Дело № 67-002-40 2002 г.
г. Москва « 26 » декабря 2002 г.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
Председательствующего - Разумова С.А., судей - Коннова B.C. и Русакова В.В.
рассмотрела в судебном заседании от 26 декабря 2002 года кассационные жалобы осужденного Кузгунова Ш.Н. и адвоката Почевалова О.М. на приговор Новосибирского областного суда от 15 февраля 2002 года, которым К У З Г У Н О В Шамиль Насибуллинович, родившийся 20 июля 1955 года в с. Сталино Уч-Курганского района Наманганской области, татарин, со средне-техническим образованием, не работавший, ранее не судимый, осужден по п.«а» ч.2 ст. 105 УК РФ - к шестнадцати годам лишения свободы; по ч.2 ст. 167 УК РФ - к двум годам лишения свободы; по совокупности преступлений на основании ч.З ст.69 УК РФ - к семнадцати годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Постановлено взыскать с Кузгунова Ш.Н. в пользу Кутикова Р.В. 7300 рублей.
Кузгунов Ш.Н. признан виновным и осужден за убийство двух лиц:
Кузгуновой Л.А., 1954 года рождения и Кутиковой А.Ф., 1944 года рождения, совершенное 8 марта 2001 года и за умышленное уничтожение и повреждение имущества Кутиковых, совершенное 9 марта 2001 г. путем поджога и причинившее значительный ущерб (на сумму 7.300 руб.).
Заслушав доклад судьи Коннова B.C., объяснения осужденного Кузгунова Ш.Н., мнение прокурора Найденова Е.М., полагавшего судебное решение в отношении Кузгунова Ш.Н. оставить без изменения, судебная коллегия УСТАНОВИЛА :
В кассационных жалобах:
осужденный Кузгунов Ш.Н. просит изменить приговор, переквалифицировать его действия с п.«а» ч.2 ст. 105 УК РФ на причинение смерти в состоянии душевного волнения, а по ч.2 ст. 167 УК РФ оправдать его, ссылаясь на отсутствие у него умысла на убийство, на то, что он не контролировал своих действий и у него не было мотива для убийства, хотя происшедшего он и не помнит. Считает, что его вина в поджоге не доказана;
полагает оценку доказательств неверной, а назначенное ему наказание чрезмерно строгим;
- адвокат Почевалов О.М. в защиту интересов осужденного Кузгунова также просит переквалифицировать действия Кузгунова с п.«а» ч.2 ст. 105 на ч.2 ст. 107 УК РФ и снизить ему наказание до минимально возможного, а по ч.2 ст. 167 УК РФ «оправдать» Кузгунова, ссылаясь на те же доводы, что и осужденный Кузгунов в своей жалобе.
Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия находит приговор в отношении Кузгунова законным, обоснованным и справедливым по следующим основаниям.
Виновность Кузгунова в содеянном им установлена совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре. Этим доказательствам судом дана надлежащая оценка.
Виновность Кузгунова в причинении телесных повреждений Кузгуновой и Кутиковой, установленных приговором, и причинении им смерти - в жалобах не оспаривается.
Как установлено судом, Кузгунов нанес удары: Кузгуновой несколько ударов кулаками по голове; несколько ударов ногами по голове, в область грудной клетки и живота; не менее 3 ударов ножом в область шеи, а также удар ножом в левую теменную и височную область головы;
Кутиковой - не менее 4 ударов кулаками в область головы; не менее 5 ударов ногами в область головы; не менее 5 ударов ногами в область грудной клетки; два удара ножом в область левой ушной раковины, один удар ножом в область шеи и два удара ножом в подчелюстную область.
Количество нанесенных ударов, их сила (о чем свидетельствует характер причиненных повреждений), локализация в область расположения жизненно важных органов, использование ножа, последующее поведение Кузгунова, не принимавшего мер к оказанию Кузгуновой и Кутиковой необходимой медицинской помощи и не сообщившего в медицинские учреждения о месте нахождения и состоянии Кузгуновой и Кутиковой, а, напротив, совершившего поджог жилого помещения, где они находились, подтверждают правильность выводов суда о наличии у Кузгунова умысла на лишение Кузгуновой и Кутиковой жизни.
Ссылка в жалобах на предшествующее отсутствие у Кузгунова неприязненных отношений к Кузгуновой и Кутиковой не имеет юридического значения. Суд правильно исходил из наличия не предшествующих 8 марта 2001 года, а возникших перед убийством 8 марта 2001 года неприязненных отношений. Мотив убийства установлен судом верно, в соответствии с имеющимися доказательствами.
