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего охватывается составом преступления, предусмотренного ст. 105 УК РФ, и дополнительной квалификации по ст.111 ч.З п. «в» УК РФ не требуется. При таких обстоятельствах п. «в» ч.2 ст.Ю5 УК РФ не должен применяться.
Кроме того, из приговора должно быть исключено указание о применении к Мусихину М.И. в соответствии со ст.97 ч.1 п. «г» УК РФ принудительной меры медицинского характера - принудительного лечения от алкоголизма, так как Федеральным законом от 8 декабря 2003 года № 162-ФЗ п. «г» из ст.97 ч.1 УК РФ исключен.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.407, 408 ч.1 п.6 УПК РФ, Президиум Верховного Суда Российской Федерации постановил 1. Надзорную жалобу осужденного Мусихина М.И. удовлетворить.
2. Приговор Краснодарского краевого суда от 27 апреля 2001 года и определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 17 октября 2001 года в отношении Мусихина Михаила Ивановича изменить, переквалифицировать его действия со ст. 105 ч.2 п. «в» УК РФ на ст. 105 ч.1 УК РФ, назначив по ней 14 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Исключить применение к Мусихину М.И. принудительной меры медицинского характера в виде принудительного лечения от алкоголизма, предусмотренного ст.97 ч. 1 п. «г» УК РФ.
В остальном судебные решения о нем оставить без изменения.
Председательствующий В.П. Верин /