г. Москва 12 апреля 2004 г Судебная коллегия по уголовным Российской Федерации в составе делам Верховного Суда председательствующего Каримова М А.

судей Истоминой Г.Н. и Куменкова A.B.

рассмотрела в судебном заседании от 12 апреля 2004 года кассационное представление государственного обвинителя Румянцева С.Г., кассационные жалобы потерпевшего Карасева А.М., законных представителей потерпевшего Хлебуновой Е.А., Хлебунова В.Д., осужденных Фокиной О. В., Зливко А.Н. на приговор Ленинградского областного суда от 2 декабря 2003 года, которым ЗЛИВКО Александр Николаевич, родившийся 20 октября 1984 года в г. Сосновый Бор Ленинградской области, ранее не судимый осужден к лишению свободы по ч. 3 ст. 30, п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ сроком на 14 лет, по п.п. «б, «в» ч. 2 ст. 132 УК РФ сроком на 7 лет, по п.

«г» ч. 2 ст. 161 УК РФ сроком на 5 лет.

По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено 18 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

По п.п. «д», «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ Зливко оправдан.

ФОКИНА Ольга Владимировна, родившаяся 11 апреля 1983 года в г. Сосновый Бор Ленинградской области, ранее не судимая осуждена к лишению свободы по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ сроком на 15 лет, по п.п. «б, «в» ч. 2 ст. 132 УК РФ сроком на 7 лет, по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ сроком на 5 лет.

По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено 18 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

По ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «д», «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ Фокина оправдана.

Зливко и Фокина осуждены за открытое хищение имущества Хлебунова и Карасева с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья потерпевших, за совершение в отношении них насильственных действий сексуального характера с особой жестокостью, группой лиц.

Фокина осуждена также за убийство Карасева с целью скрыть другое преступление, а Зливко - за покушение на убийство Хлебунова с целью скрыть другое преступление.

Преступления совершены ими 1 января 2003 года в г. Сосновый Бор Ленинградской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Заслушав доклад судьи Истоминой Т.Н., мнение прокурора Митюшова В.П., не поддержавшего доводы кассационного представления, полагавшего приговор оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

В кассационном представлении государственный обвинитель Румянцев С.Г. ставит вопрос об отмене приговора, направлении дела на новое судебное разбирательство.

По доводам представления суд необоснованно переквалифицировал действия осужденных с разбоя на грабеж. Материалами дела установлено, что Фокина и Зливко, наносили удары ногами в ботинках в область головы, защищенную лишь тонкой шапочкой, что свидетельствует об опасности такого насилия для здоровья потерпевших.

Кроме того, действия осужденных по разбою завершились, по мнению автора представления, только после причинения смерти Карасеву и покушения на убийство Хлебунова, а потому все полученные потерпевшими повреждения могут быть включены в обвинение по разбою.

Неправильно исключен судом и квалифицирующий признак совершение разбоя группой лиц по предварительному сговору.

Совместное требование денег потерпевших, согласованность действий свидетельствуют о наличии предварительного сговора между Фокиной и Зливко.

Из обвинения осужденных по п. «д» ч. 2 ст. 132 УК РФ суд необоснованно исключил квалифицирующий признак совершение насильственных действий сексуального характера в отношении заведомо несовершеннолетних.

Высказывания осужденных, которые называли потерпевших «мальчиками», «пацанами», а также их уверенность в своем физическом и возрастном превосходстве являются подтверждением того, что Фокина и Зливко знали о несовершеннолетнем возрасте потерпевших.

Противоречит фактическим обстоятельствам и вывод суда о том, что Фокина принимала участие только в убийстве Карасева, а Зливко - только в покушении на убийство Хлебунова. Из показаний на предварительном следствии Фокиной, потерпевшего Хлебунова следует, что умысел на убийство потерпевших возник у осужденных сразу после завладения их имуществом, и действия по лишению жизни потерпевших были начаты на лестничной площадке, для чего Фокина и Зливко внутривенно вводили каждый обоим потерпевшим смесь пива и воздуха, каждый выполняя объективную сторону убийства двух лиц.

Далее их действия были продолжены в подвале, где Фокина душила Карасева, а Зливко давал ей советы, показывал как надо душить петлей, проверял пульс.

После наступления смерти Карасева они продолжили действия по лишению жизни Хлебунова, при этом Фокина привязала к трубе конец петли, которую Зливко надел на шею потерпевшего. Однако данный факт не нашел отражения в приговоре, и суд не указал по каким мотивам отвергнуты показания Хлебунова.

Квалифицирующие признаки убийство и покушение на убийство, сопряженные с насильственными действиями сексуального характера, с особой жестокостью, группой лиц по предварительному сговору неправильно исключены судом, поскольку убийство совершалось в процессе совершения действий сексуального характера, действия осужденных носили совместный согласованный характер, сопровождались особой жестокостью, выразившейся в том, что потерпевших без курток водили по улице при 26-градусном морозе, в многократном удушении, в словесном и физическом глумлении.

