г. Москва 13 февраля 2003 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в составе:

председательствующего - Каримова М.А.

судей - Куменкова А.В. и Грицких И.И.

рассмотрела в судебном заседании от 13 февраля 2003 года кассационные жалобы осужденных Жданова А.Е., Кондратьева А.Ю., Дровосекова В.Н., Морозова А.В., защитников Шенкмана СВ., Большакова В.Ф. на приговор Владимирского областного суда от 25 июня 2002 года, которым ЖДАНОВ Андрей Евгеньевич, 21 декабря 1969 года рождения, уроженец г. Коврова Владимирской области, русский, со средним образованием, женатый, несудимый, осужден к лишению свободы:

по ч. 1 ст. 209 УК РФ на десять лет с конфискацией имущества;

по ч.З ст. 33 и п.п. «а», «б» ч.З ст. 162 УК РФ на девять лет с конфискацией имущества;

по п.п. «а», «б», «в», «г» ч.2 ст. 158 УК РФ на пять лет.

На основании ч.З ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений наказание Жданову назначено одиннадцать лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с конфискацией имущества.

По ст.ст. 33 ч.З, 30 ч.З и ч.4 ст. 166 УК РФ Жданов оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления;

КОНДРАТЬЕВ Андрей Юрьевич, 29 сентября 1967 года рождения, уроженец г. Коврова Владимирской области, русский, со средне-техническим образованием, женатый, неработавший, несудимый, - осужден к лишению свободы:

по ч.2 ст. 209 УК РФ на девять лет с конфискацией имущества;

по п.п. «а», «б» ч.З ст. 162 УК РФ на десять лет с конфискацией имущества;

по ч.З ст. 33 и п. «а» ч.2 ст. 162 УК РФ на девять лет с конфискацией имущества;

по п.п. «а», «б», «в»,» г» ч.2 ст. 158 УК РФ на пять лет.

На основании ч.З ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений наказание Кондратьеву назначено десять лет шесть месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с конфискацией имущества.

По ст.ст. 33 ч.З и 166 ч.4, 30 ч.З и 166 ч.4 УК РФ Кондратьев оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления.

Кондратьеву назначено «принудительное лечение от алкоголизма»;

ДРОВОСЕКОВ Виктор Николаевич, 24 сентября 1978 года рождения, уроженец п. Восход Ковровского района Владимирской области, русский, со средне-специальным образованием, холостой, несудимый, осужден к лишению свободы:

по ч.2 ст. 209 УК РФ на восемь лет с конфискацией имущества;

по п.п. «а»,» б» ч.З ст. 162 УК РФ на восемь лет с конфискацией имущества;

по п.п. «а», «б», «в» ч.2 ст. 158 УК РФ на три года.

На основании ч.З ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений наказание Дровосекову назначено восемь лет шесть месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с конфискацией имущества.

По ст.ст. 30 ч.З и 166 ч.4 УК РФ Дровосеков оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления;

ЛНУЧКИН Алексей Алексеевич, 29 апреля 1962 года рождения, уроженец с. Молотицы Муромского района Владимирской области, русский, со средним образованием, женатый, несудимый, - осужден по ч.З ст. 33 и п. «а» ч.2 ст. 162 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к трем годам шести месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

По ст. 166 ч.4 УК РФ Анучкин оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления;

МОРОЗОВ Алексей Владимирович, 19 января 1975 года рождения, уроженец г. Коврова Владимирской области, русский, с неполным средним образованием, неженатый, несудимый, осужден по п.п. «а», «в» ч.2 ст. 158 УК РФ к двум годам лишения свободы в соответствии со ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком два года.

Этим же приговором осуждены Хорев Роман Владимирович, Фурносов Дмитрий Аркадьевич, Волков Сергей Анатольевич, Арсентьев Николай Евгеньевич, в отношении которых в установленном законом порядке кассационные жалобы и представление не принесены.

Постановлено взыскать:

с Кондратьева, Хорева, Волкова, Анучкина в пользу Щанниковой Е.Ю. в возмещение ущерба 20960 рублей солидарно и в счет компенсации морального вреда по 2500 рублей с каждого, в пользу Щанникова А.Б. в счет компенсации морального вреда по 2500 рублей с каждого;

с Жданова, Кондратьева, Фурносова в пользу Балясова В.В. в возмещение ущерба 800 рублей солидарно;

с Жданова, Кондратьева, Хорева, Фурносова в пользу Черуновой С.Н. 2700 рублей солидарно;

с Жданова, Кондратьева, Хорева, Фурносова, Дровосекова в пользу ОАО «Ковровский лесокомбинат» 359600 рублей солидарно;

с Кондратьева, Морозова в пользу ОАО ККБАЛ 33505 рублей 40 копеек солидарно; в доход государства судебные издержки с каждого осужденного по 53 рубля 33 копейки.

Кондратьев за организацию разбойного нападения на Щанниковых группой лиц по предварительному сговору, а Анучкин за пособничество исполнителям этого преступления;

Жданов за тайное хищение имущества ООО «Стройэкс», Дровосеков за тайное хищение имущества Чулева Г.В.;

Жданов и Дровосеков за тайное хищение имущества ЗАО «Ковровский экскаваторный завод» с незаконным проникновением в хранилище, группой лиц по предварительному сговору, неоднократно;

Жданов и Кондратьев за тайное хищение имущества ЗАО «Тамга», Ковровского торгового дома, Балясова В.В., ЗАО «Ковровский экскаваторный завод», Шипилова Д.А. с незаконным проникновением в помещение, группой лиц по предварительному сговору, неоднократно, а по эпизоду с потерпевшим Балясовым, кроме того, с причинением последнему значительного ущерба;

Дровосеков за тайное хищение имущества ОАО «Ковровский лесокомбинат» с незаконным проникновением в помещение, группой лиц по предварительному сговору, неоднократно;

Кондратьев и Морозов за тайное хищение имущества ОАО «Ковровское конструкторское бюро автоматических линий» (ККБАЛ) с незаконным проникновением в хранилище, группой лиц по предварительному сговору, а Кондратьев, кроме того, неоднократно;

Жданов за создание устойчивой вооруженной группы - банды в целях нападения на кассира Ковровского лесокомбината, а Кондратьев и Дровосеков за участие в этой банде; за совершение ими (Жданов как организовавший разбойное нападение) в составе банды разбойного нападения на кассира Ковровского лесокомбината с целью хищения имущества в крупном размере.

Заслушав доклад судьи Грицких И.И., объяснения осужденных Жданова, Дровосекова, Кондратьева, Морозова, адвоката Павлова А.В., поддержавших осужденные свои, а адвокат своего подзащитного Жданова кассационные жалобы, мнение прокурора Соломоновой В.А., полагавшую необходимым приговор оставить без изменения, судебная коллегия в своей кассационной жалобе и дополнениях к ней осужденный Жданов указывает, что с приговором он не согласен. Излагает, что доказательства по делу свидетельствуют о том, что Дровосеков минимум два раза предлагал совершить нападение на кассира лесокомбината. От него он узнал, что в машине, перевозившей деньги из конторы г.Коврова на лесопункт «Восход», кроме водителя присутствует только пожилая женщина - кассир, что напугать их и завладеть деньгами, скрыться в лесу не составит труда. Дровосеков предполагал, что нужны еще люди. Слова Дровосекова он передал Кондратьеву. Сам же он (Жданов) при разговоре с Дровосековым отказался от участия в нападении. Кондратьев заинтересовался намерением Дровосекова. Предложил идею нападения ранее незнакомому ему (Жданову) Хореву Р.В. и Фурносову Д.А., которого он (Жданов) раньше видел один раз. Хорев и Фурносов, заинтересовавшись информацией Кондратьева, просили организовать встречу с ним (Ждановым), поскольку он знал местожительство Дровосекова. При встрече с ним вначале июля 2000 года Кондратьев, Хорев, Фурносов интересовались, что ему известно от Дровосекова, о маршруте движения машины с кассиром, о количестве в ней людей. При этой встрече все они вместе решили встретиться с Дровосековым. Встреча с ним проходила на берегу озера. Дровосеков подробно рассказал о своем давнем намерении совершить нападение, о маршруте движения кассира, свои соображения о способе остановки автомашины при помощи размещения бревна на дороге, где к ней с двух сторон вплотную примыкает лес. Все участники, поскольку он (Жданов) сказал, что в нападении не будет участвовать, просили его помочь с доставкой к месту будущего нападения и последующего увоза в г. Ковров. Тогда же на озере при корректировании замысла Дровосекова и выборе предполагаемого места нападения о возможном применении пневматических пистолетов, газового оружия разговора не было. Это было в г. Коврове без участия в обсуждении Дровосекова, когда Хорев предложил при нападении использовать форму сотрудника милиции. Каждый из участников что-то предлагал для осуществления нападения. Ранее организованное Кондратьевым нападение на Щанниковых во многом схоже с нападением на работников лесопункта, а именно: рекогносцировка на местности при выборе места нападения, закладка тайника, распределение ролей во время нападения при остановке автомашины. Но о нападении на Щанниковых он (Жданов) и Дровосеков не знали.

