г. Москва 26 июня 2003 г.

Судебная коллегия по уголовным Российской Федерации в составе делам Верховного Суда председательствующего Говорова М.А.

судей Истоминой Г.Н. и Похил А.И.

рассмотрела в судебном заседании от 26 июня 2003 года кассационные жалобы осужденных Андаржанова Р.И. и Майорова E.H. на приговор Свердловского областного суда от 6 ноября 2002 года, которым МАЙОРОВ Евгений Николаевич, родившийся 20 сентября 1983 года в г. Целинограде Казахской ССР, ранее не судимый осужден к лишению свободы по п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ сроком на 10 лет с конфискацией имущества, по п.п. «д», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ сроком на 14 лет, по ч. 2 ст. 167 УК РФ сроком на 3 года 6 месяцев.

По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено 17 лет лишения свободы с конфискацией имущества в исправительной колонии строгого режима.

АНДАРЖАНОВ Руслан Ибльяминович, родившийся 28 января 1977 года в г. Дегтярске Свердловской области, ранее судимый 27 ноября 2001 года по п.п. «а», 262, «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком на 2 года осужден по п.п. «а», «б», «в», «г» ч. 2 ст. 162 УК РФ к 9 годам лишения свободы с конфискацией имущества.

Условное осуждение в соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ по приговору от 27 ноября 2001 года отменено и по совокупности приговоров в соответствии со ст. 70 УК РФ назначено 10 лет лишения свободы с конфискацией имущества в исправительной колонии особого режима.

Постановлено взыскать с Майорова E.H. в возмещение материального вреда в пользу Галашовой Н.С. 25 200 рублей, в пользу Ившиной A.A. - 10 257 рублей 40 копеек, в доход бюджета муниципального образования Ревдинский района Свердловской области 417 рублей 45 копеек.

С Майорова E.H., Ягофарова А.Р. и Андаржанова Р.И. солидарно в пользу Ившиной A.A. постановлено взыскать 2 510 рублей 30 копеек.

Майоров и Андаржанов признаны виновными и осуждены за разбойное нападение на Новгородцеву И.В. группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение, с применением предметов, используемых в качестве оружия, Андаржанов и неоднократно, а Майоров - с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей.

Майоров осужден также за убийство Новгородцевой, сопряженное с разбоем, с особой жестокостью и за умышленное уничтожение чужого имущества, совершенное путем поджога и повлекшее причинение значительного ущерба потерпевшим Галашовой Н.С. и Ившиной A.A.

Заслушав доклад судьи Истоминой Г.Н., объяснения осужденного Андаржанова Р.И., поддержавшего доводы жалобы, мнение прокурора Шинелевой Т.Н., полагавшей приговор оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

В кассационной жалобе и дополнениях к ней осужденный Андаржанов Р.И. просит изменить приговор, переквалифицировать его действия на ст. 161 УК РФ, исключить из его действий особо опасный рецидив и назначить ему отбывание наказания в исправительной колонии строгого режима.

По доводам его жалобы, выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам. Наличие у него умысла на совершение разбойного нападения не доказано. Угроз в адрес потерпевшей он не высказывал, в кисок не входил, оружия либо иных предметов не применял.

В судебном заседании установлено, что умысел на применение ножа возник у Майорова только тогда, когда потерпевшая сорвала с него шапочку, поэтому действия Майорова следует рассматривать как эксцесс исполнителя.

Неправильно пришел суд к выводу о наличии в его действиях особоопасного рецидива, поскольку ч. 2 ст. 158 УК РФ, по которой он осужден, в связи с изменениями редакции этой статьи от 31 октября 2002 года отнесена к категории преступлений средней тяжести.

Осужденный Майоров E.H. в своей кассационной жалобе ставит вопрос о смягчении ему наказания, снижении взысканного с него материального ущерба до суммы, которую он реально может заплатить.

При этом он просит учесть, что первоначально не имел умысла на убийство потерпевшей, а после того, как она сорвала а его лица шапочку, он растерялся и, не осознавая свои действия, ударил ее ножом.

В поджоге ларька он не виновен, считает, что пожар мог возникнуть от электрических тенов.

Предварительное следствие, по его мнению, проведено с обвинительным уклоном.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия находит выводы суда о виновности Андаржанова и Майорова в разбое, а Майорова и в убийстве правильными, основанными на исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах.

Доводы жалобы Андаржанова о неправильной квалификации его действий как разбоя не основаны на материалах дела и опровергаются следующими доказательствами.

Так, из показаний Майорова на предварительном следствии следует, что он предложил Ягофарову и Андаржанову совершить нападение на киоск, с чем последние согласились. В доме у Шибанова они изготовили маски, он взял нож, который видели у него Андаржанов и Ягофаров.

Подойдя к киоску, Ягофаров взорвал детонатор, чтобы потерпевшая открыла дверь. Ворвавшись в киоск, он и Ягофаров стали складывать товар в мешки, а Андаржанов находился на улице и принимал у них товар.

