Судья Абубакаров В.А.
Дело № 23-004-64 КАССАЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Ермилова В.М.
судей Валюшкина В.А. и Борисова В.П.
рассмотрела в судебном заседании 17 февраля 2005 года кассационные жалобы осужденных Сусханова И.Р., Мусаева А.Р., адвокатов Межидовой А.Х., Бетрахмадова С.З., Гайтаева А.Ю., Хасиева Н.Х. и защитника Мунаевой А.Х. на приговор Верховного суда Чеченской Республики от 10 сентября 2004 года, которым Сусханое Ислам Русланович, родившийся 31 июля 1984 года в г. Грозном ЧИАССР, несудимый, осужден к лишению свободы: по ст. 209 Ч.2УК РФ на 11 лет, по ст. 205 ч.З УК РФ на 12 лет, по ст. 317 УК РФ на 13 лет, по ст. 205 ч.З УК РФ на 12 лет, по ст. 317 УК РФ на 13 лет, по ст. ст. 30 ч.З, 205 ч.З УК РФ на 11 лет, по ст. 205 ч. 3 УК РФ на 13 лет, по ст. 3 ПУК РФ на 13 лет, по ст. 223 ч.З УК РФ на 6 лет, по ст. 222 ч. 3 УК РФ на 6 лет, а на основании ст. 69 ч.З УК РФ по совокупности преступлений на 15 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, и Мусаев Аслан Русланович, родившийся 22 октября 1977 года в с. Гехи Урус- Мартановского района ЧИАССР, несудимый, осужден к лишению свободы: по ст. 209 ч.2 УК РФ на 11 лет, по ст.ст.
30 ч.З, 205 ч. 3 УК РФ на 11 лет, по ст. 223 ч.З УК РФ на 6 лет, по ст. 222 ч.З УК РФ на 6 лет, а на основании ст.69 ч.З УК РФ по совокупности преступле ний на 12 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
В рассмотрении гражданских исков отказано.
Заслушав доклад судьи Валюшкина В.А., объяснения осужденных Сус ханова И.Р. и Мусаева А.Р., адвоката Гайтаева А.Ю., поддержавших жалобы, мнение прокурора Козусевой Н.А., полагавшей переквалифицировать дейст вия Сусханова со ст.ст. 317,317,317 УК РФ на ст. 317 УК РФ, со ст.ст. 205 ч.З, 205 ч.З, 205 ч.З УК РФ на ст. 205 ч.З УК РФ, а в остальном приговор ос тавить без изменения, судебная коллегия
установила:
приговором суда Сусханов и Мусаев признаны виновными:
- в участии в устойчивой вооруженной группе (банде) и в совершаемых ею нападениях;
- в покушении на терроризм;
- в незаконном изготовлении взрывных устройств, совершенном органи зованной группой;
- в незаконном обороте огнестрельного оружия, боеприпасов и взрыв ных устройств, а Сусханов и взрывчатых веществ, совершенных организо ванной группой.
Сусханов , кроме того, признан виновным в терроризме и посягательст ве на жизнь сотрудников правоохранительных органов.
Эти преступления совершены при обстоятельствах, изложенных в при говоре.
В судебном заседании Сусханов и Мусаев вину не признали, заявив о своей непричастности к инкриминируемым им деяниям.
В кассационных жалобах:
- осужденный Сусханов, не соглашаясь с приговором, ссылается на то, что показания, в которых он оговорил себя в причастности к преступлениям, получены от него в результате применения незаконных методов, при первом допросе был не тот адвокат, с которым было заключено соглашение, перед проверкой показаний его вывозили на место, которое он впоследствии и по казывал. Видя, что адвокат Бетрахмадов «мешает» оперативным работникам, последние вынудили его отказаться от услуг этого адвоката. О фигурирую щих в деле «схронах» он ничего не знает. Указывает на отсутствие доказа тельств его вины. Просит разобраться в деле, считая осуждение незаконным;
- основных и дополнительных адвокаты Бетрахмадов и Межидова в защиту Сусханова, приводя доводы, аналогичные Сусханову, дополняют их ссылкой на нарушения уголовно- процессуального закона, допущенные как на следствии, так и в суде. В частности, несмотря на наличие у адвоката Бетрахмадова соглашения по защите Сусханова, допрос последнего 14 декабря 2003 года проводился с участием «дежурного» адвоката, который, к тому же, защищал интересы Мусаева и Усманова, также задержанных по этому делу.