Жданов считает, что тщательного планирования нападения на кассира у них не было. В начале июля 2000 года Дровосеков предложил идею нападения, которое в окончательно принятом решении всеми участниками нападения должно было состояться в 15-20 числах июля, по утверждениям Дровосекова именно в этих числах автомашина должна была ехать в г. Ковров за деньгами, но Дровосеков не приехал, не предупредил их об этом. Появился он только 17 августа 2000 года. Когда Дровосеков приехал к нему (Жданову), они заехали к Кондратьеву, ибо последний знал, где найти Хорева и Фурносова, тот разыскал Хорева, после чего они все поехали за Фурносовым. Жданов утверждает, что нападение произошло спонтанно.

17 августа 2000 года, встретив автомашину. «Газель» на въезде в город у завода «Точмаш», они проследили за ней. Дровосеков предположил, что деньги в этот день не повезут, это будет на следующий день. Тогда все они совместно приняли решение собраться у него (Жданова) 18 августа, что ими и было сделано. Дождались автомашину «Газель», но сперва потеряли ее из виду, а потом вновь увидели; он и Кондратьев вернулись к заводу, сообщили об увиденном другим участникам. Совместно было принято решение ехать на запланированное для нападения место. Никто из них не знал, повезут или нет в «Газеле» деньги, поедет ли эта машина в п. Восход.

По мнению Жданова, признаки банды - стабильность ее состава и организационных структур по настоящему уголовному делу отсутствуют.

Окончательное решение о нападении было принято всеми совместно, никто никого к этому не принуждал. Организационную роль со своей стороны в создании банды и в совершении разбойного нападения Жданов отрицает. Показания на следствии «некоторых участников нападения» о том, что он руководил нападением, являются попыткой переложить ответственность на него. Банда никем не создавалась. Прислушивались только к его советам, просили обеспечить транспортом, помочь в предупреждении о приближении автомашины на лесной дороге. Планируя нападение, предлагали свои варианты для облегчения его выполнения.

Кондратьев предложил использовать в психологических целях его пневматический пистолет. Он (Жданов) только добавил, что может дать такой же пистолет «А 101». Позже все они решили взять хранившийся у него в кабинете пневматический пистолет «МР-654 К», принадлежавший Горбатову Д.В. О газовом пистолете, об использовании формы сотрудника милиции «идеи возникали позже, в г. Коврове», о чем, а также о наличии тайника Дровосеков не знал.

Участников нападения с места преступления он (Жданов) не увез, так как «испугался за содеянное», «за возможное наступление последствий».

Случайностью оказалось то, что в машине «Газель» в тот день ехали Стародубцев, Ермилова и Мильчева.

К Храмову с просьбой дать газовый пистолет он (Жданов) обратился «не с целью его использования по прямому назначению, а как недостающее для четвертого участника нападения средство психологического воздействия». Праздное любопытство побудило Кондратьева при закладке тайника в лесу произвести выстрел из пистолета Храмова. Храмов беспокоился о судьбе своего газового пистолета, требовал возвратить его. Они собирались съездить на место закладки тайника, вернуть пистолет Храмову, но это «не получалось со временем», он (Жданов), Кондратьев были «заняты».

Его (Жданова) действия заключались в передаче газового пистолета, в его хранении, участии при закладке в тайник и его перевозке.

С точки зрения Жданова, предварительное следствие проведено «поспешно», что привело к нарушениям уголовно-процессуального законодательства.

За создание банды он осужден необоснованно.

Доказательств хищения имущества Черуновой нет. В этой части обвинения приговор является противоречивым. При назначении наказания по ч.2 ст.

158 УК РФ суд не взял во внимание его (Жданова) чистосердечное признание и раскаяние в содеянном. Цели создания банды у него не было.

Газовый пистолет появился во время частичного изменения первоначального плана нападения. Трактовать использование газового пистолета как вооружение банды нельзя, ибо банда не создавалась. Он (Жданов) советовал Кондратьеву использовать газовый пистолет как похожий на боевой с целью психологического воздействия для четвертого участника нападения. Кондратьев подыскивал соучастников нападения самостоятельно. Указание суда о разработке им (Ждановым) плана не имеет под собой почвы. Участники непосредственного нападения признавались в суде, что они его оговорили.

Взятым за основу обвинения показаниям Кондратьева и Дровосекова верить нельзя, они неверные.

Доказательствами подтверждено, что с его (Жданова) стороны имело место содействие исполнителям нападения советами, предоставлением информации, автомашины, заранее данным обещанием скрыть преступников, то есть соучастие в преступлении в виде пособничества.

Жданов просит исключить из его обвинения ст.209 УК РФ, решение суда о возмещении ущерба Черуновой С.В.

в размере 2700 рублей, переквалифицировать его действия с ч.З на ч.5 ст.ЗЗ и п. «б» ч.З ст.162 УК РФ, применить в отношении него ст.64 УК РФ, снизить ему срок наказания.

В кассационной жалобе осужденный Кондратьев указывает, что с приговором в части предъявленного ему обвинения по ст.209 ч.2 УК РФ он не согласен. Первоначально информация о разбойном нападении на кассира лесопункта исходила от Дровосекова, предложившего совершить нападение Жданову. Последний передал это предложение ему.

Потом он (Кондратьев) и Жданов предложили совершить разбойное нападение Хорев^ и Фурносову, с которым он (Кондратьев) был знаком.

На озере Дровосеков рассказал план нападения, в которой они совместно вносили коррективы.

Он (Кондратьев) предложил использовать принадлежавший ему пневматический пистолет «ИЖ-67» в качестве психологического воздействия на потерпевших с целью подавления их сопротивления. Жданов предложил воспользоваться и его таким же пистолетом. Жданов решил приобрести у Храмова газовый пистолет, который у того брал он (Кондратьев). Храмов предупреждал, что газовый пистолет заряжен тремя шумовыми и 5-ю газовыми патронами. Один из шумовых патронов он (Кондратьев) отстрелял во время закладки тайника. Они готовили одежду, маски для нападения на кассира. Вначале июля 2000 года выезжали на место предполагаемого нападения, определили его, поблизости выбрали место для тайника. О наличии у них газового пистолета, намерении использовать его при нападении Хорев и Фурносов узнали при закладке тайника. В то же время от Жданова он узнал, что Хорев предложил при нападении для остановки автомашины с кассиром и деньгами использоваться форму и жезл работника милиции.

После закладки тайника Дровосеков не представил информацию о дате выезда кассира лесопункта за деньгами.

Из-за отсутствия времени он и Жданов не могли выехать к тайнику и забрать приготовленные для нападения вещи и пистолеты.

Без Жданова он выехать туда не мог, так как плохо ориентировался в той местности. На озеро^к тайнику их возил Жданов.

зарплата. Он, Жданов, Дровосеков приняли решение проследить за движением автомашины «Газель», выехавшей за деньгами из лесопункта в г.Ковров. Жданов выехал за Фурносовым. Он и Дровосеков заехали за Хоревым. Проследив за маршрутом автомашины лесопункта, они поняли, что она приехала в г.Ковров не за деньгами, а с другой целью.

Решили перенести нападение на следующий день, а перед этим собраться у Жданова, что ими и было сделано. На другой день за машиной следили он и Жданов. Видели, что она заезжала в контору, о чем они сообщили остальным участникам нападения. Потом о ^ Жданов, Хорев, Фурносов и Дровосеков на автомобиле Жданова выехали на место нападения. Жданов отъехал на некоторое расстояние, а они переоделись в приготовленную в тайнике одежду Хорев - в форму работника милиции. Взяли пистолеты, он - газовый пистолет Храмова.

> Далее Кондратьев излагает обстоятельства нападения, указывая, что действовали сши согласно договоренности.

После этого они собрались в лесу, переоделись в одежду, которая была на них до нападения, спрятанную ими. Использованную ими одежду при нападении выбросили. Похищенные деньги они пересчитали, их оказалось 360 тысяч рублей. Жданова они не дождались.

