ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 34-В05-33
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
¿C Л2.2005г.
г. М о с к в а Судья Верховного Суда Российской Федерации Пчелинцева Л.М., рассмотрев истребованное по надзорной жалобе представителя Акционерного коммерческого Сберегательного банка Российской Федерации Жилина Е.Р.
дело по иску Головенкова Р.Н. к Акционерному коммерческому Сберегательному банку Российской Федерации в лице Мурманского отделения № 8627 о восстановлении процентной ставки по детскому целевому вкладу,
установил:
Головенков Р.Н. обратился в суд с вышеуказанным иском к Акционерному коммерческому Сберегательному банку Российской Федерации в лице Мурманского отделения № 8627, ссылаясь в обоснование своих требований на то, что 3 января 1994 года в Мурманском отделении № 8627 Сберегательного банка Российской Федерации Головенкова Л.В. открыла детский целевой вклад № Н-311 на сумму 15 ООО рублей на имя несовершеннолетнего Головенкова Р.Н. сроком на 10 лет со ставкой 190 % годовых. В дальнейшем процентная ставка по вкладу банком неоднократно снижалась и в конечном итоге была снижена до 16 % годовых. Полагая, что указанные действия банка незаконны, существенно нарушают его права, просил возложить на банк обязанность восстановить процентную ставку по вкладу в размере 190 % годовых.
Ответчик иск не признал.
Решением Октябрьского районного суда г. Мурманска от 11 мая 2004 года на АК Сберегательный банк Российской Федерации в лице Мурманского отделения № 8627 возложена обязанность восстановить процентную ставку 190 % годовых по детскому целевому банковскому вкладу № Н-311, внесенному Головенковой Л.В. на имя Головенкова Р.Н., начиная с 3 января 1994 года до окончания срока действия вклада - до 3 января 2004 года.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Мурманского областного суда от 3 ноября 2004 года решение суда оставлено без изменения.
В надзорной жалобе представитель Акционерного коммерческого Сберегательного банка Российской Федерации Жилин Е.Р. просит отменить состоявшиеся по делу решение Октябрьского районного суда г. Мурманска от 11 мая 2004 года и определение судебной коллегии по гражданским делам Мурманского областного суда от 3 ноября 2004 года и отказать в удовлетворении исковых требований Головенкова Р.Н., не передавая дело для нового рассмотрения.
Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 20 октября 2005 года дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации.
Дело надлежит передать для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции - в президиум Мурманского областного суда.
В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для отмены или изменения судебных постановлений нижестоящих судов в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права.
В надзорной жалобе представитель Акционерного коммерческого Сберегательного банка Российской Федерации Жилин Е.Р. указывает на то, что судом были допущены существенные нарушения норм материального права, выразившиеся, по его мнению, в следующем.
Разрешая спор и удовлетворяя иск Головенкова Р.Н., суд исходил из того, что ответчик не вправе был в одностороннем порядке снижать процентную ставку по срочным банковским вкладам и Головенкова Л.В. при заключении договора банковского вклада не была ознакомлена с условием договора о праве Сбербанка России в одностороннем порядке изменять процентную ставку по детскому целевому вкладу.
Между тем, как указывает в надзорной жалобе представитель Акционерного коммерческого Сберегательного банка Российской Федерации Жилин Е.Р., выводы, положенные в основу обжалуемых судебных постановлений, основаны на неправильном толковании и применении норм материального права и не соответствуют обстоятельствам дела.
Как указывает в надзорной жалобе заявитель, договор банковского вклада был заключен между Головенковой Л.В. и ответчиком 3 января 1994 года, то есть до введения в действие с 1 марта 1996 года части второй Гражданского кодекса Российской Федерации.
Статья 395 Гражданского кодекса РСФСР, действовавшего на момент заключения и исполнения договора банковского вклада, устанавливала, что граждане могут хранить денежные средства в государственных трудовых сберегательных кассах и в других кредитных учреждениях, распоряжаться вкладами, получать по вкладам доход в виде процентов или выигрышей, совершать безналичные расчеты в соответствии с уставами кредитных учреждений и изданными в установленном порядке правилами.