Неправильная юридическая оценка действий осужденных привела к назначению им несправедливого наказания вследствие его мягкости.

Потерпевший Карасев A.M. в своей кассационной жалобе, подробно описывая обстоятельства содеянного осужденными, указывает на то, что суд неправильно переквалифицировал их действия с разбоя на грабеж, неправильно установил сумму похищенного в 6 рублей, а не 60 рублей, как было предъявлено обвинение.

Не согласен он и с исключением из обвинения по ст. 132 УК РФ квалифицирующего признака совершение этого преступления в отношении заведомо несовершеннолетних.

Считает также, что Зливко принимал участие в убийстве его сына, он вводил ему внутривенно смесь пива и воздуха, подсказывал Фокиной как надо душить, когда Фокина держала сына за ноги, он затягивал на его шее шнурок. Квалифицирующие признаки убийства совершение его с особой жестокостью, группой лиц по предварительному сговору, также неправильно исключены.

В обоснование этого автор жалобы приводит те же доводы, что и в кассационном представлении.

Назначенное осужденным наказание является, по его мнению, мягким. Оба осужденных заслуживают пожизненного лишения свободы.

Просит приговор отменить и дело направить на новое судебное разбирательство.

Законные представители потерпевшего Хлебунова Е.А. и Хлебунов В.Д. в своей кассационной жалобе также ставят вопрос об отмене приговора, направлении дела на новое судебное рассмотрение., приводя аналогичные доводы о незаконности переквалификации действий осужденных с разбоя на грабеж и об участии Фокиной в убийстве их сына.

Посягательство на жизнь потерпевших началось в подъезде, где осужденные обсуждали способ убийства, вместе делали внутривенные инъекции. В дальнейшем в подъезде Фокина также принимала участие в убийстве их сына, привязывая к трубе веревку, которую Зливко накинул на шею их сына. Суд проигнорировал эти обстоятельства и необоснованно оправдал Фокину по покушению на убийство их сына. Необоснованно исключен судом и квалифицирующий признак покушения на убийство совершение его с особой жестокостью.

Исходя из этого считают выводы суд не соответствующими фактическим обстоятельствам, а назначенное наказание чрезмерно мягким, несправедливым.

Осужденный Зливко в своей кассационной жалобе, не оспаривая обоснованности его осуждения за грабеж, указывает, что не совершал действий сексуального характера с потерпевшими, умысла на их убийство не имел и не преследовал цели скрыть другое преступление.

Потерпевший Хлебунов в судебном заседании подтвердил его непричастность к насильственным действиям сексуального характера.

Убивать Хлебникова он не намеревался, хотел лишь причинить ему боль, поэтому Хлебникову и удалось убежать от него.

О намерении Фокиной убить Карасева ему не было известно.

Просит переквалифицировать его действия с ч. 3 ст. 30, п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ на ст. 117 УК РФ, с п.п. «б», «в» ч. 2 ст. 132 УК РФ на ст.

119 УК РФ и с учетом этих изменения снизить ему наказание.

В возражениях на кассационное представление государственного обвинителя и кассационные жалобы потерпевших осужденный Зливко А.Н. просит правильно определить квалификацию его действий и оставить представление и жалобы без удовлетворения.

Осужденная Фокина О.В. в своей кассационной жалобе указывает, что в судебном заседании неправильно была установлена ее роль в совершении преступлений. Потерпевшего Карасева они убили вместе со Зливко, при этом она последняя затягивала веревку на нее Карасева, когда тот был уже без сознания, поэтому считает, что Карасев умер не от ее действий. Доказательств совершению ею убийства Карасева не имеется.

Потерпевший Хлебунов не видел кто убил Карасева. Она дала показания под влиянием Зливко, доверившись ему, признала свою вину, чем настроила против себя потерпевших.

Действий сексуального характера в отношении потерпевших она не совершала. Это преступление совершил Зливко.

Наказание назначено ей чрезмерно суровое.

Просит приговор отменить либо смягчить ей наказание с учетом его с повинной, деятельного раскаяния и молодого возраста.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб и представления, судебная коллегия находит выводы суда о виновности осужденных в содеянном правильными, основанными на исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах.

Доводы представления и жалоб о том, что убийство Карасева и покушение на убийство Хлебунова были совершены совместно Фокиной и Зливко по предварительному сговору между собой не основаны на материалах дела и опровергаются следующими доказательствами.

Так, из показаний осужденной Фокиной на предварительном следствии следует, что в подвале дома именно она задушила шнурком Карасева, а Зливко в это время стал душить Хлебунова, но у него ничего не получилось, и тогда он стал бить его камнем по голове, но потерпевшему удалось вырваться и убежать.