Потом он заехал к Жданову. Последний объяснил, что встретил знакомых, в связи с чем не мог их из леса вывезти. Ночевал он (Кондратьев) у Фурносова, куда утром приехал Жданов. Деньги они разделили на всех участников нападения.

Утверждает в жалобе, что никто из них не ставил цель участвовать в банде.

Просит пересмотреть дело в части его обвинения по ст.209 ч.2 УК РФ, переквалифицировать его действия на п.»б» ч.З ст.162 УК РФ.

Кондратьев указывает, что Анучкин предложил ему инсценировать и нападение на автомашину Щанниковых, чтобы повысить его (Анучкина) значимость в работе, сказал, что Шанников А.Г. платит ему маленькую зарплату. Предложил ему привлечь^этого еще 2-3 человек, что он и сделал, привлек Хорева, а последний Волкова, Войтко.

Выезжали на место предполагаемой „инсценировки». Ему (Кондратьеву) была отведена роль доставки этих лиц на АЗС и обеспечения их отхода с указанного Анучкиным места. Описывает достигнутую между ними договоренность о действиях каждого при „инсценировке ограбления''' Хорев предложил взять эфир, на что он (Кондратьев) согласился. Хорев 21 января 1999 года Хорев при встрече рассказал ему о происшедшем, о том, что тот нашел в машине 16 тысяч рублей. Из тех денег он и Хорев взяли по 6 тысяч рублей, Анучкину он (Кондратьев) передал 4 тысячи рублей.

Утверждает, что он (Кондратьев) не знал обстоятельства происходившей, инсценировки ограбления, не вникал в детали плана, организатором преступления не был.

# Просит переквалифицировать его действия в этой части обвинения на ст.161 ч.2 п.»а» УК РФ, исключить из приговора указание суда о возмещении ущерба Черуновой С.В. в сумме 2700 рублей, так как не представлено доказательств хищения, а также в пользу ОАО «ККБАЛ», ибо похищенный ими металл был списан по цене 1 копейки за килограмм до возбуждения дела, учесть нахождение на его иждивении детей, мать его является инвалидом 2 группы, отец умер.

В кассационной жалобе осужденный Дровосеков указывает, что с приговором он не согласен.

На следствии и в суде никто из осужденных не говорил, что Жданов хотел создать банду.

Он (Дровосеков) предложил Жданову совершить нападение на работников Ковровского лесокомбината, а тот поделился информацией с Кондратьевым. Последний с Хоревым и Фурносовым решили, что нападение можно осуществить. Жданов отказался от участия в нападении, никому указаний не давал, никем не руководил. План нападения был изменен в его (Дровосекова) отсутствие. О наличии газового пистолета не знал.

Обвинение свое по ст.209 ч.2 УК РФ находит необоснованным.

Его явку с повинной по краже электродвигателя суд не учел как смягчающее обстоятельство.

Просит исключить из его обвинения ст.209 УК РФ, использование формы работника милиции как обстоятельство, отягчающее наказание, применить в отношении него ст.64 УК РФ и снизить срок наказания.

В кассационной жалобе осужденный Морозов считает, что в суде не установлена стоимость похищенной из ОАО «ККБАЛ» заготовки. Собственник металла оценил его по 1 копейке за килограмм, он был списан на момент кражи.

Просит пересмотреть приговор в ущерба.

части нанесенного кражей Адвокат Большаков В.Ф., выступающий в защиту Морозова, в кассационной жалобе находит приговор неправосудным.

Указывает, что металл, присвоенный его подзащитным, на ОАО «ККБАЛ» был завезен во времена социализма, документы по его учету были уничтожены. Стоимость металла была определена по цене завода изготовителя, а не по цене, определенной его собственником.

Предприятие убытка не понесло.

Цена металла на момент его пропажи составляла 1 копейку за килограмм, он не значился в наличии, был списан. Он вышел из ведения^ нигде не значился. Данные по делу являются относительными, на них не может быть постановлен обвинительный приговор.

Просит приговор в части хищения чужого имущества со стороны Морозова отменить с прекращением в этой части дела.

В кассационной жалобе адвокат Шенкман С.В. в интересах осужденного Анучкина полагает, что приговор в отношении его подзащитного постановлен незаконно и необоснованно. Анучкин не знал и не мог знать о намерении других осужденных угрожать применением насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевших. Он в обсуждении деталей грабежа машины Щанникова участия не принимал.

Показания Кондратьева следует расценивать как желание переложить часть своей ответственности на Анучкина, отомстить за помощь следствию.

Анучкин участвовал в одном преступлении. Он - пособник.

Полученный им в результате преступления, гонорар''' составил 4 тысячи рублей.

Ущерб потерпевшему Анучкин возместил, активно способствовал раскрытию преступления, изобличению других соучастников преступления, к обстоятельствам, смягчающим наказание Анучкина , адвокат относит участие осужденного в боевых действиях миротворческих сил стран СНГ, его болезнь- глухоту. С точки зрения адвоката, к Анучкину возможно применить ст.ст.64, 73 УК РФ, просит квалифицировать действия Анучкина по ст.ст.ЗЗ 4.5 и 161 ч.2 п.»а» УК РФ, назначить ему наказание, не связанное с лишением свободы.

В возражениях на жалобу Кондратьева осужденный Жданов, цав им анализ, изложенные в ней доводы, утверждения о том, что он (Жданов) предложил совершить разбойное нападение на кассира лесопункта, что Кондратьев об использовании формы и жезла работника ДПС узнал от него, что решение о ненападении на кассира в день 17 августа принимал он (Жданов), ездил за Фурносовым один, собирался вывезти участников нападения из леса до темноты, находит необоснованными.

Представитель ОАО «ККБАЛ» Пономарев В.А. в возражениях на жалобы осужденного и защитника последнего указывает, что цена на металл определяется на момент кражи, по тем ценам на него, которые существовали на конец июля 2001 года. Тот факт, что бывший главный бухгалтер и завскладом списали металл, на юридическую оценку действий виновных в его хищении не влияет. Сам факт кражи металла доказан, что не вызывает сомнений у самих лиц, принесших жалобы.

Действия лиц их предприятия по сокрытию кражи не может служить доказательством отсутствия ущерба для ОАО «ККБАЛ».

Пономарев В.А. просит приговор оставить без изменения.

В своих возражениях на кассационные жалобы государственный обвинитель Комарова И . С , приведя мотивы, находит изложенные в них доводы несостоятельными.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб, судебная коллегия считает, что вина осужденных Жданова, Кондратьева, Дровосекова, Анучкина, Морозова в содеянном каждым подтверждена собранными по делу, проверенными в судебном заседании и изложенными в приговоре доказательствами.

Так, по эпизоду обвинения, связанного с разбойным нападением на Щанниковых, осужденный Кондратьев в судебном заседании пояснил, что его знакомый- Анучкин в конце 1998 года пожаловался ему на то, что хозяин, у которого он работает, платит мало. Говорили о необходимости припугнуть предпринимателя. Через месяц Анучкин напомнил ему (Кондратьеву) о разговоре, сказал, что одному ему (Кондратьеву) не справиться, необходимо подыскать для реализации их намерений еще 2-3 человек. Он (Кондратьев) о предложении Анучкина рассказал Хореву, последний согласился участвовать в нападении, подыскать еще двух человек. Примерно за неделю до нападения Хорев встретился с Анучкиным. Потом он ( Кондратьев) ездил с Хоревым к Анучкину.

Последний сообщил , что скоро поедет на машине в качестве водителя в Москву за товаром, в машине будут у его хозяина деньги, которые можно будет взять. Он (Анучкин) остановится на АЗС в поселке Мелехово, где надо совершить нападение.

Он (Анучкин) будет сопротивляться, показывая хозяину опасность своей работы. Вечером (Кондратьев), Хорев, Анучкин проехали на место предполагаемого нападения, на АЗС в поселке М е л е х о в у поле, куда после нападения необходимо было отогнать машину.

Анучкин предложил оказать психическое давление на потерпевших, для их устрашения воспользоваться бутылкой с бензином.

Потом Анучкин через некоторое время сообщил ему, что поездка предпринимателя состоится 21 января 1999 года, о чем он (Кондратьев) сообщил Хореву.

20 января 1999 года на вокзале встретил Хорева, Волкова, парняВойтко. Все они приехали к нему в общежитие^ где находились до утра следующего дня, обговорили детали нападения. Его ( Кондратьева) задача состояла в том, чтобы привезти участников нападения на АЗС в пос.