Как следует из материалов дела, Кузгунов до того, как идти к Кутиковой, 8 марта 2001 года употреблял спиртные напитки. Он и жена пришли к Кутиковой с 1,5 л. вина, которое совместно выпили. Суд правильно установил, что при происшедшем Кузгунов находился в состоянии алкогольного опьянения.
Сам Кузгунов ни в ходе предварительного следствия, ни в суде не давал показаний, что Кутикова в отношении него совершала какие-либо противоправные действия, что исключает возможность нахождения его при ее убийстве в состоянии физиологического аффекта.
В отношении Кузгуновой он в ходе предварительного следствия при допросах 9 и 23 марта 2001 года пояснял, что Кузгунова сильно опьянела.
Он ей сказал: «Пошли домой». Она отказалась идти домой и он ударил ее ладонью по щеке (т.1 л.д.42, 57, 59). Приведенные показания Кузгунова свидетельствуют, что его Кузгунова ничем не оскорбляла и он первым применил к ней насилие и совершил в отношении нее неправомерные действия.
Суд правильно пришел к выводу, что возникший конфликт перерос во взаимную драку. Об этом же свидетельствует наличие в подногтевом содержимом Кузгуновой и Кутиковой клеток эпидермиса и крови, происхождение которых возможно от Кузгунова, а в подногтевом содержимом рук Кузгунова имелись клетки эпидермиса и кровь, происхождение которых возможно от Кузгуновой и Кутиковой. На теле Кузгунова имелись ссадины, кровоподтеки, другие раны, которые не повлекли за собой никакого расстройства здоровья (даже кратковременного) и по степени тяжести ни к какой категории не относились (т.1 л.д.10-12, 70-76).
Органами следствия и судом проверялось психологическое и психическое состояние Кузгунова при происшедшем. В этих целях в отношении него проводились амбулаторная и стационарная комплексные судебные психолого-психиатрические экспертизы и обе комиссии врачейэкспертов пришли к выводу, что Кузгунов мог осознавать фактический характер и объективную опасность своих действий и руководить ими, был вменяем, состояния физиологического аффекта или иного другого эмоционального состояния, равного ему по глубине и силе - не обнаруживал. Сам Кузгунов пояснял, что после происшедшего он пошел в пивбар, чтобы купить пива. Свидетель Кузгунов И.Ш., сын осужденного пояснял, что пришедший домой отец «был спокоен» (л.д.34 т.1).
Нахождение Кузгунова при происшедшем в состоянии алкогольного опьянения, нанесение им ударов не только руками и ногами, но и использование ножа, целенаправленное нанесение ударов, применение насилия в отношении двух разных лиц, а также последующее поведение поджог жилья, поход в пивбар, возвращение домой в спокойном состоянии - опровергают доводы Кузгунова о нахождении его в состоянии физиологического аффекта.
Судом правильно установлено, что убийство Кузгуновой и Кутиковой совершил Кузгунов в отсутствие других лиц. Необходимости у других, кроме Кузгунова, лиц в поджоге жилища Кутиковой в целях уничтожения следов убийства не имелось. Причастность других, кроме Кузгунова лиц, к поджогу - не установлена.
Актом о пожаре подтверждается, что причиной пожара являлся поджог (л.д.З т.1).
Как пояснял потерпевший Кутиков, в доме бензин хранился в пластмассовой канистре, находившейся на полочке на веранде. После пожара ее на обычном месте не оказалось (л.д.86 т.2). Из протокола осмотра места происшествия видно, что канистра была обнаружена на полу веранды.
Заключением судебно-химической экспертизы подтверждается наличие на джинсах и носках с трупа Кузгуновой следов измененного в процессе испарения и (или) горения бензина (т.1 л.д.90-95).
Указанные доказательства опровергают доводы жалобы Кузгунова о возникновении пожара от незатушенного окурка.
Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины Кузгунова в содеянном им и верно квалифицировал его действия по п.«а» ч.2 ст. 105 и ч.2 ст. 167 УК РФ по указанным в приговоре признакам.
Наказание Кузгунову назначено судом в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному им, с учетом данных о его личности, влияния назначенного наказания на его исправление и всех конкретных обстоятельств дела.
О совершении преступлений Кузгуновым впервые суду было известно. Однако совершенные им преступления не относятся к небольшой тяжести, вследствие чего данное обстоятельство согласно ст. 61 УК РФ не является смягчающим его наказание.
Постановлением следователя от 4 апреля 2001 года (л.д.81 т.1) установлено, что до происшедшего Кузгунов неоднократно избивал Кузгунову, чего не отрицал и сам Кузгунов. Он привлекался к административной ответственности, злоупотреблял спиртными напитками (т.1 л.д. 117, 121). Указанные данные не позволяют признать его личностью, в целом, положительно характеризующейся и признать это обстоятельство смягчающим его наказание.