В судебном заседании Фокина, хотя и отрицала умысел на убийство Карасева, но также пояснила, что сдавливала шею потерпевшего шнурком она одна.

Показания Фокиной с ее слов подтвердил в судебном заседании свидетель Воеводин, пояснив, что Фокина рассказала ему, что задушила одного парня.

Этим показаниям Фокиной соответствуют и показания потерпевшего Хлебунова в судебном заседании о том, что в подвале дома Зливко оттащил его в один угол, а Фокина Карасева - в другой. По звуку он понял, что Фокина душит Карасева, а Зливко в это время накинул ему на шею шнурок, но шнурок порвался и они упали на землю, после чего Зливко стал бить его камнем по голове, но ему удалось вырваться и убежать.

Осужденный Зливко также последовательно утверждал, что никаких действий в отношении Карасева в подвале не совершал.

Будучи допрошенным на предварительном следствии Зливко пояснял, что в подвале Фокина душила Карасева, а он - Хлебунова, но тому удалось убежать.

Доводы жалоб и представления о том, что Фокина привязала к трубе конец петли, накинутой на Хлебунова осужденным Зливко, не основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах.

Из приведенных выше показаний Хлебунова в судебном заседании следует, что все действия в отношении него в подвале, в том числе и по привязыванию петли к трубе, совершил Зливко.

О том, что именно Зливко надел ему на шею петлю, конец которой привязал к трубе, после чего повис на нем, и петля оборвалась, потерпевший Хлебунов пояснял и на предварительном следствии 8-9 января 2003 года в присутствии законного представителя.

На допросе от 1 января 2003 года Хлебунов пояснял, что Фокина наматывала на его шею шнурок, а парень навалился на него, и шнурок порвался, в результате ему удалось вырваться и убежать.

Этим показаниям Хлебунова об участии Фокиной в его удушении, а также показаниям Зливко в судебном заседании о том, что Фокина накинула на шею Хлебунова петлю и привязала ее к трубе суд дал в приговоре надлежащую оценку и с учетом непоследовательности их позиции относительно действий Фокиной в отношении Хлебунова обоснованно истолковал все сомнения в пользу Фокиной и пришел к выводу о том, что насилие к потерпевшем у Карасеву применяла только Фокина, а насилие к Хлебунову применял только Зливко.

Правильно отметил суд и то, что в постановлении о привлечении Зливко в качестве обвиняемого не указано совершение им каких-либо действий, непосредственно направленных на причинение смерти Карасеву.

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта смерть Карасева наступила от сдавления шеи петлей с развитием механической асфиксии.

При исследовании трупа Карасева обнаружены также множественные колотые раны правой локтевой ямки, имеющие морфологию, характерную для следов внутрисосудистых инъекций, которые в причинной связи со смертью не состоят.

Такие же повреждения, не вызвавшие расстройства здоровья, обнаружены и при освидетельствования Хлебунова Д.

По поводу образований этих повреждений Хлебунов пояснил в судебном заседании, что Фокина и Зливко сделали им уколы, ввели в вену какую-то жидкость.

Зливко также пояснил, что он и Фокина ввели потерпевшим внутривенно пиво, для чего это сделали не знает.

С учетом того, что введение внутривенных инъекций не состоит в причинной связи со смертью Карасева и не причинило вреда здоровью Хлебунова, суд обоснованно пришел к выводу о том, смерть потерпевшего Карасева наступила именно от действий Фокиной, признав ее виновной в убийстве Карасева, а действия, направленные на причинение смерти Хлебунова совершил Зливко, признав его виновным в покушении на убийство Хлебунова.

Приведенными выше доказательствами опровергаются и доводы жалобы осужденной Фокиной о непричастности к причинению смерти Карасеву.

Характер действий осужденных, а именно затягивание Фокиной шеи потерпевшего Карасева петлей из шнурка, затягивание Зливко петлей шеи Хлебунова, а также нанесение тому ударов по голове камнем свидетельствует о том, что совершая эти действия, осужденные предвидели и желали наступления смерти потерпевших, то есть действовали с умыслом на их убийство.

По изложенным мотивам судебная коллегия не может согласиться с доводами жалоб осужденных об отсутствии у них умысла на убийство потерпевших.

Мотив, способ и фактические обстоятельства убийства установлены судом правильно.

Поскольку факт совместно участия осужденных в причинении смерти Карасеву и покушении на убийство Хлебунова не установлен судом, из обвинения Фокиной и Зливко обоснованно исключен признак совершения преступления группой лиц по предварительному сговору.

Действия, направленные на причинение смерти потерпевшим были совершены осужденными после окончаний действий сексуального характера, и были вызваны их стремлением скрыть совершенные в отношении потерпевших грабеж и действия сексуального характера.

