г. Москва 3 июля 2003 года Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Р Ф в составе председательствующего - Коннова В.С.
судей - Дубровина Е.В. и Чакар Р.С.
рассмотрела в судебном заседании от 3 июля 2003 года кассационные жалобы осужденного Сорокова А . В . и адвоката Асанова В.А. на приговор Новосибирского областного суда от 19 августа 2002 года, которым СОРОКОВ Александр Владимировичу родившийся 9 сентября 1980 года в г. Новосибирске, русский, с неполным средним образованием, не работавший, ранее судимый 28 декабря 1999 года по ч.2 ст. 213 УК РФ к двум годам лишения свободы, освоболсден 27 декабря 2001 года по отбытии срока наказания, осужден по п. «а» ч.2 ст. 105 У К Р Ф к двадцати годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Постановлено взыскать с Сорокова А . В . в пользу Симахина Е.А. в возмещение морального вреда 100.000 руб.
Сороков А.В. признан виновным и осужден за убийство на почве неприязненных отношений троих человек : Симахина А.М., 1939 года рождения, и спавших Симахина А.А., 1981 года рождения, и Симахиной Н.А., 1948 года рождения.
Преступление совершено им в ночь на 23 марта 2002 года в пос.
Криводановка Новосибирской области при обстоятельствах, установленных приговором.
Заслушав доклад судьи Коннова В . С , объяснения осужденного Сорокова А.В., мнение прокурора Генеральной прокуратуры Р Ф Шаруевой М.В., полагавшей судебное решение в отношении Сорокова законным, обоснованным и справедливым, судебная коллегия установил а:
В кассационных жалобах:
- осужденный Сороков А.В. просит отменить приговор и направить дело на новое судебное разбирательство, ссылаясь на неправильную квалификацию его действий, полагает, что они должны быть квалифицированы по ч.1 ст. 108 У К РФ как убийство при превышении пределов необходимой обороны. Утверждает, что он не помнит, как убил Симахиных А.А. и Н.А. По его мнению, доказательства оценены неверно;
- адвокат Асанов В.А. в защиту интересов осужденного Сорокова также просит отменить приговор и направить дело на новое судебное разбирательство, ссылаясь на те же доводы, что и осужденный Сороков в своей жалобе. Кроме того, адвокат Сорокова - Асанов указывает на несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела; считает неверным вывод суда о наличии у Сорокова умысла на убийство троих лиц; полагает, что Сороков не знал о нахождении Симахиной в квартире; по его мнению, вина Сорокова в убийствах Симахиных А.А. и Н.А. не доказана. Как полагает адвокат Асанов, суд необоснованно отказал в назначении стационарной судебнопсихиатрической экспертизы в отношении Сорокова.
В возражениях государственный обвинитель Дуденко Н.И. считает доводы жалоб несостоятельными и просит оставить приговор без изменения.
Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб и возражений на них, судебная коллегия находит приговор в отношении Сорокова законным, обоснованным и справедливым по следующим основаниям.
Виновность Сорокова в содеянном им установлена совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре. Этим доказательствам судом дана надлежащая оценка.
Доводы жалоб об обстоятельствах происшедшего, аналогичные приведенным в судебном заседании, проверялись судом и получили правильную оценку в приговоре.
Как следует из имеющихся в деле показаний самого Сорокова, потерпевшего Симахина и свидетеля Артеменко, постановления об административном правонарушении Сорокова от 11 февраля 2002 года у Сорокова с семьей Симахиных сложились конфликтные отношения, связанные с неправильным поведением самого Сорокова. Данные обстоятельства в жалобах не оспариваются.
Потерпевший Симахин пояснял, что Симахины А.А. и А.М.
написали заявление о вымогательстве денег Сороковым. Узнав об этом, Сороков сказал Симахину А.А. и его родителям - Симахиным А.М. и Н.А., что убьет их. В феврале 2002 года Симахины А.А., А.М. и Н.А. рассказали ему, что Сороков заявил им, что если они пойдут в милицию, то он их зарежет.
