Д е л о № 50-002-15 г. Москва 2002 г.
« 4 » декабря 2002 г.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
Председательствующего - Кудрявцевой Е.П., судей - Коннова B.C. и Савича Ю.В.
рассмотрела в судебном заседании от 4 декабря 2002 года кассационное представление государственного обвинителя Тебеньковой Е.М.
и осужденного Куницкого Д.С. на приговор Омского областного суда от 24 января 2002 года, которым К У Н И Ц К И Й Дмитрий Сергеевич, родившийся 13 ноября 1977 года в г. Омске, русский, со средним образованием, неработавший, ранее судимый:
11 января 1994 года по ч.2 ст. 145 У К Р С Ф С Р к трем годам восьми месяцам лишения свободы;
18 мая 1995 года по п.п.«а,г,е» ст.102; п.«б» ч.2 ст.146 УК Р С Ф С Р к девяти годам лишения свободы; по совокупности преступлений на основании ч.З ст.40 У К Р С Ф С Р к девяти годам лишения свободы; освобожден 18 июня 1999 г. в соответствии с постановлением судьи от 10 июня 1999 г. условно-досрочно на два года одиннадцать месяцев 16 дней;
-осужден по п.«н» ч.2 ст. 105 УК РФ к пятнадцати годам лишения свободы, по совокупности приговоров на основании ст. 70 У К Р Ф - к пятнадцати годам шести месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Постановлено взыскать с Куницкого Д.С. в пользу Григорьевой H.A. в возмещение морального вреда 100.000 рублей.
Куницкий Д.С. признан виновным и осужден за убийство Григорьева В.В., 1969 года рождения, совершенное 27 сентября 2001 года неоднократно.
Заслушав доклад судьи Коннова B.C., объяснения прокурора Шаруевой М.В., поддержавшей протест в части необоснованности исключения из обвинения Куницкого ударов головой Григорьева о землю и об исключении из приговора первых двух судимостей Куницкого в связи с погашением, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
В кассационной жалобе осужденный Куницкий Д.С. просит отменить приговор и направить дело на новое судебное рассмотрение, ссылаясь на незаконность и необоснованность приговора, на проведение предварительного следствия односторонне, неполно, с нарушениями требований уголовно-процессуального законодательства. Утверждает, что перед происшедшим Григорьев достал нож и его (Куницкого) жизни угрожала опасность. Считает, что в отношении него следовало провести стационарную судебно-психиатрическую экспертизу.
В возражениях потерпевшая Григорьева H.A. считает доводы жалобы Куницкого несостоятельными, но приговор - подлежащим отмене в целях увеличения объема виновности Куницкого и ужесточения ему наказания.
В кассационном представлении государственный обвинитель Тебенькова Е.М. просит отменить приговор и направить дело на новое судебное рассмотрение, ссылаясь на незаконность и необоснованность приговора, неверное исключение из обвинения ударов головой Григорьева о землю, неправильное исключение признака особой жестокости убийства и в связи с этим - на мягкость назначенного ему наказания. П о ее мнению, суд необоснованно указал во вводной части приговора судимости Куницкого по приговорам от 8 декабря 1992 г. и 22 декабря 1993 г., которые погашены.
Обращает внимание на то, что суд не конкретизировал действия Куницкого и не указал количество нанесенных им ударов скальпелем.
Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных представления, жалобы и возражений на жалобу, судебная коллегия находит приговор в отношении Куницкого подлежащим изменению по следующим основаниям.
Виновность Куницкого в умышленном лишении жизни Григорьева подтверждается приведенными в приговоре доказательствами и не оспаривается жалобах.
Ссылка Куницкого в жалобе на то, что Григорьев достал нож и его (Куницкого) жизни угрожала противоречит материалам дела.
опасность, является несостоятельной и В первоначальных показаниях в ходе предварительного следствия Куницкий утверждал, что до нанесения им ударов Григорьеву скальпелем, Григорьев сидел на корточках, и не давал показаний, что в руках Григорьева что-либо было и он каким-либо образом угрожал ему (л.д.69, 75, 83-84). При последнем допросе в ходе предварительного следствия Куницкий показания изменил и стал утверждать, что его Григорьев схватил левой рукой за олимпийку, а в его правой руке был блестящий металлический предмет, плоский, длиной примерно 20 см. Он схватил Григорьева за правую руку, выхватил у него этот металлический предмет и отбросил в сторону (л.д.137).
В судебном заседании подсудимый Куницкий вновь изменил показания и стал утверждать, что Григорьев, сидя на корточках, сделал резкое движение в его сторону рукой, пытался схватить его (Куницкого) за руку, но он опередил Григорьева и начал бить его скальпелем. Он в ходе следствия говорил, что у Григорьева был в руках металлический предмет, но его не был, Григорьев ему не угрожал, не замахивался (л.д.207, 209).
Таким образом, показания Куницкого в этой части противоречивы, непоследовательны и суд правильно оценил их в совокупности с другими доказательствами.
