Дело№ 38-003-8 КАССАЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
9 июня 2003 г.
Судебная коллегия по уголовным Российской Федерации в составе делам Верховного Суда председательствующего Говорова Ю.В.
судей Истоминой Г.Н. и Куменкова A.B.
рассмотрела в судебном заседании от 9 июня 200 года кассационное представление государственного обвинителя Сахаровой Е.А., кассационные жалобы адвоката Добрынина В.А., осужденных Нечаевой O.K., Котова H.H., его законного представителя Котова Н.Е. на приговор Тульского областного суда от 29 октября 2002 года, которым НЕЧАЕВА Ольга Николаевна, родившаяся 21 июня 1978 года в г. Туле, ранее не судимая осуждена по п.п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 162 УК РФ к 8 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.
По п.п. «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ Нечаева оправдана в связи с ее непричастностью к совершению преступления.
КОТОВ Николай Николаевич, родившийся 24 января 1985 года в г. Туле, ранее судимый 2 февраля 2001 года по п.п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 158, ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком на 2 года осужден к лишению свободы по п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ сроком на 7 лет, по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ с применением ст. f';-'- У К Р Ф сроком на 7 лет.
По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено 9 лет лишения свободы.
Условное осуждение Котова по приговору от 2.02. 2001 года отменено и в соответствии со ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров назначено 10 лет лишения свободы в воспитательной колонии.
Котов и Нечаева осуждены за разбойное нападение на Юдакову Т.А.
группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с применением предметов, используемых в качестве оружия, а Котов и с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей, неоднократно.
Котов осужден также за убийство Юдаковой Т.А., сопряженное с разбоем.
Преступления совершены ими 5 марта 2001 года в г. Туле при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
Заслушав доклад судьи Истоминой Т.Н., выступление прокурора Вощинского, поддержавшего доводы кассационного представления об отмене приговора, направлении дела на новое судебное разбирательство, объяснения осужденного Котова H.H., поддержавшего доводы жалобы, объяснения адвоката Добрынина В.А., поддержавшего доводы жалобы в защиту Нечаевой О.
и просившего оставить представление государственного обвинителя без удовлетворения, судебная коллегия
установила:
В кассационном представлении государственным обвинителем поставлен вопрос об отмене приговора, направлении дела на новое судебное разбирательство.
По доводам представления суд необоснованно пришел к выводу о непричастности Нечаевой к убийству Юдиной и неправильно переквалифицировал ее действия с п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ на п.п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 162 УК РФ. Выводы суда содержат существенные противоречия и не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.
По мнению автора представления, суд неправильно отверг показания Котова о передаче ему ножа Нечаевой и пришел к не основанному ни на каких данных выводу о том, что второй нож, которым Котов нанес многочисленные колото-резаные раны потерпевшей, ему передал Нечаев С.
Приведя заключение судебно-медицинского эксперта, считает, что выводы эксперта подтверждают показания Котова о нанесении ударов потерпевшей двумя ножами.
Неправильно указано судом в приговоре и о том, что государственный обвинитель отказалась от предъявленного Нечаевой обвинения., предложив квалифицировать ее действия как пособничество в убийстве.
Предложение об изменении квалификации действий подсудимой не может рассматриваться как отказ от обвинения.
Адвокат Добрынин В.А. в своей кассационной жалобе и дополнении к ней в защиту Нечаевой О. указывает, что доказательств того, что Нечаева договорилась с братом и Котовым о совершении разбойного нападения не имеется. В приговоре не конкретизирован характер насилия, которое якобы договорились применить Нечаев С. и Котов.
Не установлено, что Нечаева О. видела как был нанесен удар потерпевшей, когда она открыла дверь, и что в ее присутствии в квартире Котов и Нечаев С. нанесли удары потерпевшей. Время прихода Нечаевой в квартиру потерпевшей не установлено. Ее ссылки на свидетеля Поповскую, которая могла подтвердить, что в 16 часов 5 марта 2001 года Нечаева заходила к ней, не опровергнуты стороной обвинения. Справки о нахождении Поповской на работе с 16 часов 5 марта явно недостаточны.
Приведя анализ исследованных судом доказательств, считает, что Нечаева виновна в совершении кражи по предварительному сговору с Котовым, который состоялся уже в квартире, а потому ее действия следует квалифицировать по п.п.»а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ в редакции Закона от 31.10. 2002 года.
Просит переквалифицировать действия Нечаевой на данный закон, назначить ей минимальное наказание и освободить ее от наказания и изпод стражи на основании п. 2 Постановления Государственной Думы от 30 ноября 2001 года «Об объявлении амнистии в отношении несовершеннолетних и женщин».