Из приведенных показаний потерпевшего Симахина следует, что до происшедшего Сороков высказывал угрозу убийством семье Симахиных.
Убийство Сороковым Симахина А.М. в жалобах не оспаривается.
Ссылка в жалобах о нахождении Сорокова, 1980 года рождения, при убийстве Симахина А.М., 1939 года рождения, в состоянии превышения необходимой обороны является несостоятельной.
Утверждая о нападении на него с ножом Симахина А.М., Сороков пояснял в ходе предварительного следствия, что:
- он увернулся, перехватил нож и ударил им несколько раз Симахина в область груди (л.д. 96);
- он выхватил у Симахина из руки нож и нанес ему удары (л.д.
148);
- он перехватил руку Симахина, заломил ее и выдернул нож (л.д.
109);
В судебном заседании подсудимый Сороков пояснял, что:
- когда Симахин с ножом кинулся на него, он выбил у него нож (л.д.
229);
- он схватил Симахина за руку и вырвал у него нож (л.д. 231);
- он заломил руку Симахина (ее кисть) и нож сам выпал ему в руку (л.д. 234).
Таким образом, показания Сорокова об обстоятельствах появления у него ножа противоречивы и непоследовательны.
Объективно они опровергаются заключением судебно-медицинской экспертизы, из которого следует, что никаких (в том числе - характерных для удара по руке (выбивания), хватания за руку, ее заламывания, выкручивания) телесных повреждений у Симахина А.М. в области верхних конечностей не имелось. Сам подсудимый Сороков также пояснял, что от завладения им ножом (в том числе - резаных ран ладонной поверхности руки, характерных для выхватывания, выдергивания ножа из руки нападавшего) у него телесных повреждений не было (л.д. 234).
При таких данных и с учетом предшествующей высказанной Сороковым угрозы убийством суд пришел к правильному выводу о том, что нож в целях убийства Сороков взял со стола в кухне.
Кроме того, Сороков в ходе предварительного следствия пояснял, что когда он выбил у Симахина нож, то затем он взял этот нож и за то, что тот пытался его зарезать, нанес несколько ударов Симахину ножом в грудь (л.д. 105), то есть наносил удары не в целях самообороны, а на почве мести.
В судебном заседании подсудимый Сороков пояснял, что после того, как он выхватил нож, Симахин опасности для него не представлял и с какой целью он нанес ему удары ножом, он не помнит (л.д. 231).
Указанные показания Сорокова, а также - количество нанесенных им ударов ножом Симахину А.М. (не менее 12), не подтверждают доводов жалобы о нахождении Сорокова в состоянии необходимой обороны (при каждом из нанесенных им ножевых ударов) при ее превышении.
В своем заявлении, именуемом «явкой с повинной», Сороков указывал, что он нанес удары ножом Симахину А.А. и Симахиной Н.А., когда каждый из них находился на кровати (л.д. 96). При последующих допросах он пояснял, что он нанес удары ножом Симахину А.А., а затем Симахиной Н.А. (л.д. 105, 109, 149).
В судебном заседании подсудимый Сороков пояснял, что он «действительно убил трех человек» (л.д. 229), все повреждения, указанные в актах судебно-медицинских экспертиз, Симахину А.А. и Симахиной Н.А.
причинил он (Сороков) - л.д. 242.
Из актов судебно-медицинских экспертиз следует, что Симахина А.М., А.А., Н.А. наступила в один и тот же времени.
смерть период Свидетель Артеменко поясняла, что пришедший в ней ночью 23 марта 2002 года Сороков сообщил, что он убил Симахиных, что Симахина А.М. он убивал долго, а Симахина А.А. убил быстро (Симахину А.М. было нанесено, как видно из материалов дела, не менее 12 ударов ножом, а Симахину А.А. - не менее 3).
Аналогичными показаниями свидетеля Егоренковой.
Сам Сороков пояснял в ходе предварительного следствия, что после происшедшего он пришел к Артеменко и сказал, что он убил семью Симахиных (л.д. 149).