Более того, протокол допроса фактически сфальсифицирован, о чем показал в суде адвокат Зухайраев, допрошенный в качестве свидетеля. О получении этих «признательных» с нарушением закона свидетельствует и протокол до проса Сусханова от 17 декабря, согласно которому он заявил о непричастно сти к преступлениям. Впоследствии оперативными работниками был органи зован отказ Сусханова от услуг адвоката Бетрахмадова. Рассмотрение хода тайства об освидетельствовании Сусханова с целью выявления у него побоев, следователем всячески затягивалось. Как недопустимые показания, они не могли использоваться в качестве доказательств. Более того, данные, содер жащиеся в протоколе допроса от 14 декабря, ничем объективно не подтвер ждены, в подавляющем большинстве случаев не согласуются с другими до казательствами. Ссылка на вещественные доказательства незаконна, по скольку они приобщены к делу с нарушением закона. В то же время, часть из них была уничтожена еще на стадии следствия. Показаний о «схронах» с оружием Сусханов и Мусаев не давали, в якобы указанных ими местах, ниче го, имеющего отношение к делу не обнаружено, протоколы следственных действий с участием Сусханова составлены с нарушением закона. Обстоя тельства задержания Сусханова не выяснены, что ставит под сомнение обос нованность его осуждения за покушение на теракт. Отмечают обвинитель ный уклон судебного разбирательства. В нарушение закона по ряду эпизодов суд сослался только на « признательные» показания Сусханова от 14 декабря.
Согласно приговору посягательство на сотрудников Пензенского ОМОНа имело место 6 июня 2002 года, но в качестве доказательств приведены пока зания Сусханова, в которых значится 9 июня, а в показаниях потерпевших- 9 марта. Просят приговор отменить, а адвокат Бетрахмадов, при несогласии с его доводами, просит изменить приговор, переквалифицировав действия Сусханова со ст. 209 ч.2 на ст. 208 ч.2 УК РФ, исключить «двойную» квали фикацию ( по ст. 317 и ч.З ст. 205 УК РФ), смягчив наказание до возможных пределов;
- дополнительной адвокат Гайтаев в защиту Сусханова, приводя до воды, аналогичные доводам самого осужденного и других адвокатов, допол няет их ссылкой на то, что само существование банды под руководством не коего Абдул-Азима, не установлено, мина и автоматы, якобы приобретав шиеся Сусхановым для банды, не найдены. В приговоре содержатся сущест венные противоречия по обстоятельствам посягательства на сотрудников Пензенского ОМОНа, как в части времени совершения этого преступления, так и механизма причинения потерпевшим телесных повреждений. Не соот ветствует фактическим обстоятельствам дела и выводы суда по эпизоду об стрела КПП № 10 3 августа 2002 года, имеющиеся противоречия в показани ях Сусханова и потерпевших не выяснены и не оценены. Протокол проверки показаний Сусханова по этому эпизоду, не уличает его в причастности к преступлению. Выводы суда о покушении Сусханова на акт терроризма по ул. Жуковского не соответствуют действительности ни по времени, ни по месту, ни по другим важным обстоятельствам, обстоятельства задержания Сусханова, связанные с этим эпизодом не выяснены. Ссылка на акт экспер тизы по изъятому скотчу, неубедительна, поскольку происхождение скотча не установлено, что подтвердил и свидетель Адаев. Эксперт же по этому во просу в суде не допрошен. По эпизоду совершения Сусхановым акта терро ризма в доме № 34 по улице Бутырина 4 ноября 2003 года выводы суда об обстоятельствах преступления опровергаются самим же судом, причастность двух мужчин, о которых дали показания свидетели, не проверена. Осужде ние за незаконный оборот огнестрельного оружия, боеприпасов и взрывча тых веществ является незаконным, поскольку ничего из указанного у Сусха нова не найдено. Что касается «схронов», то обстоятельства их обнаружения сотрудниками правоохранительных органов и отношение к ним Сусханова, не выяснено. Более того, протоколы их обнаружения составлены с наруше нием закона. Кроме того, в обоснование вины Сусханова в акте терроризма по ул. Слободской, суд сослался на его показания в качестве обвиняемого, а затем сам же признал эти показания недопустимым доказательством. Ставя вопрос об отмене приговора и прекращении дела производством, указывает на неправильное применение уголовного закона, в частности, излишнюю квалификацию действий Сусханова и по ст. 205 ч.З УК РФ наряду со ст. 317 УК РФ, а также несправедливость наказания;
- основной и дополнительных осужденный Мусаев и в его защиту адвокат Хасиев считают приговор незаконным и необоснованным, указы вают на необъективность следствия и суда, ссылаются на нарушения россий ских и международных законов, допущенных как следователем, так и судом.