Осужденная Нечаева О.Н. в своей кассационной жалобе и дополнении к ней указывает, что суд необоснованно придал доказательственное значение показаниям Котова, который оговорил ее.
Судом не учтено, что вначале Котов давал показания о передаче ею ему ножа, а затем, чтобы усугубить ее положение стал утверждать, что она сама этим ножом нанесла ножевые ранения потерпевшей. Считает, что показания Котова направлены на то, чтобы переложить свою вину на нее, сделать участницей убийства.
Свидетель Поповская, которая могла подтвердить, что она вышла из дома после 16 часов, то есть после того как Котов и ее брат убили Юдину, судом не допрошена. Суд ограничился показаниями свидетелей Вязьминой и Цыгановой, выпиской из журнала, однако этих доказательств, по ее У.-:~ недостаточно, поскольку Поповская 5 марта 2001 года не могла в 1с часов не могла начать работу.
Признает себя виновной в совершении кражи и правильно ее действия следует квалифицировать по ч. 2 ст. 158 УК РФ.
Просит рассмотреть ее жалобу и принять справедливое решение.
Осужденный Котов H.H. в своей кассационной жалобе, выражая несогласие с приговором, указывает, что суд не учел смягчающие обстоятельства, а также то, что Нечаева готовила заранее убийство Юдиной. Не принял суд во внимание и его показания в судебном заседании, что Нечаева принимала участие в убийстве Юдиной.
Просит приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение.
Законный представитель осужденного Котова - Котов Н.Е. в своей кассационной жалобе, подробно описывая условия жизни и воспитания сына, указывает, что у него не было причин для совершения убийства и похищения вещей потерпевшей. Считает, что мотивы к совершению этого преступления были у Нечаевой О., которая переложила свою ответственность на ее сына.
Просит пересмотреть дело и правильно определить роль и степень вины его сына.
В возражениях на кассационное представление государственного обвинителя и кассационные жалобы Котова H.H., Котова Н.Е. адвокат Добрынин В.А. и осужденная Нечаева О.Н. просят оставить их без удовлетворения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления и кассационных жалоб, судебная коллегия находит выводы суда о виновности Котова и Нечаевой в разбое, а Котова и в убийстве правильными, основанными на исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах.
Доводы жалоб о непричастности Нечаевой к разбойному нападению на Юдакову не основаны на материалах дела и опровергаются следующими доказательствами.
Так, осужденный Котов последовательно как на предварительном следствии, так и в судебном заседании пояснял, что придя домой к Нечаевым, увидел, как Нечаев С. на кухне точил нож. Он по предложению Нечаева С. также поточил этот нож. Нечаева О. видела как они точили нож.
Согласившись с предложением Нечаева С. пойти вместе с ними, он взял нож, а Нечаевы взяли несколько мешков.
Придя к дому 1 по ул. Майской, к квартире Юдаковой, Нечаев С.
позвонил в дверь. Когда Юдакова открыла им дверь, Нечаев нанес ей удар в шею ножом, а войдя в квартиру нанес ей второй удар ножом в живот. Он также нанес удар в живот потерпевшей ножом, переданным ему Нечаевым. Кроме этого он вместе с Нечаевым шарфами связали потерпевшей руки и ноги и обмотали поясом шею.
Нечаевы собрали в квартире Юдаковой вещи, сложили их в мешки, которые они втроем принесли в квартиру Нечаевых. Затем он и Нечаева перенесли похищенные музыкальный центр и видеокассеты в такси и пытались сдать их в ломбард, но их там не приняли и они с Нечаевой вновь приехали в квартиру Юдаковой, где похитили телевизор и продали этот телевизор и музыкальный центр таксисту.
Кроме того, будучи неоднократно допрошенным на предварительном следствии, Котов пояснял, что Нечаева предложила ему «выставить» квартиру, хозяйку которой она знала, после чего они втроем пошли к Юдаковой.
Приведенные показания Котова подтверждаются другими доказательствами по делу: показаниями свидетеля Базыкина, который пояснил, что возил Котова и Нечаеву в два ломбарда, чтобы сдать музыкальный центр, но это у них не получилось, тогда по просьбе Нечаевой он подъехал к дому № 1 по Майской, чтобы взять телевизор, который со слов Нечаевой она должна была забрать у мужа, по просьбе же Нечаевой он купил у них телевизор и музыкальный центр; данными обыска з квартире Нечаевых, в ходе которого были обнаружены похищенные у Юдаковой вещи; показаниями свидетеля Нечаевой Л. О том, что изъятая в ходе обыска шуба, не принадлежит их семье.