Причастность других, кроме Сорокова, лиц к смерти Симахиных А.А. и Н.А. из материалов дела не усматривается.
При таких данных и с учетом предшествующего высказывания Сороковым угрозы об убийстве всей семьи Симахиных вывод суда о доказанности виновности Сорокова в убийстве Симахиных А.А. и Н.А.
соответствует совокупности имеющихся доказательств.
Показания Сорокова об обстоятельствах убийства им Симахиных А.А. и Н.А. противоречивы, непоследовательны и суд правильно признал их недостоверными.
Так, при допросе 2 апреля 2002 года Сороков пояснял об отсутствии нападения на него Симахиных А.А. и Н.А. Он пояснял, что после нанесения ударов ножом отцу - Симахину А.М. он стал выходить с ножом в комнату и при этом нанес ему несколько ударов ножом. Симахин А.А.
упал на кровать. Он стал выходить из его комнаты, а навстречу ему из своей комнаты вышла Симахина Н.А. Он и ее стал заталкивать в комнату и при этом нанес ей удары ножом в грудь. Она упала на кровать (л.д. 109).
При последующем допросе 17 июля 2002 года Сороков показания изменил и стал утверждать, что вышедший из комнаты Симахин А.А., увидев в его руке нож с кровью, бросился на него с кулаками, хотел ударить (л.д. 149).
В судебном заседании он пояснял, что не помнит, как все происходило с Симахиным А.А. и Симахиной Н.А. Может, все было так, как указано в обвинении (л.д. 232).
Из заключений судебно-медицинских экспертиз видно, что ни у Симахина А.А., ни у Симахиной Н.А. не имелось никаких телесных повреждений, характерных для их толкания (кровоподтеков, ссадин), или для самообороны (в том числе - колотых, резаных ран верхних конечностей).
Из протоколов осмотра места происшествия следует, что трупы Симахиных А.А. и Н.А. на кроватях располагались не перпендикулярно им, с нахождением ног на полу, что характерно для падения на кровать от толчка. Из данных протоколов видно, что их трупы полностью находились на кроватях, их головы располагались на подушках, обуви на них не было, она стояла около кроватей, позы трупов были характерны для спавших людей. Одежда на их трупах была пропитана кровью в местах, соответствующих ранениям груди; потеков, вертикальных дорожек капель крови, характерных для нанесения ранения в горизонтальном положении не имелось.
При таких данных и с учетом данных заявления Сорокова, именуемого им «явкой с повинной» о нанесении ударов Симахиным А.А.
и Н.А., когда каждый из них находился на кроватях, суд пришел к правильному выводу об убийстве Симахиных А.А. и Н.А. во время сна.
Обнаружению на месте происшествия лишь ручки ножа и отсутствия на одежде Сорокова следов крови (при признании им убийства Симахина А.М. и нанесения ударов ножом Симахиным А.А. и Н.А.) суд дал в приговоре правильную оценку.
Как следует из материалов дела, Сороков проживал в том же доме, где и пострадавшие Симахины, он их знал, неоднократно бывал в их квартире и знал состав их семьи. Происшедшее имело место в ночное время - после 00 часов 23 марта 2002 года.
Сам Сороков пояснял в судебном заседании, что когда он пришел в квартиру Симахиных, то Симахиной не видел, но предполагал, что она спит в комнате, «где же ей быть ночью» (л.д. 2 3 1 , 232, 246).
При таких данных и с учетом ранее высказанной Сороковым угрозы убить Симахина А.А. и его родителей - Симахина А.М. и Симахину Н.А., фактического убийства им в одно время, без какого-либо значительного разрыва во времени, последовательного одного за другим Симахиных А.М., А.А. и Н.А., суд пришел к правильному выводу о наличии у Сорокова умысла на убийство трех лиц.
Кроме того, постановка адвокатом Асановым в жалобе вопроса об отсутствии у Сорокова первоначального умысла на убийство Симахиной Н.А. в качестве третьего лица, направлена на ухудшение положения осужденного Сорокова. Согласно п.