В обоснование своих доводов заявляют о том, что обстоятельства задержания Мусаева не выяснены, указанные в протоколе обстоятельства задержания не соответствуют действительности, что ставит под сомнение обоснованность его осуждения за покушение на терроризм. На начальном этапе следствия к нему применялось психическое и физическое насилие, его защиту осуществ лял адвокат Зухайраев, одновременно защищавший Сусханова и Усманова, хотя их интересы противоречили друг другу. В результате чего Сусханов был вынужден оговорить себя и других лиц в причастности к преступлениям.
Однако, и эти «признательные» показания ничем объективно не подтвержде ны, они противоречат и другим данным, добытым по делу. Никакого оружия, взрывчатых веществ и взрывных устройств у Мусаева не найдено, «схронов» с оружием он не показывал, по показаниям следователя Адаева эти «схроны» являются старыми. Законность и обоснованность обысков, в ходе которых якобы было изъято оружие, вызывает сомнение, поскольку протоколы этих следственных действий составлены с нарушением закона, допрошенные в качестве свидетелей понятые, дали показания, отличающиеся от тех, которые изложены в протоколах обысков. Указывают на то, что в суде не осмотрены некоторые вещественные доказательства, поскольку они были уничтожены еще на стадии предварительного следствия. Указывая на то, что показания Мусаева о невиновности не опровергнуты, а добытые доказательства не ули чают его в причастности к преступлениям, просят приговор отменить, а дело прекратить.
Осужденный Мусаев, кроме того, ссылается на то, что в его освиде тельствовании ему было отказано, в ряде протоколов его подписи подделаны, а почерковедческая экспертиза проведена экспертами МВД Чечни. Перед проведением следственного эксперимента его возили на места преступлений, и под угрозами он затем был вынужден показывать эти места. Однако, и там, ничего относящегося к делу не найдено. Утверждает, что не представляет, как изготавливаются взрывные устройства. Участвовать в банде не мог , по скольку в указанное в приговоре время находился сначала в Украине и Мол дове, а затем в Москве и Санкт- Петербурге. Ссылается на то, что на следст вии копии процессуальных документов ему не вручались, его психиатриче ское обследование было формальным;
- основной и дополнительной защитник Мунаева в защиту Мусаева ссылается на применение к нему физического насилия, фальсификацию дела, отсутствие объективных доказательств виновности, безмотивное отклонение следователем ходатайств, составление процессуальных документов с нару шением закона, уничтожение в период следствия вещественных доказа тельств, в силу чего они не были осмотрены в суде, невыяснение причины противоречий в показаниях ряда свидетелей. Утверждает, что Мусаев не мог быть членом банды, поскольку являлся студентом, регулярно посещал заня тия. В жалобе защитник приводит положительные данные о Мусаеве. Просит приговор отменить.
Прокурором принесены возражения, в которых он считает доводы осу жденных и адвокатов, содержащиеся в жалобах, неубедительными.
Проверив дело, обсудив доводы, содержащиеся в кассационных жало бах, и возражения на них, судебная коллегия находит, что вывод суда о ви новности Сусханова и Мусаева в бандитизме, покушении на терроризм, не законном изготовлении взрывных устройств, незаконном обороте огне стрельного оружия, боеприпасов и взрывных устройств, а Сусханов и взрыв чатых веществ, а также в терроризме и посягательстве на жизнь сотрудников правоохранительных органов, соответствует фактическим обстоятельствам дела и основан на совокупности исследованных при судебном разбиратель стве доказательств, которые приведены в приговоре.
Так, согласно показаниям Сусханова, данным на начальном этапе пред варительного следствия, в сентябре 2000 года он вступил в банду под руко водством Абдул-Азима, созданную для оказания сопротивления федераль ным силам и правоохранительным органам РФ, осуществляющим контртер рористическую операцию по восстановлению конституционного порядка в Чечне. Через некоторое время он по поручению руководителя банды и для ее нужд приобрел у не установленных лиц два автомата Калашникова АКСУ-74 и мину «Мон», которые перевозил, передавал, затем спрятал в нежилом доме по ул. Садовой в Грозном, а впоследствии использовал при терракте против федеральных сил. Кроме того, оружие и боеприпасы хранились в двух «схронах» на ул. Киевской, а также на улицах Мичурина и Тбилисской. В начале июня 2002 года он в районе Бароновки в Грозном нашел 6 снарядов от БМП. Для стрельбы ими он сделал пусковое устройство. Ближе к вечеру 9 июня он установил это устройство в полуразрушенном доме на территории футбольного, нацелив его в направлении остановки «Баня» по ул. Жуковско го . Прикрепив к нему часовой механизм, установленный на 22 часа, ушел домой. Через некоторое время, находясь дома, услышал с места установки взрыв. В начале августа 2002 года, он совместно с участником бандгруппы Хацуевым вступил в сговор на совершения обстрела блокпоста на ул. Сло бодской в Грозном. Выбрав место недалеко от блокпоста, Хацуев произвел выстрел из «Мухи» в сторону блокпоста, после чего они скрылись. В конце октября 2003 года он изготовил на основе минометного снаряда взрывное устройство с дистанционным взрывателем на основе рации «АПОЛО». С Ха цуевым вступил в сговор на совершение взрыва в 10-ти этажном доме № 34 на ул. Бутырина, на верхнем этаже и крыше которого находился наблюда тельный пост с сотрудниками милиции. Через несколько дней Хацуев совер шил взрыв в подъезде в момент, когда туда вошли сотрудники милиции. Че рез некоторое время он совместно с участником банды Мусаевым и Умаровым вступил в сговор для совершения подрыва взрывного устройства.