Принимая во внимание последовательность показаний Котова об осведомленности Нечаевой о наличии у него и Нечаева С. ножа, о том, что после применения этого ножа в квартире к потерпевшей, Нечаева стала собирать вещи в квартире, укладывать их в мешки, соответствие этих показаний другим доказательствам, суд обоснованно признал приведенные выше показания Котова достоверными.
Приведенные доказательства свидетельствуют об активном характере действий Нечаевой как по похищению имущества потерпевшей, так и по распоряжению им.
Учитывая характер действий Нечаевой, а также показания свидетеля Юдаковой о том, что Нечаева и ее брат днем 5 марта приходили к ним домой, а уходя, Нечаева пообещала вернуться вечером, чтобы ее мать чтото узнала, суд обоснованно признал достоверными и показания Котова на предварительном следствии о наличии между ним и Нечаевой предварительной договоренности о совершении открытого хищения из квартиры Юдаковой.
Показаниями Котова, а также показаниями свидетелей Цыгановой и Вязьминой, справкой Тульской областной больницы о том, что Поповская 5 марта 2001 года с 16 часов находилась на работе, опровергаются доводы жалоб о появлении Нечаевой в квартире Юдаковой после убийства потерпевшей и о том, что Поповская может подтвердить это обстоятельство.
Суд правильно установил, что Нечаева пришла к квартире потерпевшей вместе с Котовым и другим лицом, и после применения насилия к Юдаковой незаконно проникла в ее квартиру.
Хотя Нечаева сама и не применяла насилия к потерпевшей, однако она вступила в сговор с Котовым на открытое хищение имущества Юдаковой, достоверно была осведомлена о намерении Котова и брата применить нож к потерпевшей, с чем была согласна, после применения ножа в отношении потерпевшей проникла в квартиру, откуда совместно с Котовым и другим лицом похитила имущество потерпевшей, которым впоследствии распорядилась.
При таких обстоятельствах суд обоснованно расценил действия Нечаевой О. по хищению имущества потерпевшей Юдаковой, как разбой и правильно квалифицировал их по п.п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 162 УК РФ.
Оснований для переквалификации ее действия на ст. 158 УК РФ, о чем ставится вопрос в жалобах, не имеется.
Что касается кассационного представления о необоснованно оправдания Нечаевой по п.п. «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, то судебная коллегия не может согласиться с ним.
Как следует из постановления о привлечении Нечаевой в качестве обвиняемой и обвинительного заключения, ее роль в лишении жизни потерпевшей заключалась в том, что она вступила в сговор с Котовым на лишение жизни потерпевшей и, находясь в квартире Юдаковой, передала Котову подушку, сказав, чтобы он положил ее на лицо потерпевшей, после чего Нечаева, Котов и Нечаев С. стали давить на подушку с целью перекрыть доступ кислорода в органы дыхания Юдаковой, а затем Нечаева, передала Котову нож, которым тот нанес удары по телу потерпевшей.
В судебном заседании государственный обвинитель просила исключить из обвинения Нечаевой О. ее действия по попытке удушить потерпевшую подушкой, поскольку согласно хзаключению судебномедицинского эксперта следов асфиксии на теле потерпевшей не обнаружено, и поддержала обвинение Нечаевой в том, что та передала Котову нож, которым тот нанес удар потерпевшей.
В связи с тем, что Нечаева не принимала непосредственного участия в лишении жизни Юдаковой, государственный обвинитель предложила квалифицировать ее действия как пособничество в убийстве.
При этом как на доказательство виновности Нечаевой в этих действиях органы предварительного следствия и автор кассационного представления ссылаются на показания Котова.
Однако Котов ни на предварительном следствии, ни в судебном заседании, не давал показаний о наличии между ним и Нечаевой договоренности убить Юдакову, о том, что Нечаева давала согласие принять участие в убийстве потерпевшей.
Кроме того показания Котова о действиях Нечаевой в квартире Юдаковой, якобы направленных на лишение жизни потерпевшей, являются противоречивыми.
Так, на предварительном следствии Котов утверждал, что вначале он и Нечаев С. нанесли Юдаковой удары ножом, который принесли с собой, а затем Нечаева О. ва взяла на кухне нож, передала ему. и он этим ножом нанес один удар потерпевшей.
В судебном заседании Котов пояснил, что Нечаева не передавала ему нож, и он не наносил этим ножом удары, а она сама взятым в квартире ножом нанесла Юдаковой удары.
Причина изменения показаний Котовым о роли Нечаевой О.
вызвана, как установил суд, влиянием на Котова отца, с которым у него были неоднократные свидания.