Неназначение судом Кузгунову за умышленное лишение жизни двух женщин пожизненного лишения свободы и назначение ему за это наказания не в максимально возможном размере срока лишения свободы нельзя признать чрезмерно строгим наказанием, несоразмерным содеянному самим им. Кузгунову назначено справедливое наказание и оснований к его смягчению не имеется.
Гражданский законодательством.
иск разрешен в соответствии с действующим Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора или его изменение, из материалов дела не усматривается.
Ссылка в жалобе осужденного Кузгунова на то, что он просил следователя назначить проведение экспертизы вина и рюмок на наличие психотропных средств - несостоятельна.
Как следует из материалов дела, Кузгунов такого ходатайства не заявлял и необходимости в проведении такой экспертизы, предусмотренных законом оснований для ее назначения - не имелось.
Кузгунова на учете у врача-психиатра не состояла (т.1 л.д.122). С учетом установленных обстоятельств происшедшего каких-либо законных оснований для назначения и проведения посмертных судебнопсихиатрических экспертиз в отношении убитых Кузгуновой и Кутиковой не имелось. Кроме того, ни в ходе предварительного следствия, ни в судебном заседании такого ходатайства не заявлялось.
Сам Кузгунов на учете у врача-психиатра не состоял (т.1 л.д.119), в отношении него проведены как амбулаторная, так и стационарная комплексные судебные психолого-психиатрические экспертизы и комиссии экспертов пришли к выводу о его вменяемости (т.1 л.д.84-85; т.2 л.д.65-68).
В отношении актов экспертиз и своего психического состояния Кузгунов никаких ходатайств не заявлял. Оснований для вывода о неправильности выводов экспертных комиссий не имеется и предусмотренных законом оснований для назначения повторной стационарной судебной психологопсихиатрической экспертизы в отношении Кузгунова не усматривается.
Кроме того, в компетенцию суда кассационной инстанции не входит назначение таких экспертиз в отношении осужденных.
Ссылки в жалобе Кузгунова на ненадлежащее ознакомление его с материалами дела и на необоснованность отказа в его просьбе о рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей являются явно надуманными.
Как следует из материалов дела, по окончании предварительного следствия он был ознакомлен с материалами дела в полном объеме (в одном томе на 128 листах), ни перед судебным заседанием, ни в ходе судебного разбирательства он не просил предоставить ему возможность дополнительно или повторно ознакомиться с материалами дела, а, напротив, утверждал, что он знаком с материалами уголовного дела (т.1 л.д.129; т.2 л.д.80, 81). Ознакомление осужденного с материалами дела законом не предусмотрено, о чем ему правильно разъяснено областным судом (т.2 л.д. 126). Ни по окончании предварительного следствия, ни до назначения дела судьей к судебному разбирательству, ни в судебных заседаниях подсудимый Кузгунов не заявлял ходатайств о рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей. Состав суда ему объявлялся и отводов составу суда он не заявлял. Кроме того, Кузгунов и не имел права на рассмотрение дела в отношении него судом с участием присяжных заседателей, поскольку такой суд вводится в Новосибирской области лишь с 1 января 2003 года, а рассмотрение дела в отношении него было назначено на 10 сентября 2001 года. Протокол судебного заседания от 10-14 сентября 2001 года был оглашен в судебном заседании 11 февраля 2002 года в части показаний допрошенных лиц (т.2 л.д.84) в присутствии подсудимого Кузгунова.
Отдельного какого-либо заявления, ходатайства об ознакомлении его с протоколом судебного заседания от 10-14 сентября 2001 года, как видно из материалов дела, Кузгунов не подавал, а согласно ст.ст.264, 265 УПК РСФСР судья обязан знакомить с протоколом судебного заседания осужденного лишь при наличии соответствующего ходатайства и осужденный имеет право подать свои замечания на протокол лишь в течение трех суток после подписания судьей протокола. С протоколом судебного заседания от 11-15 февраля 2002 года Кузгунов ознакомлен и замечаний на него не имел (т.2 л.д.127).
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия О П Р Е Д Е Л И Л А :
приговор Новосибирского областного суда от 15 февраля 2002 года в отношении Кузгунова Шамиля Насибуллиновича оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного Кузгунова Ш.Н. и адвоката Почевалова О.М. - оставить без удовлетворения.
Председательствующий С.А. Разумов судьи:
Верно: Судья Верховного Суда РФ В.С. Коннов Копии определения направлены:
1. Начальнику учреждения ИЗ-54/1 г. Новосибирска в отношении Кузгунова Ш.Н.
2. Прокуратура РФ 2. Дело отправлено « в Новосибирский о/с ек » 200 года в 2-х томах