Мелехово и увезти их после нападения. У него была автомашина «ГАЗ24», которой он управлял по доверенности. Действия каждого при нападении ему были известны.

Хорев предложил использовать эфир, который находился у него в комнате, в качестве усыпляющего средства в отношении потерпевших при нападении.

Утром 21 января 1999 года он отвез Хорева, Волкова и Войтко на АЗС в пос. Мелехово, высадил их из машины, а сам отъехал на некоторое расстояние в сторону шоссе Москва-Горький. Через некоторое время увидел, что на АЗС заехал автомобиль «ЗИЛ- Бычок», потом уехал. Зная, куда должны были участники нападения отогнать машину, поехал за ними, но никого не нашел и вернулся домой.

В середине дня к нему прибыл Хорев, рассказал о нападении. Из похищенных денег он и Хорев взяли по 6 тысяч рублей, а 4 тысячи он передал Анучкину. Часть денег Хорев отдал Волкову и Войтко.

Осужденный Хорев пояснил в суде, что в декабре 1998 года к нему на работу пришел Кондратьев, просил помочь в одном деле. После 10 января 1999 года Кондратьев вновь пришел к нему и сообщил, что нужно совершить Нападение на частного предпринимателя, который ездит из Коврова в Москву попросил для этого подыскать еще двух парней. Он поехал в поселок Новки, встретил Волкова и Войтко, предложил им поучаствовать с ним в деле, объяснил ситуацию. Те согласились. За неделю до нападения Кондратьев познакомил его с Анучкиным.

Последний рассказал, что частный предприниматель в Москву ездит с деньгами^его необходимо напугать. Чтобы на него (Анучкина) не пало подозрение, его (Анучкина) тоже надо было слегка побить. Они ездили на заправку в поселок Мелехово. Анучкин говорил, что он постоянно там заправляет машину, в тот момент следует совершить нападение. Дверь автомашины будет открыта. Все эти вопросы Кондратьев обсуждал с Анучкиным. Поскольку оружия не было, решили напугать потерпевших бензином, а в случае оказания ими сопротивления^поджечь машину.

20 января 1999 года Кондратьев ему (Хореву) сообщил, что машина, на которую они договорились напасть, поедет на следующий день утром, сказал, что необходимо всем собраться. Собрались они в комнате общежития, где проживал Кондратьев, находились там до утра, обговорили конкретно действия каждого, кто и как должен действовать при нападении. При этом Кондратьев отвечал за план отхода после совершенного, должен был привезти их на АЗС и увезти с места преступления. Был разговор об использовании бензина при нападении. По его Хорева инициативе взяли бутылку с эфиром для усыпления потерпевших. Эфир дал ему Кондратьев. Необходимо было напугать потерпевших, затем завладеть деньгами.

Рано утром 21 января 1999 года Кондратьев на машине отвез их на автозаправку, а сам отъехал. Там они ожидали приезда автомашины потерпевших. По её прибытии они стали действовать по ранее достигнутой договоренности. Волков стоял со стороны пассажирских дверей, Войтко - возле Анучкина. Он (Хорев) проник в салон автомашины, где находились мужчина и женщина, которые оказали сопротивление. У него (Хорева) была бутылка с бензином, которую он взял в багажнике автомашины Кондратьева. Пробка в бутылке оказалась слабой, бензин разлился по салону. Он достал зажигалку. Мужчина стал сопротивляться, ударил Волкова, вырвался и выбежал из машины. Он (Хорев) велел ехать.

внучкин сел за управление автомашиной, отъехал в поле. На его вопрос Анучкин ответил, что деньги в сумке под сиденьем машины. Взяв деньги, все они (нападавшие) ушли. Волков и Войтко пошли на остановку общественного транспорта, которым он дал одну или две тысяча рублей.

Сам он отправился на работу.

После обеда ему позвонил Кондратьев, спросил, как прошло нападение, после чего подъехал к нему. Они посчитали похищенные деньги, их оказалось около 20 тысяч рублей. Из них, посоветовшись с Указал, что при нападении тряпку, пропитанную эфиром, потерпевшей прикладывал Волков, когда в машине они искали деньги, Волков подобрал норковую шапку.

Осужденный Волков в суде показал, что в январе 1999 года к нему обратился Хорев и предложил заработать денег, сказав, что нужна помощь, физическая сила. 20 января напомнил об этом разговоре. Он согласился.

Он, Войтко, Хорев приехали в г. Ковров, на вокзале их ожидал Кондратьев. Они приехали к последнему в общежитие, где обсуждали план нападения на частного предпринимателя, при этом роль каждого.

Хорев должен был продемонстрировать перед потерпевшими бутылку с бензином. Узнал, что будет использоваться эфир. У него спрашивали, может ли он усыпить тех, кто будет в машине. Бутылку с эфиром отдали ему. Утром 21 января 1999 года Кондратьев отвез их на заправку, высадил из машины, а сам отъехал в сторону. Подъехала машина с потерпевшими, на которую они совершили нападение. После этого они отъехали на ней в поле. Обыскали салон, Хорев нашел деньги.

Указал, что он налил на тряпку эфир и дал потерпевшей, сказав, чтобы она дышала. Он (Волков) взял норковую шапку, которую потом продал Смирнову.

Нападение они совершили с целью «напугать потерпевших и взять деньги». Им было известно, что в машине будут деньги, так как предприниматель ехал за товаром.

Перед нападением видел, что Хорев Кондратьева брал бензин.

из багажника автомашины Вина осужденных подтверждается указанными в приговоре показаниями Анучкина и Войтко, которым суд дал надлежащую правовую оценку. Оба они в первоначальных показаниях на следствии признавали, что обстоятельства предстоящего нападения на Щанниковых они знали, роль каждого участника им была известна.

Потерпевший Щанников А.Г. показал, что он занимается предпринимательской деятельностью. Водителем у него работал Анучкин.

В январе 1999 года ему необходимо было отвезти в Москву крупную сумму денег за партию холодильников. Он собирался направить две автомашины с целью получения товара в г. Москву 21 января. Накануне сам отвез в Москву 280000 рублей. Рано утром 21 января уехал автомобиль «МАЗ», а затем - «ЗИЛ» - «Бычок» под управлением Анучкина, с которым поехала его жена, имевшая при себе около 20 тысяч рублей, и брат в качестве экспедитора.

Через некоторое время после отъезда ему по телефону позвонил брат и сообщил, что на заправочной станции на их машину напали, ему удалось вырваться и убежать, а автомашину угнали. Он (Щанников) стал икать в районе поселка Мелехово жену и машину. Увидел её, рядом с ней стояли работники милиции. В машине находилась его жена, которая рассказала ему, что на АЗС напали на них, угрожали бутылкой с бензином и зажигалкой. Из сумки похитили около 20 тысяч рублей, еёнорковую шапку. Объясняла, что её усыпили эфиром.

Потерпевший Щанников А.Б. пояснил в суде, что 20 января 1999 года Щанников А.Г. сообщил ему, что на следующий день он должен ехать в г. Москву за холодильниками. В первую очередь о поездке всегда ставился в известность водитель автомашины. Утром за ним заехала автомашина под управлением Анучкина. В салоне находилась Щанникова Е.Ю. По дороге Анучкин заехал в поселке Мелехово на АЗС. Автозаправка была закрыта. Анучкин находился у оператора станции, он сел в машину и закрыл дверь. Тут закричала Щанникова Е.Ю. Он услышал «суматоху», увидел Анучкина и трех парней. В целях защиты закрыл двери машины на шпингалеты. Однако в кабину ворвался один из нападавших парней, брызнул на него бензином, ударил сзади по шее. Он стал сопротивляться.

Ему нанесли несколько ударов, услышал крики: «Жить хочешь?» Парень брызнул бензином в салоне. В тот момент он (Щанников) открыл дверь, выпрыгнул из машины, крикнул: «Лена, бешГ Побежал на АЗС и сообщил оператору, что произошло нападение. Машина со Щанниковой и нападавшими уехала. На АЗС подъехала «Волга», потом - машина с работниками милиции. Он указал им направление, куда поехала машина с напавшими на них парнями.

Со слов Щанниковой ему известно, что её обыскивали, ей давали тряпку и заставляли дышать эфиром, напавшие на них парни забрали деньги и её норковую шапку.

Показания осужденных, потерпевших соответствуют показаниям свидетеля Смирнова С.Ю., изложенным в приговоре, данным протокола осмотра места происшествия, протокола изъятия у Смирновой Т.Л.

норковой шапки.