15 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 27 января 1999 года «О судебной практике по делам об убийстве» суд вправе изменить квалификацию действий виновного с п. «а» на п. «н» ч.2 ст. 105 УК Р Ф и наоборот. Таким образом, в случае переквалификации действий Сорокова по эпизоду убийства Симахиной с п. «а» на п. «н» ч.2 ст. 105 У К РФ и оставления квалификации действий Сорокова по эпизодам убийств Симахиных А.М. и А.А. по п. «а» ч.2 ст. 105 УК РФ, объем общей виновности Сорокова будет увеличен, вместо одного (п. «а») пункта ч.2 ст. 105 УК РФ указанная переквалификация повлечет за собой его осуждение по двум пунктам ч.2 ст. 105 УК РФ - п.п. «а,н». Такое ухудшение положения осужденного по жалобе его защитника УПК РФ не предусматривает.
Ссылка в жалобах на то, что Сороков в ходе предварительного следствия показания давал под диктовку сотрудников милиции несостоятельна. Из его заявления, именуемого «явкой с повинной», следует, что он писал его собственноручно и указывал в нем, что писал его «без физического и психического воздействия» (л.д. 96). Все его допросы проводились в присутствии и с участием его защитника (л.д. 99, 103-106, 108-109, 148-149) и каких-либо заявлений о применении незаконных методов расследования не поступало. Кроме того, осмотр места происшествия с его участием проводился с участием понятых и осуществлялась его видеозапись, которая также не свидетельствует о применении незаконных методов расследования. Не подтверждает эти доводы и факт отказа Сорокова давать показания при его допросе 30 марта 2002 года (л.д. 99). Из протоколов следует, что показания он давал с его согласия, по его желанию, указывал в протоколах, что с его слов (от работников милиции) показания записаны верно. Его допросы проводились следователем прокуратуры и в протоколах не имеется данных о присутствии при его допросах сотрудников милиции. В судебном заседании подсудимый Сороков пояснял, что его «сотрудники милиции не били, не угрожали, не заставляли оговаривать себя. Показания он давал добровольно» (л.д. 233). Он «показания давал при адвокате, давления на него не оказывалось» (л.д. 246).
Участие адвоката при написании задержанным какого-либо заявления, независимо от того, как задержанный его именует (в том числе и «явкой с повинной»), У П К Р С Ф С Р не предусматривал.
Утверждение адвоката Асанова в жалобе на незаконность административного ареста Сорокова - несостоятельно, как поясняла свидетель Артеменко, когда ночью 23 марта 2002 года она спала, пришел пьяный Сороков, стал стучать, требовал открыть, он ей мешал и она направила его домой (л.д. 25 - 26, 80). Сам Сороков пояснял, что к административной ответственности его привлекли за то, что он поругался с Артеменко и устроил в подъезде дебош (л.д. 106). Из постановления судьи от 25 марта 2002 года видно, что в 2 часа ночи 23 марта 2002 года Сороков, будучи в пьяном виде, находясь около кв. 5 дома 2 в с.Криводановка, пинал в дверь, выражался нецензурно в адрес Артеменко, нарушив общественный порядок и спокойствие граждан. Виновным себя он полностью признал (л.д. 279).
Кроме того, данное постановление судьи вступило в законную силу, оно не отменено в установленном законом порядке, и никто, в том числе адвокат Асанов, не вправе утверждать о незаконности привлечения Сорокова к административной ответственности.
Закон не запрещает проведение следственных действий с административно арестованным.
Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины Сорокова в содеянном им и верно квалифицировал его действия по п. «а» ч.2 ст. 105 УК РФ по указанным в приговоре признакам.
Психическое состояние Сорокова судом исследовано.
Из материалов дела следует, что на учете у психиатра Сороков не состоял, его наследственность не отягощена. Сам он пояснял, что после убийств прошел в ванную комнату, вымыл руку от крови, затем он собрал и забрал с собой вещи Симахиных из их квартиры (две банки консервированных грибов, чай, хлеб и другое). Перед уходом из квартиры он бросил горящую спичку на коврик на полу в квартире и от этого случился пожар.