Из показаний Мусаева, данных им на начальном этапе предварительного следствия, усматривается, что в середине 2002 года он вступил в банду Абдул-Азима, созданную для оказания вооруженного сопротивления федераль ным силам и правоохранительным органам, осуществляющим контртеррори стическую операцию по восстановлению конституционного порядка в Чечне.
После вступления в банду он приобрел пистолет ПМ у Умарова. Этот писто лет он вместе с членом банды Сусхановым спрятал и пользовался им при со вершении террактов против представителей федеральных органов власти на территории Грозного. В конце октября 2003 года, он совместно с участника ми бандгруппы Сусхановым и Умаровым вступил в сговор для совершения подрыва взрывного устройства на ул. Жуковского в Грозном.
Суд обоснованно признал данные показания Сусханова и Мусаева дос товерными, поскольку они согласуются с остальными добытыми по делу до казательствами, в частности: с протоколами проверки показаний Сусханова и Мусаева, показавшими на месте и рассказавшими о том, при каких обстоя тельствах ими совершались те или иные преступления; с данными, содержа щимися в протоколах осмотров мест происшествия; с показаниями Умарова на предварительном следствии о том, при каких обстоятельствах им совме стно с Сусхановым и Мусаевым готовился подрыв взрывного устройства на ул. Жуковского; с заключением экспертов-дактилоскопистов о том, что сле ды на скотче, обнаруженным вместе со взрывным устройством на ул. Жуков ского, оставлены пальцами рук Сусханова и Мусаева; с показаниями потер певших Никитина, Корнеева, Маянова, Решетникова и Клещева, сотрудников Пензенского ОМОНа, данных ими на предварительном следствии об обстоя тельствах их подрыва 9 июня 2002 года; с актами судебно-медицинских экс пертиз о степени тяжести телесных повреждений у названных потерпевших;
с показаниями потерпевших Сентюрова, Конина и Казанцева, данных на предварительном следствии об обстоятельствах взрыва, имевшего место ве чером 3 августа 2002 года у блокпоста № 10; с показаниями свидетелей Комарских, Меньшикова, Лазаревского, потерпевших Вагина и Макарова об обстоятельствах подрыва, совершенного на ул. Бутырина, 34 в начале ноября 2003 года; с данными, содержащимися в актах взрыво-технических экспертиз по каждому эпизоду взрыва.
Виновность Сусханова и Мусаева в инкриминируемых им преступлени ях, подтверждается и другими доказательствами, приведенными в приговоре по каждому эпизоду преступления.
Судебная коллегия считает неубедительными доводы, содержащиеся в кассационных жалобах о нарушении права Сусханова на защиту, допущен ных при его допросе 14 декабря 2003 года, со ссылкой на то, что при его до просе присутствовал не адвокат Бетрахмадов, а другой адвокат.
Действительно, как видно из дела в нем имеются два ордера по защите Сусханова: один на имя адвоката Зухайраева, другой - на Бетрахмадова. По скольку, как установлено материалами дела, по состоянию на 14 декабря 2003 года, несмотря на наличие ордера, с адвокатом Бетрахмадовым только обсуждался вопрос о заключении соглашения по защите Сусханова, допрос Сусханова был проведен с участием адвоката Зухайраева, против чего, как это видно из протокола, сам Сусханов не возражал.
При судебном разбирательстве тщательно проверялись доводы в защиту осужденных о применении к ним в период предварительного следствия пси хического и физического насилия, которые обоснованно признаны несостоя тельными по основаниям, подробно изложенным в приговоре.
Что касается показаний Сусханова, данных им 14 декабря 2003 года, до они не имели никакого преимущества перед остальными доказательствами и были оценены судом в совокупности со всеми сведениями, добытыми по де лу.