Свидетели Смирнова Т.Л. и Смирнов А.В. пояснили в судебном заседании, что зимой 1999 года Волков продал им женскую норковую шапку за 400 рублей, которую впоследствии у них изъяли работники милиции.

Из заявления Щанниковой Е.Ю. видно, что при нападении у неё были похищены норковая шапка и 20960 рублей.

Доказательства по делу позволили суду обоснованно признать, что Кондратьев организовал совершение данного преступления - разработал план нападения, привлек Хорева к участию в нападении, поручил ему подыскать для этого еще двух человек, на своей машине вывозил участников нападения на предполагаемое место преступления, по месту своего жительства собрал участников нападения, обеспечил их бутылкой с бензином для устрашения потерпевших, дал эфир для их усыпления, доставил участников нападения на машине к месту преступления.

Суд правильно указал, что Анучкин предоставил информацию о перевозимых деньгах, сообщил дату поездки с ним потерпевших в Москву за товаром, показал другим участникам нападения место, где сделает остановку.

Вывод суда о том, что нападение на Щанникова было совершено с целью хищения имущества группой лиц по предварительному сговору с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевших, является обоснованным.

Как Кондратьев, так и Анучкин о характере нападения на Щанниковых, о цели такого нападения были осведомлены, о действиях лиц, непосредственно участвовавших в нападении, заранее знали, о чем между ними была ранее достигнута договоренность, эти обстоятельства охватывались их умыслом.

Действия Кондратьева, как организатора разбойного нападения на Щанникова группой лиц по предварительному сговору, по ст.ст. 33 ч.З и 162 ч.2 п. «а» УК РФ, Анучкина, как пособника в совершении этого преступления, по ст.ст. 33 ч.5 и 162 ч.2 п. «а» УК РФ судом квалифицированы правильно.

Утверждения Кондратьева о том, что он не был организатором этого преступления, что в данном случае им совершен грабеж, а не разбой, доводы адвоката Шенкмана С В . , что Анучкин не знал о намерениях других лиц угрожать потерпевщим применением насилия, опасного для их жизни и здоровья, на материалах дела не основаны, противоречат им.

Осужденный Жданов пояснил в судебном заседании, что вечером 21 июля 2000 года к нему заехал Кондратьев, предложил проехать на завод, сказав: «Есть дело». Он согласился. В машине сидел Хорев. Они приехали на завод, зашли за Фурносовым, который в тот день работал. Все вместе пошли на территорию завода. Проходя мимо Ковровского торгового дома, решили забраться туда. Поднялись на крышу, осмотрелись, как можно было проникнуть в здание. Он (Жданов) предложил использовать подручный предмет. Нашли железную арматуру, с её помощью открыли окно, проникли в помещение. В холодильниках находились пельмени.

Поблизости лежали мешки из-под муки. Пельмени, в частности он, стали складывать в мешки, набрали 4-5- мешков по 10-15 килограмм пельменей в каждый. С Кондратьевым и Фурносовым прошел по коридору, металлическим прутом вскрыли одну из дверей, проникли в служебный кабинет. Искали в нем деньги, но не нашли. Фурносов забрал оттуда музыкальный центр, а он (Жданов) - пиджак, который использовал как спецодежду при погрузке пельменей, а потом выбросил в мусорный контейнер. Погрузив похищенное в машину, все они с места преступления уехали.

Осужденный Кондратьев пояснил в суде, что вечером в тот день он повез Хорева домой. Встретили Жданова. Хорев пригласил последнего с собой. Втроем подъехали к заводу, где их должен был ожидать Фурносов.

Тот стоял у проходной, у Ковровского торгового дома. Все прошли по территории завода. Решили проникнуть в торговый дом. Забрались на крышу подсобного помещения, сломав решетку на окне, проникли в цех.

Из холодильника Жданов перекладывал пельмени в мешки и подавал в окно. Он (Кондратьев) перекинул один-два мешка с пельменями.

Похищено ими было около 100 кг пельменей. Потом он, Жданов и Фурносов вскрыли служебный кабинет, искали в нем деньги, не нашли и тогда Фурносов забрал оттуда музыкальный центр. На Жданове видел пиджак. Забрав похищенное, с места преступления ушли. Пельмени отвезли к Фурносову.

Осужденный Хорев в суде дал аналогичные показания, указав, что он находился на крыше и наблюдал за обстановкой. Через несколько минут после проникновения остальных в помещение Жданов попросил принять мешки, что он и делал, перетащил 5 мешков к ограждению завода. Потом Кондратьев подъехал к тому месту, они мешки с Осужденный Фурносов показал в судебном заседании, что в тот вечер он дежурил на проходной. К нему на машине подъехали Хорев, Кондратьев, Жданов. Проходя мимо торгового дома, Кондратьев и Жданов поднялись по лестнице на крышу подсобного помещения. Потом вскрыли окно, проникли внутрь. Через несколько минут подали ему и Хореву 4-5 мешков с пельменями. Потом он (Фурносов) залез в помещение, где находились Жданов и Кондратьев, взломали дверь одного из кабинетов, где денег не нашли. Он взял себе магнитофон. Указал, что ими было похищено около 100 кг пельменей.

Потерпевшая Черунова С.Н. пояснила в суде, что она арендовала помещение в Торговом доме, где располагался пельменный цех. Придя на работу, она обнаружила взломанное окно, проникновение в цех посторонних лиц. Из холодильника были похищены пельмени, расфасованные в пакеты по килограмму в каждом, стоимостью 27 рублей за килограмм.

О проникновении в его рабочий кабинет, хищении из него музыкального центра «Панасоник» стоимостью 6500 рублей, пиджака стоимостью 800 рублей пояснил в суде потерпевший Балясов В.В.

Вина осужденных по этому эпизоду обвинения установлена также показаниями свидетеля Черунова Э.Н., данными протокола осмотра места происшествия от 24 июля 2000 года, фактом изъятия у Фурносова музыкального центра «Панасоник».

Дав анализ доказательствам по делу, суд сделал обоснованный вывод о доказанности вины Жданова и Кондратьева в тайном хищении ими группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в помещение, неоднократно 100 килограммов пельменей Черуновой и имущества Балясова с причинением последнему, кроме того, значительного ущерба.

По данному эпизоду обвинения при постановлении приговора противоречий, как о том утверждают Кондратьев и Жданов в жалобах, судом не допущено.

Органами следствия в вину осужденных по этому эпизоду обвинения вменялось хищение 200 кг пельменей на 5400 рублей. Из Ущерб потерпевшей, связанный с хищением 100 кг пельменей, не возмещен.

С иском потерпевшей в размере 2700 рублей за хищение 100 кг пельменей Кондратьев, Хорев, Фурносов в судебном заседании согласились, указывали, что готовы возместить её ущерб только в этой части, а не 5400 рублей Не оспаривал стоимость одного килограмма пельменей в суде и осужденный Жданов.

В силу изложенного с утверждениями Кондратьева и Жданова в жалобах о недоказанности их вины в хищении 1 00 кг пельменей Черуновой, об отсутствии в этой части доказательств хищения, о необходимости исключения из приговора решения суда о взыскании с них в пользу Черуновой в возмещение ущерба 2700 рублей согласиться нельзя. Эти их доводы опровергаются материалами дела, являются необоснованными.

Сам факт хищения металла со склада ОАО «Ковровское конструкторское бюро автоматических линий» весом 878 килограммов Кондратьевым и Морозовым группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в хранилище, а Кондратьевым, кроме того, неоднократно, ими, а также защитником Морозова - адвокатом Большаковым В.Ф. в жалобах не оспаривается.

Вина Кондратьева и Морозова в хищении металла со склада ОАО «ККБАЛ» подтверждается показаниями их самих в судебном заседании, показаниями свидетелей Чертова С В . , Кукушкиной Н.А., Воритной С.А.

подробно и правильно отраженными в приговоре.

В представленной суд оборотно-сальдовой ведомости движения материальных ценностей за декабрь месяц 1999 года в ОАО «ККБАЛ» отражено наличие на складе круга диаметром 180 мм весом 878 килограммов.

При инвентаризации товарно-материальных ценностей на 1 октября 2000 года в инвентаризационной описи зафиксировано отсутствие на том же складе указанного металла.

По данным завода имени Тевосяна города Электростали, производившего эту марку стали, ее стоимость на август 2000 года составляла 39300 рублей за тонну.

Из показаний осужденного Кондратьева видно, что через несколько дней после кражи Морозов сообщил ему, что похищенный ими металл он продал.

Осужденный Морозов признал в судебном заседании, что металл он продал за 15 тысяч рублей.