Кроме того умысел осужденных на причинение потерпевшим особых мучений и страданий Фокиной при совершении убийства Карасева, Зливко при совершении покушения на убийство Хлебунова не установлен, и фактически убийство Карасева и покушение на убийство Зливко не отличались особой жестокостью. С учетом этого суд обоснованно исключил квалифицирующие признаки совершение убийства и покушения на убийство с особой жестокостью, и указание на то, что убийство и покушение на убийство были сопряжены с насильственными действиями сексуального характера.

Судом не установлено, что в процессе убийства и покушения на убийства осужденные водили потерпевших без курток на морозе, что по мнению государственного обвинителя, свидетельствует об особой жестокости, и в совершении таких действий Фокиной и Зливко не предъявлялось обвинение, а потому данный довод представления является несостоятельным.

При таких обстоятельствах действиям осужденных Фокиной по п.

«к» ч. 2 ст. 105, Зливко - по ч. 3 ст. 30, п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ суд дал правильную юридическую оценку.

По изложенным мотивам судебная коллегия не может согласиться с доводами представления и жалоб о неправильной квалификации действий осужденных.

Правильная юридическая оценка дана судом и действиям Зливко и Фокиной по открытому похищению имущества потерпевших.

Характер примененного к потерпевшим насилия, а именно нанесение ими ударов руками и ногами по телу и голове потерпевших, в результате которых им были причинены ссадины, не причинившие вреда их здоровью, не свидетельствует о наличии опасности для жизни и здоровья Карасева и Хлебунова, а потому суд обоснованно расценил эти действия осужденных как грабеж, совершенный с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья.

Довод представления о том, что действия осужденных по завладению имуществом потерпевших путем разбойного нападения завершились только после их убийства, противоречит установленным судом фактическим обстоятельствам, а также предъявленному Фокиной и Зливко обвинению, из которого следует, что разбойное нападение завершилось после завладения осужденными деньгами Карасева и курткой Хлебунова.

При таком положении суд обоснованно пришел к выводу о том, что перечисление в обвинительных документах по эпизоду похищения имущества потерпевших всех повреждений, причиненных Карасеву и Хлебунову в том числе и в процессе последующего совершения в отношении них действий сексуального характера, убийства и покушения на убийство является неправильным.

По указанным мотивам судебная коллегия не может согласиться с доводами жалоб и представления о том, что действия осужденных надлежало квалифицировать как разбой.

Сумма похищенных денег в 6 рублей, а не в 60 рублей, как утверждается в жалобе, установлено судом правильно с учетом показаний потерпевших Карасева и Хлебунова.

В соответствии с ч. 2 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

Такие обстоятельства по настоящему делу не установлены.

Доказательств наличия между осужденными предварительной договоренности на совершение грабежа и действий сексуального характера не имеется.

Сам по себе факт совместного участия осужденных в совершении грабежа и насильственных действий сексуального характера, согласованность их действий не могут свидетельствовать о наличии между ними предварительной договоренности на совершение этих преступлений.

При таких данных суд обоснованно исключил из обвинения осужденных в грабеже квалифицирующий признак группы лиц по предварительному сговору, а из обвинения по ст. 132 УК РФ указание на наличие между осужденными предварительного сговора, квалифицировав их насильственные действия сексуального характера как совершенные группой лиц, в связи с чем судебная коллегия находит необоснованными доводы жалоб о совершении осужденными этих преступлений группой лиц по предварительному сговору.

Всем рассмотренным в судебном заседании доказательствам, доводам осужденных в свою защиту судом дана надлежащая и правильная оценка.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, из материалов дела не усматривается.

Наказание назначено Фокиной и Зливко соразмерно содеянному, с учетом данных об их личности, всех обстоятельств дела, конкретной роли каждого осужденного, а также влияния назначенного наказания на их исправление.

Общественная опасность совершенных осужденными преступлений, все смягчающие их наказание обстоятельства учтены судом в полной мере.

Назначенное им наказание является законным и справедливым, а потому судебная коллегия не находит оснований ни для отмены приговора за мягкостью назначенного наказания, о чем ставится вопрос в представлении государственного обвинителя и жалобах потерпевшего Карасева и законных представителей потерпевшего Хлебунова, ни для снижения наказания, о чем ставится вопрос в жалобах осужденных.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Ленинградского областного суда от 2 декабря 2003 года в отношении Зливко Алекссандра Николаевича и Фокиной Ольги Владимировны оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденных, потерпевшего Карасева A.M., законных представителей потерпевшего Хлебуновой Е.А., Хлебунова В.Д. и кассационное представление государственного обвинителя Румянцева С.Г. - без удовлетворения.

Председательствующий Судьи:

ВЕРНО: Судья Верховного Суда РФ Г.Н. Истомина