Исключение судом в качестве доказательства показаний Сусханова по эпизоду обстрела блокпоста № 10, никоим образом не ставит под сомнение обоснованность его осуждения по данному эпизоду, поскольку в приговоре, кроме этих показаний Сусханова, приведены и другие доказательства его ви ны.
Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, дав имеющимся доказательствам в их совокупности надлежащую оценку, прове рив все версии в защиту Сусханова и Мусаева и правильно отвергнув их, вы яснив причины имеющихся противоречий и оценив их в приговоре, суд при шел к обоснованному выводу о виновности Сусханова и Мусаева в инкрими нируемых им преступлениях.
Юридическая оценка действий Сусханова и Мусаева, является правиль- ной, но вместе с тем, приговор в этой части подлежит изменению.
Суд квалифицировал действия Сусханова по эпизоду терроризма и пося гательства на жизнь сотрудников правоохранительных органов 9 июня 2002 года ( в приговоре ошибочно указано 6 июня 2002 года, поскольку как следу ет из материалов дела события имели место именно 9 июня 2002 года) по ст.
205 ч.З и по ст. 317 УК РФ, по эпизоду терроризма и посягательства на жизнь сотрудников правоохранительных органов 3 августа 2002 года, соответст венно, по ст. 205 ч.З и по ст. 317 УК РФ, и по эпизоду терроризма и посяга тельства на жизнь сотрудников правоохранительных органов 4 ноября 2003 года , соответственно, по ст. 205 ч.З и по ст. 317 УК РФ.
Однако, суд не учел, что Сусханов совершил указанные преступления в период действия ст. 17 УК РФ в редакции Федерального закона от 13 июня 1996 года, согласно которой совокупностью преступлений признается со вершение двух или более преступлений, предусмотренных различными статьями или частями статьи Уголовного кодекса РФ.
В данном же случае эпизоды терроризма и посягательства на жизнь со трудников правоохранительных органов, предусмотрены одними и теми же частями и статьями УК РФ ( 205 ч.З и 317, соответственно), поэтому не обра зуют совокупности преступлений. Следовательно, все три эпизода террориз ма охватываются ст. 205 ч.З УК РФ, а все три эпизоды посягательства на жизнь сотрудников правоохранительных органов - ст. 317 УК РФ, в связи с чем в приговор следует внести изменения.
Вносимые изменения, являются основанием для назначения Сусханову по совокупности преступлений, более мягкого наказания, чем назначено ему по приговору суда, с учетом характера и степени общественной опасности преступлений, данных о личности виновного и всех обстоятельств дела.
Наказание Мусаеву назначено с учетом характера и степени обществен ной опасности преступлений, данных о личности виновного и всех обстоя тельств дела. Оно является справедливым и оснований для его смягчения су дебная коллегия не находит.
Нарушений закона, являющихся основанием для отмены приговора, о чем поставлен вопрос в кассационных жалобах, судебная коллегия не нахо дит.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 377,378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия
определила:
приговор Верховного суда Чеченской Республики от 10 сентября 2004 года в отношении Сусханова Ислама Руслановича изменить:
- действия Сусханова И.Р., квалифицированные ст.ст. 317, 317 и 317 УК РФ, квалифицировать ст. 317 УК РФ, по которой назначить 13 (тринадцать) лет лишения свободы;
- действия Сусханова И.Р., квалифицированные ст.ст. 205 ч.З, 205 ч.З и 205 ч.З УК РФ, квалифицировать ст. 205 ч.З УК РФ, по которой назначить 13 (тринадцать) лет лишения свободы.
На основании ст. 69 ч.З УК РФ по совокупности преступлений, преду смотренных ст.ст. 209 ч.2, 205 ч.З, 317, 30 ч.З, 205 ч.З, 223 ч.З и 222 ч.З УК РФ, окончательно назначить Сусханову И.Р. 14 (четырнадцать) лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
В остальном приговор о нем, а также в отношении Мусаева Аслана Рус лановича оставить без изменения, а кассационные жалобы- без удовлетворе ния.
г 1 Председательствующий:
/1? Справка: Сусханов и Мусаев в ИЗ-77/3 УИН МЮ РФ по гор. Москве.
ВЕРНО: Судья Верховного Суда РФ 15 23-004-64 Копии определения направлены:
1. Начальнику Учр.ИЗ-77/3 г.Москвы в отн Мусаева Аслана Руслановича, Сусханова Ислама Руслановича 2. В Прокуратуру РФ.
3. Дело отправлено 2005 года томах в Верховный Суд Чеченской Республики