Куницкий последовательно утверждал, что Григорьев пострадал за оскорбление его девушки Поповой В.М. и не давал показаний, что его (Куницкого) жизни угрожала опасность со стороны Григорьева.
Как пояснял свидетель Остапов Л.В., Григорьев перед нанесением ему ударов никаких попыток нападения на Куницкого не предпринимал, в руках у него ничего, в том числе - ножа, не было (л.д.114). На правой руке Григорьева повреждений от схватывания руки не имелось.
Из протокола осмотра следует, что ни на месте происшествия, ни в руке Григорьева никаких ножей, других предметов (кроме связки ключей на кольце) не имелось.
При таких данных указанный довод Куницкого является надуманным, противоречащим материалам дела.
Показания Куницкого об обстоятельствах нападения его на Григорьева также противоречивы и непоследовательны. Первоначально он пояснял, что^он звал Григорьева поговорить по поводу оскорбления им его девушки - Поповой В. Он требовал, чтобы Григорьев извинился перед ней.
В ходе разговора возникла ссора, разговор пошел на повышенных тонах и Григорьев «послал его подальше», что его и разозлило (л.д.68-69, 75, 83).
При последнем допросе в ходе предварительного следствия он показания изменил и стал утверждать, что Григорьев оскорблял нецензурно его, его семью и Попову, а затем схватил рукой (л.д. 137). В суде Куницкий пояснял, что Григорьев оскорблял нецензурной бранью его, а когда он сделал ему замечание, Григорьев стал оскорблять его родителей (л.д.207).
Свидетель Попова В.М. поясняла в судебном заседании, что никаких непристойных выражений и оскорблений со стороны Григорьева в ее адрес не поступало и Куницкому об этом она никогда не говорила (л.д.212).
Аналогичные показания дала и Василенко (л.д.215).
При таких данных из материалов дела следует, что инициатором конфликта был Куницкий, конфликт носил взаимный характер, происходила ссора, оба говорили на повышенных тонах, Куницкий находился в состоянии опьянения, и Григорьев оскорбил его. Однако оскорбление не являлось тяжким, не влекло каких-либо тяжких последствий для Куницкого и его близких. П р и таких обстоятельствах, с учетом того, что Куницкий сам являлся инициатором конфликта, в его действиях не усматривается состояния физиологического аффекта. Об этом же свидетельствуют показания свидетеля Василенко О.Ю. о том, что после убийства поведение Куницкого было обычным, он не нервничал, был спокойным (л.д.216) и данные акта судебно-психиатрической экспертизы, что он мог руководить своими действиями.
Ссылка на непроведение стационарной судебно-психиатрической экспертизы не влияет на законность и обоснованность приговора. Как следует из материалов дела, ранее Куницкий неоднократно осуждался и при этом признавался вменяемым. На учете у врача-психиатра он не состоял (л.д. 177). В отношении него проводилась амбулаторная судебнопсихиатрическая экспертиза и комиссия врачей-психиатров пришла к выводу о достаточности его амбулаторного обследования для дачи заключения и пришла к выводу о его вменяемости. С учетом осмысленных, целенаправленных действий Куницкого, поддержания им адекватного речевого контакта, отсутствия у него бреда, галлюцинаций, он обоснованно признан вменяемым. Каких-либо законных оснований для назначения стационарной судебно-психиатрической экспертизы в отношении него не имелось. Кроме того, такого ходатайства и не заявлялось в судебном заседании.
Проведение очных ставок не имеет целью досрочное (до окончания предварительного следствия) ознакомление обвиняемого с показаниями свидетелей и согласование в связи с этим своей позиции по делу.
Проведение либо непроведение очных ставок входит в компетенцию следователя, решается им самостоятельно и непроведение каких-либо очных ставок не свидетельствует о неполноте предварительного следствия. Кроме того, как видно из материалов дела, Куницкий не просил о проведении каких-либо очных ставок. В ходе предварительного следствия каких-либо нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, из материалов дела не усматривается.
Ссылка в представлении на то, что в приговоре не конкретизированы действия Куницкого, несостоятельна. Его действия, в совершении которых он признан виновным, в приговоре установлены и указаны. Неуказание точного количества ударов скальпелем, нанесенных Куницким Григорьеву, не является нарушением закона, влекущим отмену приговора. Согласно ст.314 У П К Р С Ф С Р описательная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, характера вины, мотивов и последствий преступления. Эти требования закона судом по данному делу выполнены. Кроме того, указание точного количества ударов скальпелем по каждому эпизоду невозможно в связи с противоречивостью доказательств в этой части и выводом судебно-медицинского эксперта о невозможности определения последовательности нанесения ранений. Судом правильно указаны в приговоре те обстоятельства, которые доказаны.
Как указывается в представлении, Куницкому обоснованно вменялось нанесение не менее 10 ударов головой Григорьева о землю. Однако достоверных и достаточных доказательств в этой части обвинения не представлено. В основу такого вывода положены показания свидетеля Остапова от 29 сентября 2001 года (л.д.62), однако при допросе повторном 16 ноября 2001 года свидетель Остапов показаний об ударах головой Григорьева о землю и их количестве не давал (л.д.114).