Принимая во внимание противоречивость показаний Котова о действиях Нечаевой в квартире Юдаковой, его стремление увеличить роль Нечаевой в лишении жизни потерпевшей суд обоснованно подверг сомнению достоверность показаний Котова о передаче ему ножа Нечаевой.
Другие доказательства виновности Нечаевой в оказании содействия Котову в убийстве Юдаковой в материалах дела отсутствуют и не приведены в кассационном представлении.
Орудия преступления не установлены, а потому предположительный вывод судебно-медицинского эксперта о возможности причинения ранений потерпевшей двумя кожами, на который имеется ссылка в представлении, не может с достоверностью свидетельствовать об использовании осужденным двух ножей в процессе лишения жизни Юдаковой.
Выводы двух судебно-медицинских экспертиз по результатам исследования ножей и кожного лоскута с тела потерпевшей, на которые имеются ссылки в кассационном представлении, также не свидетельствуют о нанесении ударов потерпевшей двумя ножами.
Согласно заключению судебно-медицинского эксперта имеющиеся лоскуте кожи трупа Юдаковой 4 колото-резаные раны не могли быть причинены клинком ножа, изъятого в квартире Нечаевых, а также клинком ножа, выданного в судебном заседании потерпевшей Березиной.
По изложенным мотивам судебная коллегия не находит оснований для отмены приговора по доводам кассационного представления.
Правильно определена судом и роль Котова в содеянном.
Исследованными судом доказательствами подтверждается, что Котов принимал непосредственное участие как в разбойном нападении на Юдакову, так и в ее убийстве.
Действиям Котова по п. «з» ч. 2 ст. 105, п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ суд дал правильную юридическую оценку.
Вместе с тем указание суда на неоднократность разбоя при квалификации действий осужденного по п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ подлежит исключению из приговора.
Как следует из материалов дела, Котов приговором Пролетарского районного суда г. Тулы от 2 февраля 2001 года был осужден к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком на 2 года за совершение в несовершеннолетнем возрасте преступлений, предусмотренных п.п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 158, ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ. После постановления приговора 30 ноября 2001 года принято и с 1 декабря 2001 года вступило в силу Постановление Государственной Думы Федерального Собрания РФ «Об объявлении амнистии в отношении несовершеннолетних и женщин», в соответствии с п. 5 которого Котов как условно осужденный подлежал освобождению от наказания.
Таким образом, на момент постановления приговора, Котов являлся не судимым, в связи с чем суд не вправе был ссылаться на его судимость ни во вводной, ни в описательной части приговора, а также учитывать ее при квалификации действий осужденного.
Наказание назначено осужденным Котову и Нечаевой соразмерно содеянному, с учетом данных об их личности, условий жизни и воспитания Котова, уровня его психического развития, всех обстоятельств дела, а также влияния назначенного наказания на их исправление.
Все смягчающие обстоятельства учтены судом в полной мере, а потому оснований к смягчению им наказания судебная коллегия не находит.
Исключение одного квалифицирующего признака из обвинения Котова не повлекло переквалификацию его действий по разбою на другую часть статьи, а также не связана с уменьшением объема его действий, а - потому эти изменения приговора также не являются основанием к смягчению наказания Котову.
Вместе с тем, в связи с тем, что Котов на момент рассмотрения дела судом являлся несудимым суд незаконно принял решение об отмене его условного осуждения по приговору от 2 февраля 2001 года и о назначении ему наказания по совокупности приговоров по правилам ст. 70 УК РФ, в связи с чем данные указания суда подлежат исключению из приговора.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия
определила:
приговор Тульского областного суда от 29 октября 2002 года в отношении Котова Николая Николаевича изменить.
Исключить указание суда о его судимости от 2 февраля 2001 года по п.п. «а», «в», «г» ч. 2 ст. 158, ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ и ссылку суда на неоднократность совершения разбоя при квалификации его действий по п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ.
Исключить указание суда об отмене условного осуждения по приговору от 2 февраля 2001 года и о назначении Котову наказания по совокупности приговоров по правилам ст. 70 УК РФ.
Считать Котова осужденным по совокупности преступлений, предусмотренных п. «з» ч. 2 ст. 105, п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ, к 9 (девяти) годам лишения свободы.
В остальном приговор в отношении Котова и тот же приговор в отношении Нечаевой Ольги Николаевны оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденных, адвоката Добрынина В.А., законного представителя осужденного Котова Н.Е. и кассационное представление государственного обвинителя Сахаровой Е.А.- без удовлетворения.
Председательствующий Судьи:
ВЕРНО: Судья Верховного Суда РФ ^ Д е л о о т п р а в л е н о «_ / О Ш 1 ^ 2 0 0 ^ года б ^ 'У 14