Свидетель Артеменко поясняла, что состояние пришедшего к ней после происшедшего Сорокова было нормальным, спокойным, ничего необычного в его состоянии не было. Он просил создать ему алиби.
В отношении Сорокова проведена судебная комплексная психологопсихиатрическая экспертиза. При этом, как видно из акта, экспертам было известно о заявлении Сорокова о «туберкулезе мозга» и операциях на голове. Эксперты пришли к выводу, что Сороков в полной мере осознавал фактический характер и общественную опасность своих действий и мог руководить ими. Он не находился в состоянии аффекта либо ином выраженном эмоциональном состоянии. Акт экспертизы требованиям закона соответствует.
С учетом осмысленности, целенаправленных действий Сорокова, поддержания им адекватного речевого контакта, отсутствия у него бреда и галлюцинаций он обоснованно признан вменяемым и предусмотренных законом оснований для назначения в отношении него повторной стационарной судебно-психиатрической экспертизы - не имелось.
Кроме того, как следует из материалов дела, ранее Сороков осуждался по приговорам от 28 декабря 1999 года (по ч.З ст. 213 У К РФ) и от 4 октября 2000 года (по п.п. «а,в,г» ч,2 ст. 158 У К РФ), то есть признавался вменяемым в совершении указанных преступлений.
Наказание Сорокову назначено судом в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному им, с учетом данных о его личности, влияния назначенного наказания на его исправление и всех обстоятельств дела.
Как следует из материалов дела, Сороков ранее отбывал наказание в виде лишения свободы, но данный вид наказания не привел его к исправлению, он вновь совершил новое умышленное, более тяжкое преступление.
Назначение Сорокову, умышленно лишившему жизни трех человек, наказания в виде пожизненного лишения свободы и назначение ему вновь наказания в виде лишения свободы на определенный срок, нельзя признать чрезмерно строгим наказанием, несоразмерным содеянному самим им.
Сорокову назначено справедливое наказание и оснований к его смягчению не имеется.
Гражданский иск разрешен судом в соответствии с действующим законодательством.
Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют имеющимся доказательствам, правильно оцененным судом.
Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, из материалов дела не усматривается.
Уголовно-процессуальным законодательством не предусмотрено право лица, уже осужденного, знакомиться со всеми материалами уголовного дела, о чем Сорокову было правильно разъяснено судьей (л.д.
296). С протоколом судебного заседания он ознакомлен, копия приговора ему вручена, копия жалобы адвоката Асанова ему также вручена.
Кроме того, по окончании предварительного следствия он был ознакомлен с материалами дела, собственноручно указывал в протоколе, что с материалами дела ознакомился в полном объеме, времени для ознакомления было достаточно (л.д.
203).
Исследование всех доказательств в судебном заседании проводилось в его присутствии и с его участием. Таким образом, нарушения права Сорокова на ознакомление с материалами дела не допущено.
Как видно из протокола судебного заседания, подсудимый Сороков и другие участники процесса не заявляли ходатайства об истребовании из учреждения УФ-91/10 данных о состоянии здоровья Сорокова. Сбор дополнительных доказательств по делу в компетенцию суда второй инстанции не входит.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия
определила:
приговор Новосибирского областного суда от 19 августа 2002 года в отношении Сорокова Александра Владимировича оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного Сорокова А.В. и адвоката Асанова В.А. - без удовлетворения.
Председательствующий - Коннов В.С.
Судьи - Дубровин Е.В. и Чакар Р.С.
Верно: судья Верховного Суда РФ В.С.Коннов Копии определения направлены:
1. Начальнику учреждения ИЗ-54/1 осужденного Сорокова А.В.
г.
Новосибирска в отношении 2. В Прокуратуру РФ.
3. Дело отправлено « » ш июля 2003 года в 1 т. + 1 в/касс. в Новосибирский областной суд.