Статьями 29 и 39 Закона РСФСР от 2 декабря 1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности в РСФСР» предусматривалось, что отношения между банком и клиентами носят договорной характер. Данные нормы наделяли банк правом самостоятельно устанавливать процентные ставки по операциям банков, а также определять условия, на которых они осуществляют операции по приему вкладов от населения.
Как указывает в жалобе заявитель, на дату заключения Головенковой Л.В. договора целевого вклада на детей условия размещения вкладов населения в Сберегательном банке Российской Федерации определялись Инструкцией Сбербанка России от 30 июня 1992 года № 1-р «О порядке совершения учреждениями Сберегательного Банка Российской Федерации операций по вкладам населения», пункт 1.6 которой закреплял за Сбербанком России право в зависимости от уровня инфляции и дохода Банка увеличивать или уменьшать процентные ставки по вкладам в одностороннем порядке.
Таким образом, вышеназванная Инструкция наделяла Сбербанк России правом самостоятельно изменять процентные ставки по целевым вкладам на детей.
Согласно пункту 2 статьи 57 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик от 31 мая 1991 года № 2211-1, действовавших на момент заключения между Головенковой Л.В. и отделением Сбербанка России договора детского целевого вклада, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение условий договора не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных договором или законодательством.
Вышеприведенная норма предусматривала возможность включения в договоры банковского вклада по согласованию с вкладчиком условия о праве банка на изменение условий договора в части процентной ставки по вкладу.
В надзорной жалобе представитель Акционерного коммерческого Сберегательного банка Российской Федерации Жилин Е.Р. утверждает, что в договоре, заключенном между Головенковой Л.В. и отделением Сбербанка России, содержалось условие о возможности изменения банком процентной ставки по детскому целевому вкладу.
В соответствии со статьей 422 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.
Если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.
Запрет на одностороннее изменение банком процентных ставок введен пунктом 3 статьи 838 части второй Гражданского кодекса Российской Федерации, вступившей в силу после заключения договора между Головенковой Л.В. и ответчиком. Обратной силы данное положение закона не имеет, в связи с чем, по мнению представителя Акционерного коммерческого Сберегательного банка Российской Федерации Жилина Е.Р., применение судом к рассматриваемому спору положений пункта 3 статьи 838 Гражданского кодекса Российской Федерации, является неправильным.
В соответствии со статьей 5 Федерального закона от 26 января 1996 года № 15-ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации», часть вторая Кодекса применяется к обязательственным отношениям, возникшим после введения ее в действие.
По обязательственным отношениям, возникшим до 1 марта 1996 года, часть вторая Кодекса применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения ее в действие.
В силу части 3 статьи 6 указанного Закона, нормы части второй Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющие содержание договоров отдельных видов, применяются к договорам, заключенным после введения ее в действие.
Согласно пункту 3 статьи 838 Гражданского кодекса Российской Федерации, определенный договором банковского вклада размер процентов на вклад, внесенный гражданином на условиях его выдачи по истечении определенного срока либо по наступлении предусмотренных договором обстоятельств, не может быть односторонне уменьшен банком, если иное не предусмотрено законом.
Следовательно, по детским целевым вкладам, заключенным с гражданином после 1 марта 1996 года, банки не вправе уменьшать размер процентов на вклад, даже в тех случаях, когда условие об одностороннем уменьшении банком размера процентов включено в договор банка с гражданином-вкладчиком.
В то же время по детским целевым вкладам, заключенным до введения в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации, изменение банком процентной ставки является возможным и после 1 марта 1996 года, если условие о возможности изменения банком процентной ставки по договору детского целевого вклада содержалось в конкретном договоре, и вкладчик был ознакомлен с этим условием в надлежащем порядке, поскольку на период заключения этих договоров действовавшим законодательством банку предоставлялась возможность устанавливать в договоре условие о понижении процентной ставки, и это условие на основании статьи 422 ГК РФ сохраняет свою силу после установления законодателем иных правил, обязательных для сторон.