При таких данных доводы в жалобах осужденных Кондратьева, Морозова, адвоката Большакова В.Ф. о незначительной стоимости похищенного металла, об отсутствии ущерба для предприятия^ том, что стоимость похищенного металла судом определена неверно, об отсутствии в действиях Кондратьева и Морозова в этой части обвинения состава преступления, несостоятельны. Как опровергнутые доказательствами по делу, эти утверждения судом обоснованно отвергнуты.

Суд правильно признал и указал в приговоре, что сокрытие со стороны работников ОАО «ККБАЛ» хищения металла, его списание, несвоевременное сообщение о краже в соответствующие органы не могут служить основанием для вывода об отсутствии ущерба для организации, о невиновности осужденных в содеянном.

По другим эпизодам обвинения, связанным с кражами чужого имущества, доказанность вины в их совершении ими, квалификацию действий Жданов, Кондратьев, Дровосеков в жалобах не отрицают. Их вина подтверждена совокупностью собранных по делу и приведенных в приговоре по каждому эпизоду обвинения доказательств, которым при постановлении приговора судом дана верная юридическая оценка. По каждому эпизоду обвинения, связанному с тайным хищением чужого имущества, по указанным в приговоре основаниям действия осужденных квалифицированы правильно.

Обоснованно признаны судом виновными и осуждены: Жданов и Кондратьев по п.п. «а,б,в,г» ч.2 ст.158 УК РФ каждый, Дровосеков по п.п.

«а,б,в» ч.2 ст.158 УК РФ, Морозов по п.п. «а,в» ч.2 ст.158 УК РФ.

Жданов пояснил в суде, что в конце июня - начале июля 2000 года Дровосеков рассказал ему о намерении ребят ограбить кассира лесокомбината при перевозке денег в пос.Восход. Сказал, что дорогу они хотели перекрыть бревном и при остановке автомашины забрать у кассира деньги. Однако тех ребят арестовали. Дровосеков предложил совершить нападение на кассира ему, но он отказался, поскольку его (Жданова) все знают. В одной из бесед с Кондратьевым рассказал, что хотели ограбить кассира. Через неделю они (Жданов, Кондратьев, Хорев и Фурносов) вновь собрались и поехали к Дровосекову в пос.Восход, потом заехали на озеро.

Он познакомил Кондратьева с Дровосековым. Сам мыл машину, а все остальные говорили о нападении. Затем сказали, что все решили. Он (Жданов) возил их на дорогу, по которой повезут деньги, где они выбрали место для нападения. Кондратьев спрашивал у него про газовый пистолет, но он сказал, что в нем сносились резиночки. Объяснил, что у него (Жданова) имеется дома еще один пистолет, однако тот не работает.

Кондратьев попросил его поговорить с Храмовым о пистолете, что он и сделал. Попросил у Храмова пистолет на один день, последний обещал его дать им. Пистолет Храмова Кондратьев хранил в гараже. Последний сообщил, что^или 18 июля к нему (Жданову) приедет Дровосеков и скажет, будет ли машина с деньгами. Через день - два он (Жданов), Кондратьев, Фурносов и Хорев поехали на машине на предполагаемое место нападения, недалеко от него нашли два сухих бревна, в приготовленную ямку положили сумку с одеждой и пистолетами. В июле Дровосеков не приехал, прибыл к нему (Жданову) только 12 августа, поинтересовался, будут ли они совершать нападение. Сказал, что машина за деньгами поедет через несколько дней. 17 августа Дровосеков приехал вновь, сообщил, что машина с лесопункта выехала в г. Ковров. Вместе с Дровосековым он (Жданов) отправились к Кондратьеву. Затем у завода встретились с Хоревым. Оттуда он (Жданов) и Хорев ездили в поселок Новки за Фурносовым. В Руках Хорева был пакет. Сказал ему, что бревно для остановки машины использовать не будут, он взял форму сотрудника милиции, в которой оставит автомашину с кассиром. При выезде из города их ожидали Кондратьев и Дровосеков. Кондратьев пересел к нему (Жданову) в автомашину и они поехали следить за автомашиной лесокомбината. Автомашина лесопункта в г.Коврове в контору не заезжала. Решили, что денег в этот день не будет, отложили нападение на следующий день. Утром вновь все встретились. Проследили за машиной лесопункта. Она прибыли в г. Ковров. Из офиса лесокомбината вышла и села в машину кассир. Все они (осужденные) проследовали на запланированное место нападения. Он предложил, что при появлении машины с деньгами проедет впереди нее и сигналом даст всем знать.

Отъехал по дороге некоторое расстояние, остановился и стал ждать. Когда ему показалось, что едет машина, он проехал мимо места нападения, посигналил. На дорогу вышел Хорев в форме работника милиции. Он (Жданов) отъехал в сторону, стал ожидать. К нему подъехали на мотоцикле знакомые, спросили, что он делает, он сказал, что собирает грибы. Те уехали. Через некоторое время подъехала автомашина «Нива», спрашивали, есть ли у него телефон. Подумав, что что-то произошло, вернулся в город, автомашину поставил в гараж. В 23 часа к нему приехал Кондратьев, спрашивал, почему он их не забрал, просил на следующий день приехать в пос.Новки. Там Кондратьев достал из сумки 320 тысяч рублей, которые они разделили на пять человек. Он (Жданов) забрал свою и долю Дровосекова, который просил хранить деньги и купить на них доллары.

На следующий день после нападения ездил в лес, собрал одежду, забрал пистолеты. Одежду облил бензином и сжег.

Потом его вызвали в милицию. Он сказал, что в тот день собирал с женой грибы в лесу. Поспешил домой, попросил жену сказать, что были в лесу с ее подругой. Он и жена сходили к Ларисе Кондратьевой, попросили ее сказать, что она была с ними. Та согласилась. Он отвез ее и жену в милицию, где те дали показания.

О своем допросе рассказал Фурносову, к которому ездил в п.Новки.

Примерно 25-26 августа к нему приходили Кондратьев, Фурносов и Хорев. Принесли 40 тысяч рублей, которые они разделили.

Указал, что у них было 4 пистолета. Один пневматический «А-101», второй пневматический «МР-654К», газовый пистолет Храмова и еще один пистолет был у Кондратьева. Когда закладывали сумку с вещами и пистолетами в тайник, Кондратьев производил из пистолета выстрел.

Признал, что 17 августа всех собирал он. Дровосеков говорил, что в машине повезут более 100 тысяч рублей. Долю Дровосекова он (Жданов) истратил на свои нужды.

Осужденный Дровосеков в суде пояснил, что он действительно в разговоре со Ждановым упомянул о парнях, которые хотели завладеть деньгами при их перевозке в лесопункт. Через некоторое время Жданов напомнил ему о том разговоре и предложил самим это сделать. Он (Дровосеков) согласился. Обсуждали с ним как это сделать. Жданов обещал позднее сообщить план нападения. К нему приезжали Жданов, Кондратьев, Хорев и Фурносов. Вместе с ними он ездил на дорогу, выбирали место нападения. В июле был у Жданова, который пояснил ему, что хотели для остановки автомашины с кассиром положить на дорогу бревно, но потом от этого замысла отказались. Жданов сказал ему, что его (Дровосекова) задачей будет помочь Хореву нейтрализовать водителя машины. В начале августа узнал, что при нападении будет использоваться форменная одежда сотрудника милиции, какой-то предмет в виде оружия.

Жданов велел ему сообщить, когда будут выдавать зарплату.

Интересовался, почему об этом не сообщил в июле.

17 августа в лесопункте шел разговор о выдаче зарплаты, о чем он сообщил Жданову. Вместе с последним ездил в тот день к Кондратьеву и Хореву. Хорев и Жданов ездили за Фурносовым. Следили за машиной лесопункта, но она в контору не заезжала. Решили, что деньги перевозить 17 августа не будут. Договорились собраться на другой день. Утром 18 августа он (Дровосеков) пришел к Жданову, где находились Кондратьев, Хорев и Фурносов. На машине Жданова под управлением последнего встречали машину лесопункта, проследили за ней. Потом поехали на место нападения. Там из тайника достали сменную одежду, маски на лицо, 4 пистолета, бензин. Переоделись. У него и Фурносова маски были в виде спортивных шапочек с прорезями для глаз, Кондратьев надел на голову чулок. Все взяли по пистолету. Хорев надел одежду сотрудника милиции.