Потерпевшая сорвала с него шапочку, и он ударил ее около 10 раз в область груди и живота, после чего облил спиртом помещение киоска и все поджог, при этом спирт попал и на одежду потерпевшей и ее одежда также вспыхнула.

Осужденные Ягофаров и Андаржанов на предварительном следствии также не отрицали наличие между сговора на похищение имущества из киоска.

Ягофаров подтвердил также, что он взорвал детонатор, потребовав потерпевшую открыть им дверь, а когда она открыла дверь, он и Майоров стали складывать товар в мешки, и вместе с Андаржановым относить мешки. Вернувшись в киоск в очередной раз, он увидел, как Майоров, нагнувшись к потерпевшей, наносит ей удары ножом. Взяв товар, он Андаржанов ушли, а Майоров догнал их позже, они в киоск путем производства им взрыва, Показания Майорова о том, что договоренность о похищении имущества из киоска состоялась между ним и другими осужденными в доме Шабанова, где он и взял нож, соответствуют показаниям свидетеля Шабанова, который пояснил в судебном заседании, что после распития спиртных напитков Майоров, Андаржанов и Ягофаров сказали, что пошли за пивом в киоск, и он дал им свою спортивную шапочку. Через некоторое время они вернулись , принесли с собой мешки и коробки, в которых были пиво, консервы, шоколад. У Майорова руки были в крови, в руках он держал испачканный кровью нож, принадлежавший ему. Майоров сказал, что они ограбили киоск, убили продавца и подожгли киоск.

Свидетели Газалиева и Наумова пояснили в судебном заседании, что потерпевшая, которую они обнаружили у дверей киоска, сказала им о нападении на нее трех человек в масках.

Свидетель Мингалеева, прибывшая на место происшествия в составе патруля, также пояснила, что потерпевшая сказала ей, что на киоск напали трое человек в масках.

Факт применения ножа в отношении потерпевшей Новгородцевой подтверждается также заключением судебно-медицинского эксперта по результатами исследования ее трупа.

Таким образом приведенные доказательства, а также характер действий осужденных подтверждают наличие между ними предварительной договоренности об открытом хищении товаров из киоска, при этом о наличии ножа у Майорова Андаржанов был осведомлен, не возражал против его применения, что в киоск осужденные проникли, угрожая применением насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшей, а именно, после взрыва Ягофаровым детонатора.

При таких обстоятельствах суд обоснованно расценил действия и Андаржанова и Майорова как разбойное нападение.

Оснований для переквалификации действий Андаржанова на ст. 161 УК РФ, о чем он ставит вопрос в жалобе, не имеется.

Приведенными доказательствами, а также фактом использования Майоровым ножа, которым он нанес удары в область расположения жизненно-важных органов потерпевшей, подтверждается наличие умысла у Майорова на убийство потерпевшей, что его действия по лишению жизни потерпевший носили осознанный, целенаправленный характер, что после нанесения ей ударов ножом, Майоров облил потерпевшую и киоск спиртом и поджег его.

Данным обстоятельствам суд дал правильную оценку и обоснованно пришел к выводу о виновности Майорова в убийстве Новгородцевой, сопряженном с разбоем, с особой жестокостью и умышленном уничтожении им чужого имущества путем поджога, в связи с чем судебная коллегия не может согласиться с доводами жалобы Майорова о его непричастности к уничтожению имущества и об отсутствии у него умысла на убийство Новгородцевой.

Действиям осужденных суд дал правильную юридическую оценку.

Правильным является и вывод суда о наличии в действиях Андаржанова особо-опасного рецидива. Как следует из материалов дела, ранее он был судим за тайное хищение чужого имущества, совершенное им по достижении совершеннолетия с незаконным проникновением в жилище.

Данное преступление и на момент его совершения и после внесения изменений Федеральным Законом от 31.10. 2002 г. в редакцию ст. 158 УК РФ, относится к категории тяжких.

Осужден же Андаржанов за совершение особо тяжкого преступления, а потому в соответствии с п. «в» ч. 3 ст . 18 УК РФ, в его действиях имеется особо-опасный рецидив.

Наказание назначено осужденным соразмерно содеянному, с учетом данных об их личности, всех обстоятельств дела, а также влияния назначенного наказания на их исправление.

Все смягчающие наказание обстоятельства учтены судом в полной мере, а потому оснований для смягчения им наказания, о чем ставится вопрос в жалобах, судебная коллегия не находит.

Гражданский иск разрешен судом правильно.

Причиненный Майоровым материальный ущерб обоснованно в полном объеме взыскан с него в пользу потерпевших.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Свердловского областного суда от 6 ноября 2002 года в отношении Майорова Евгения Николаевича и Андаржанова Руслана Ибльяминовича оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденных - без удовлетворения.

Председательствующий Судьи:

ВЕРНО: Судья Верховного Суда РФ Г.Н. Истомина у