Как указывает в жалобе заявитель, Головенкова Л.В. была ознакомлена с условиями договора банковского вклада, в том числе, и с условием договора о праве банка на одностороннее изменение процентной ставки по вкладу.
Выводы суда о том, что она не была ознакомлена с условиями договора о праве банка в одностороннем порядке изменять процентную ставку, по мнению заявителя, сделаны без учета норм гражданского законодательства о толковании договора.
Статьей 59 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, а также статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при толковании договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.
Как указывает в жалобе заявитель, при буквальном толковании собственноручной записи Головенковой Л.В.: «С условиями вклада ознакомлена» с проставлением подписи и даты, совершенной в день открытия вклада на карточке по лицевому счету № Е44 Н-311, можно сделать вывод о ее согласии с предлагаемыми Сбербанком России условиями указанного вклада, в том числе, и с условием о праве банка на одностороннее изменение процентной ставки по вкладу в зависимости от уровня инфляции и доходов банка (л.д. 50).
По утверждению заявителя, заключенный между Головенковой Л.В. и ответчиком договор детского целевого вклада является договором присоединения, имеющим публичный характер, заключить его на одинаковых для всех условиях предлагалось неопределенному кругу лиц. Для всех вкладчиков условия такого договора, в том числе, и условие о праве Сбербанка России увеличивать или уменьшать в зависимости от уровня инфляции и дохода Банка процентные ставки по вкладам, были заранее определены в стандартной форме в Инструкции от 30 июня 1992 года № 1-р, и вкладчик мог либо принять такие условия размещения вклада без каких-либо оговорок, присоединившись к предложенному договору в целом, либо отклонить условия договора в полном объеме. Согласие на заключение договора на иных, чем было предложено, условиях признавалось отказом от заключения договора.
По мнению заявителя, запись указанного выше содержания, совершенная Головенковой Л.В. при заключении договора детского целевого вклада, является безусловным и полным доказательством ее согласия на заключение договора на условиях, определенных банком в Инструкции от 30 июня 1992 года № 1-р, и не допускает исключений, позволяющих предположить, что договор был заключен на иных условиях.
Как указывает в жалобе заявитель, в соответствии с пунктом 1.14 Инструкции от 30 июня 1992 года № 1-р, действовавшим на момент заключения между Головенковой Л.В. и ответчиком договора банковского вклада, открытие вклада подтверждалось выдачей сберегательной книжки установленной формы.
Поскольку требование об оформлении привлечения средств во вклады договором в письменной форме впервые было установлено частью 2 статьи 36 Федерального Закона от 3 февраля 1996 года № 17-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР «О банках и банковской деятельности в РСФСР», то есть, по прошествии двух лет с даты открытия Головенковой Л.В.
в отделении Сбербанка России детского целевого вклада, то применение судом к рассматриваемому спору указанной нормы, по мнению заявителя, является неправильным.
Кроме того, статья 58 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик предусматривала, что если стороны условились заключить договор в определенной форме, он считается заключенным с момента придания ему условленной формы, хотя бы по законодательству для данного вида договоров эта форма и не требовалась.
По мнению заявителя, стороны по договору, оформив по вкладу сберегательную книжку, а также приходный ордер и карточку по лицевому счету, придали договору условленную форму.
Приведенные доводы заслуживают внимания, в связи с чем дело вместе с надзорной жалобой представителя Акционерного коммерческого Сберегательного банка Российской Федерации Жилина Е.Р. и настоящим определением следует передать для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции.
На основании изложенного, руководствуясь статьей 384 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
определил:
дело по иску Головенкова Р.Н. к Акционерному коммерческому Сберегательному банку Российской Федерации в лице Мурманского отделения № 8627 о восстановлении процентной ставки по детскому целевому вкладу передать для рассмотрения по существу в президиум Мурманского областного суда.
Судья Верховного Суда Российской Федерации Копия верна:
Ответственный секретарь ( — ^ Л.М. Пчелинцева