Сели у дороги, стали ждать. По дороге проехал на машине Жданов, просигналил, но за ним проехала не та машина. Жданов развернулся и поехал вновь в обратном направлении. Часа через полтора появилась «Газель». Хорев в форме милиционера остановил ее, вместе с водителем прошел к багажному отделению автомашины. Кондратьев и Фурносов в масках и с пистолетами в руках побежали к салону, а он (Дровосеков) - к Хореву и водителю. Предупредил водителя, чтобы он не сопротивлялся.

Из салона машины послышались крики, а потом Кондратьев и Фурносов направились бегом в лес. У кого-то из них была сумка. Он и Хорев проследовали за ними. Все собрались в заранее подготовленном месте.

Сняли одежду, бросили ее в кучу, облили бензином, выбросили маски и побежали в сторону поселка Восход. Сумку несли по очереди. Он (Дровосеков) переоделся и пошел на работу.

На следующий день после нападения встретился со Ждановым.

Последний спросил, сколько было денег. Он ответил, что в лесопункте говорят о 360 тысячах рублей. Жданов тогда сказал, что со слов Кондратьева денег было 320 тысяч рублей.

Утром Жданов сказал ему (Дровосекову), что он (Дровосеков) не в доле, ибо ничего не искал, его роль сводилась только в помощи Хореву.

Спросил его, хватит ли ему 2 тысячи долларов, что соответствует 54 тысячам рублей. Он (Дровосеков) с этим согласился. Всего от Жданова он получил 400 долларов.

Указал, что по вопросам нападения он общался только со Ждановым.

О необходимости приготовить и взять маску его (Дровосекова ) предупреждал Жданов. Убегая с места преступления, Кондратьев предложил выбросить пистолеты. Они побросали их в лужу. Один пистолет остался у Кондратьева. В последствии Жданов сказал, что нужно вернуть оружие. Он (Дровосеков) поехал в лес, извлек из луЦ:и три пистолета, два из них передал Жданову, но тот забрал только один. Тогда второй пистолет он (Дровосеков) выбросил в пруд. Третий пистолет оставался у него (Дровосекова), который он выдал работникам милиции.

Осужденный Кондратьев показал в суде, что Жданов в начале июля 2000 года несколько раз говорил о предложении Дровосекова завладеть деньгами при перевозке их из г. Коврова в лесопункт. Поняв, что инициатива нападения исходит от Жданова, поскольку Дровосеков ему ничего не предлагал, он согласился. Тогда Жданов сказал, что втроем не справиться, необходимо к этом^уделу привлечь еще людей. Он предложил участвовать с ними Хореву, а тот - Фурносову. Ездили после этого к Дровосекову в поселок Восход, встречались с ним. Дровосеков сказал, что нужно перекрыть дорогу бревном, когда водитель из машины выйдет, ворваться в салон, схватить сумку с деньгами и убежать. Говорил, что обычно за деньгами ездят водитель и кассир. Проехали все вместе по дороге, определили место нападения, которое выбирал Жданов. Пришла идея воспользоваться при нападении пистолетами. Он (Кондратьев) принес свой пистолет ИЖ-67 - пневматический. Жданов сказал, что он может достать пистолет, потом велел ему съездить за ним к Храмову. Он ходил к последнему за пистолетом, а Жданов ожидал его в машине. Еще один пневматический пистолет принес Жданов. Возил Жданов всех на озеро, где они обсуждали и уточняли обстоятельства нападения. Еще раз они ездили со Ждановым на выбранное для нападения место, где спрятали сумку с одеждой, предназначенной для совершения преступления, и пистолетами. Когда прятали сумку в тайник, он (Кондратьев) из пистолета произвел выстрел.

Где-то до 10 августа Жданов сказал, что приезжал Дровосеков, предлагал совершить нападение во второй половине августа.

Запланировали это сделать в те дни. 17 августа за ним (Кондратьевым) заехал Жданов. С работы они вызвали Хорева. Хорев со Ждановым съездили за Фурносовым. 17 августа у них ничего не вышло, поскольку, проследив за машиной лесопункта, поняли, что денег не будет.

Встретились все вместе вновь 18 августа. Проследив за машиной лесопункта, поняли, что деньги кассиром получены. Добрались на машине Жданова под управлением последнего на обусловленное место нападения, где переоделись в приготовленную в тайнике одежду, взяли пистолеты.

Находившийся в машине на дороге Жданов проехал, посигналил, давая им понять, что приближается автомашина с деньгами. Однако проехала не та машина. Потом они увидели «Газель» лесопункта. Хорев в форме работника милиции остановил ее. Он (Кондратьев), Дровосеков и Фурносов в масках на лице подбежали к автомашине. Он открыл дверь салона, где находились мужчина и три женщины. Держа в руке пистолет Храмова, наставил его на мужчину, угрожая им, стали спрашивать, где деньги. Фурносов удерживал женщин, кричал: «Молчите». Одна из женщин протянула ему (Кондратьеву) сумку . Схватив ее, они (осужденные) убежали в лес. Там они переоделись, выбросили пистолеты, за исключением газового Храмова, и ждали Жданова, однако его не было.

Тогда они оттуда ушли. В сумке оказалось 360 тысяч рублей, которые они поделили на следующий день.

Указал, что окончательно они распределили роли каждого при нападении во время оборудования тайника.

О том, что Хорев принесет форму работника милиции, которая будет использоваться при нападении, ему сказал Жданов, При обсуждении плана нападения Жданов подсказывал, что не так, подыскивал место нападения, пистолеты.

Вина Жданова, Кондратьева, Дровосекова в совершении установленных судом преступлений в этой части обвинения подтверждается изложенными в приговоре подробно и правильно показаниями осужденных Хорева, Фурносова.

Потерпевшая Васильева З.И. пояснила в судебном заседании, что 18 августа 2000 года она в г.Коврове в Лесокомбинате получила 360 тысяч рублей, около 13 часов возвращалась с деньгами на автомашине «Газель»в поселок Восход. Стародубцев сидел рядом с водителем, а она - в салоне сзади с Мильчевой и Ермиловой. В лесу их машину остановил человек в форме работника милиции. Водитель пошел показывать ему багажник. Тут она увидела трех человек в масках с пистолетами в руках. Открылись двери в салон машины, люди в масках ворвались к ним, стали кричать:

«Лежать! Убьем!». Один из них закричал: «Где бабки? Давайте деньги». В руки он держал пистолет, Она хотела приподнять голову, на что этот напавший на них парень стукнул ее по плечу пистолетом. Она испугалась, думала, что их убьют. Стародубцев сказал отдать деньги. Она протянула сумку, в которой находились деньги, паспорт, пенсионное удостоверение, ключи от сейфа. Схватив сумку, напавшие побежали в лес, туда же направился и человек в милицейской форме.

Потерпевший Шутов Д.В. показал, что в лесу их машину остановил работник милиции, взмахнув жезлом. Сказал ему, что кто-то сбежал, потребовал документы, открыть багажник. Когда он (Шутов) открыл багажное отделение, этот милиционер затолкал его туда, подошедший к ним человек в маске, приставившего (Шутова) голове пистолет, потребовал, чтобы он молчал. Из салона слышались крики, требование денег. Через некоторое время нападавшие убежали в лес, потребовав, чтобы они (потерпевшие) сидели тихо, иначе они будут стрелять.

Потерпевший Стародубцев О.Ю. показал в судебном заседании, что когда их машину остановил работник милиции, водитель пошел по требованию последнего открывать багажное отделение, в салон ворвались люди в масках. Один из них толкнул его к рулю, приставил пистолет к груди. Все они стали требовать деньги, кричали, что убьют. Человек, державший его под прицелом, передернул затвор в пистолете. По звуку понял, что патрон зашел в патронник. Угрозу для жизни он (Стародубцев) воспринимал реально. Сказал, чтобы кассир отдала деньги. Васильева протянула сумку. Нападавший, что был рядом с ним, выхватил у нее сумку, открыл ее. Убедившись, что в ней деньги, сказал: «Все нормально, уходим». После этого нападавшие побежали в лес, один из которых пригрозил его пристрелить.

Показания этих потерпевших потерпевшей Мильчевой Е.И.

подтверждаются пояснениями Свидетель Храмов В.А. показал, что в июле-августе 2000 года он по просьбе Жданова передал приехавшим Жданову и Кондратьеву газовый пистолет.

Свидетель Горбатов Д.В. пояснил, что весной 2000 года давал Жданову пневматический пистолет, который тот вернул ему уже зимой.

Свидетель Хрящев Д.Г. указал, что Хорев брал у него милицейскую форму.

Из показаний свидетеля Краснова И.С. следует, что Хорев предлагал ему совершить нападение на кассира, на что он (Краснов) ответил отказом.

По просьбе Хорева давал ему жезл, который тот ему не вернул, сказал, что потерял его.

В ходе следствия у Храмова был изъят пистолет системы «Вальтер» модели «Супер ПП», который у него брали Жданов и Кондратьев.

Согласно заключению судебно-баллистической экспертизы изъятый у Храмова пистолет являлся газовым калибра 9 мм, изготовленным промышленным способом в Германии, он пригоден для стрельбы газовыми патронами центрального боя калибра 9 мм. В 5-ти патронах, находившихся в магазине этого пистолета, установлено наличие в дозированной форме отравляющего вещества раздражающего действия.

У Горбатова Д.В. был изъят пистолет, который он передавал Жданову, который по заключению судебно-баллистической экспертизы являлся пневматическим газобаллонным пистолетом модели «МР-654К» калибра 4,5 мм, изготовленным промышленным способом на Ижевском механическом заводе, был пригоден для стрельбы круглыми пневматическими зарядами калибра 4,5 мм.

У Дровосекова в ходе следствия был изъят пистолет. Как видно из заключения судебно-баллистической экспертизы, этот пистолет являлся пневматическим газобаллонным пистолетом модели «А-101» калибра 4,5 мм, изготовленным промышленным способом АОЗТ «Фирма АНИКС» г.Москвы, он пригоден для стрельбы круглыми пневматическими снарядами калибра 4,5 мм.

Вина осужденных подтверждается и другими материалами дела.

Оценив доказательства по делу с точки зрения относимости, ^дбстоверности, а все их в совокупности с точки зрения достаточности для разрешения дела, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины: Жданова в создании банды в целях нападения на кассира Ковровского лесокомбината; Кондратьева и Дровосекова в участии в этой банде, в совершении ими в составе этой банды разбойного нападения на кассира Ковровского лесокомбината с целью хищения имущества в крупном размере; Жданова в организации этого разбойного нападения.

Действия Жданова в этой части обвинения по ст.ст. 209 ч. 1, 33 ч. 3 и 162 ч. 3 п.п. «а», «б» УК РФ, Кондратьева и Дровосекова по ст.ст. 209 ч. 2, 162 ч. 3 п.п. «а», «б» УК РФ каждого квалифицированы верно.

Выводы суда мотивированы, они соответствуют фактическим обстоятельствам по делу, основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах.

Приведенными выше доказательствами установлено и суд обоснованно указал в приговоре, что, получив информацию о перевозке денег из Ковровского леспромхоза в лесопункт поселка Восход, Жданов предложил Дровосекову, Кондратьеву завладеть ими. Для реализации задуманного Жданов предложил Кондратьеву приискать еще людей, что последний и сделал. Ждановым была создана организованная устойчивая группа, состоящая из него, Кондратьева, Дровосекова и других лиц, осужденных по этому эпизоду обвинения, заранее объединившихся для совершения нападения на кассира лесопункта. Наличие такой группы, цель ее - нападение на кассира с целью завладения деньгами в крупном размере, все ее участники знали, с этим были согласны. Участники этой группы неоднократно обсуждали план нападения, необходимость иметь при этом оружие, принимали меры к его отысканию. Жданов договорился с Храмовым о передаче ему газового оружия, что последним и было сделано, передал газовый пистолет Кондратьеву, в котором находились патроны с отравляющим веществом в дозированной форме раздражающего действия. Кроме того, были приготовлены пневматические газобаллонные пистолеты. О вооруженности группы все ее участники были осведомлены.

Данной группой лиц велась тщательная подготовка к нападению, были распределены роли каждого члена этой организованной устойчивой вооруженной группы, была подготовлена сменная одежда, маски, определено место нападения, был заложен тайник с одеждой и оружием, добыта форменная одежда работника милиции, для реализации плана нападения взят у Краснова жезл.

Суд обоснованно признал, что инициатива исходила от Жданова. На его машине ездили к Дровосекову, он возил членов группы на трассу и определил место нападения, возил ее участников для закладки тайника. О связующей роли Жданова свидетельствуют те факты, что ему должен был сообщить Дровосеков о дате перевозки денег, а потом он - Кондратьеву, что и было в действительности Жданов должен был отвезти участников банды к месту нападения, что им и было сделано. Участниками банды велось наблюдение за автомашиной, в которой находился кассир лесопункта с деньгами, в том числе Ждановым.

Фактические данные по делу свидетельствуют о стабильности состава банды, о тесной взаимосвязи между ее членами, о согласованности их действий.

Все члены банды сознавали, что они принимают участие в преступлении - нападении на кассира и завладении деньгами, совершаемом бандой. Характер нападения все они знали.

При таких установленных по делу и изложенных в приговоре обстоятельствах не соглашаться с выводами суда о том, что Жданов создал устойчивую вооруженную группу в целях нападения на кассира лесопункта, а Кондратьев, Дровосеков и другие лица приняли в ней участие, о совершении Кондратьевым и Дровосековым в составе организованной группы разбойного нападения на работников Ковровского леспромхоза с целью хищения имущества в крупном размере, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевших, а Жданов организовал это разбойное нападение, оснований не имеется.

Доводы Жданова о том, что от участия в нападении он отказался, банду не создавал, организатором разбойного нападения не являлся, а с его стороны имело место только пособничество исполнителям этого преступления^ Кондратьева и Дровосекова, что в банде они участия не принимали, последнего, что о наличии газового пистолета у них в группе он не знал, утверждения всех, что устойчивой вооруженной группы не было, об отсутствии стабильности состава группы, тщательного планирования нападения на кассира, ссылки их на то, что нападение произошло «спонтанно», а не организованной группой, несостоятельны, на материалах дела не основаны, противоречат им.

Эти версии осужденных тщательно проверялись, как опровергнутые приведенными в приговоре доказательствами, они судом обоснованно отвергнуты.

По всем эпизодам обвинения обстоятельства по делу исследованы полно, всесторонне, объективно.

Положенные в основу обвинения осужденных доказательства получены в установленном законом порядке, их допустимость сомнений не вызывает. Всем. доказательствам по делу в их совокупности при постановлении приговора дана верная юридическая оценка.

Жданов в жалобе, судебная коллегия не усматривает, таких данных материалами дела не установлено.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, в том числе права осужденных на защиту, влекущих отмену или изменение приговора, органами предварительного следствия и судом не допущено.

Психическое состояние Жданова, Анучкина, Морозова исследовано.

Кондратьева, Дровосекова, Для сомнений по поводу их вменяемости, их способности отдавать себе отчет в своих действиях и руководить ими оснований не имеется.

При рассмотрении данного дела судом требования ст. 240 УПК РСФСР не были нарушены.

Наказание Жданову, Кондратьеву, Дровосекову, Анучкину, Морозову назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенных ими преступлений, данных о личности каждого, в том числе указанных в жалобах, всех обстоятельств по делу, влияния назначенного наказания на исправление каждого, на условия жизни их семей. Наказание им назначено соразмерно содеянному, в пределах санкций закона; назначенное каждому наказание чрезмерно суровым, несправедливым не является. При назначении наказания требования закона судом соблюдены, не нарушены.

Для исключения указания суда о признании использования форменной одежды работника милиции при совершении разбойного нападения обстоятельством, отягчающим наказание, оснований нет.

Для смягчения Жданову, Кондратьеву, Дровосекову, Анучкину, Морозову наказания судебная коллегия оснований не находит.

Гражданские иски по делу судом разрешены в соответствии с законом.

Кассационные жалобы осужденных и защитников удовлетворению не подлежат.

приговор Владимирского областного суда от 25 июня 2002 года в отношении Жданова Андрея Евгеньевича, Кондратьева Андрея Юрьевича, Дровосекова Виктора Николаевича, Анучкина Алексея Алексеевича, Морозова Алексея Владимировича оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденных Жданова А.Е., Кондратьева А.Ю., Дровосекова В.Н., Морозова А.В., защитников Шенкмана С.В. и Большакова В.Ф. - без удовлетворения.

Председательствующий - М.А.Каримов Судьи: А.В.Куменков и И.И.Грицких Верно: Судья 1/1// У' И.И.Грицких Копии определения направлены:

1. Нач.учр. ИЗ-77/3 г.Москвы (6).

2. Нач.учр. ИЗ-33/1 Г.Владимира.

3. Прокуратура РФ.

Дело отправлено « » марта 2003 г. в 8 т. Владимирский о/с.

04.03.03 пе,ин,сн,лт,нп