Свидетель Почечуева Е.В. поясняла в ходе предварительного следствия, что она видела нанесение одного удара ногой в грудь или по голове лежавшего мужчины, после чего тот мужчина прекратил попытки подняться и мужчины разошлись. Бил не тот мужчина, что был одет в олимпийку или ветровку (л.д.42-43). В судебном заседании свидетель Почечуева стала утверждать, что когда лежавший мужчина пытался подняться, Куницкий ударил его ногой в грудь и потерпевший больше не шевелился. Другой мужчина ударил потерпевшего и они втроем продолжили его бить (л.д.211). Кроме того, что показания свидетеля Почечуевой противоречивы, они не подтверждают обвинения в том, что Куницкий бил Григорьева головой о землю.
Свидетель Василенко также поясняла, что «как били головой о землю, она не видела» (л.д.219).
Григорьева Свидетель Генералов пояснял в ходе предварительного следствия, что он нанес 1 удар ногой в живот Григорьеву, когда шла девушка (Почечуева) (л.д.73). В судебном заседании он стал утверждать, что он нанес удар рукой в лицо Григорьева и тот упал. Куницкий лежавшему Григорьеву нанес около 2 ударов, но куда и чем, он не видел. Куницкий ударил его несколько раз в область шеи скальпелем (л.д.213-215). Таким образом, и свидетель Генералов не давал показаний о том, что Куницкий бил головой Григорьева о землю.
Постановлением следователя подтверждается, что в Генералова в отношении Григорьева усматриваются преступления, предусмотренного ст.116 УК Р Ф (л.д. 141).
действиях признаки Показания Куницкого в этой части также противоречивы и непоследовательны. Первоначально в ходе предварительного следствия Куницкий пояснял, что Остапов и Генералов нанесли по 1-2 удара ногами по голове и телу Григорьева и тот от их ударов падал. О н (Куницкий), когда ушла Василенко, ударил 2 раза Григорьева лицом о землю (л.д.69, 76, 84).
Затем Куницкий показания изменил и стал утверждать, что он специально ударов головой о землю Григорьеву не наносил. Григорьев сильно ударился головой о землю, когда он отбросил его от себя (л.д.137). В судебном заседании подсудимый Куницкий пояснял, что он Григорьева головой о землю не бил (л.д.209).
Как следует из акта судебно-медицинской экспертизы, в области лица Григорьева имелись телесные повреждения как причинившие легкий вред здоровью, так и не причинившие вреда здоровью. Они образовались не менее, чем от 8 воздействий по лицу. «Во время нанесения ударов по лицу потерпевший находился лицом к нападавшему в л ю б о м положении, как стоя, так и лежа, и сидя». Не исключено, что часть повреждений на лице могло образоваться при падении с высоты собственного роста и скольжением по шероховатой твердой поверхности.
Таким образом, ни по количеству воздействий (даже без учета образования повреждений от падений с «высоты собственного роста»), ни по механизму образования (при «нанесении ударов по лицу потерпевший находился лицом к нападавшему»), ни по отношению к действиям по причинению смерти (повреждения в области лица отношения к смерти не имеют) акт судебно-медицинской экспертизы не соответствует предъявленному обвинению в этой части.
При таких данных признание Куницкого в нанесении не менее 10 ударов головой Григорьева о землю виновным, как это предъявлено в обвинении, не соответствовало бы требованиям законности и обоснованности. (Согласно ч.З ст.49 Конституции Р Ф все неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого).
Согласно обвинительного заключения, в соответствии с которым и осуществлялась защита Куницкого от предъявленного обвинения, «об особой жестокости совершенного Куницким преступления свидетельствует то, что Куницкий причинил часть повреждений Григорьеву уже после наступления смерти потерпевшего» (л.д.192). Других мотивов обоснования особой жестокости убийства в обвинительном заключении не приведено.
Однако, особая жестокость, по смыслу закона, связывается с убийством, то есть процессом лишения жизни, и не может относиться к действиям в отношении трупа. При таких данных исключение из обвинения признака особой жестокости убийства является правильным.
Кроме того, согласно акта судебно-медицинской экспертизы, повреждения шеи, повлекшие смерть Григорьева, образовались не менее, чем от 2 режущих воздействий, что не свидетельствует о множественности смертельных повреждений. Другие телесные повреждения, образовавшиеся не менее, чем от 9 ударов колюще-режущего предмета, квалифицируются как причинившие легкий вред здоровью и не состоят в причинной связи со смертью. Все прижизненные резаные и колото-резаные ранения были причинены «в короткий промежуток времени».
Как видно из материалов дела, два эпизода нанесения Куницким ударов скальпелем Григорьеву, связано с тем, что он имел умысел на убийство Григорьева, а тот после первого эпизода нанесения ударов скальпелем остался жив, отбежал на некоторое расстояние и Куницкий, доводя умысел до конца, вновь нанес ему удары скальпелем.
Сам Куницкий пояснял, что у него «умысла на причинение особой боли Григорьеву не было» (л.д.138).
Ссылка в представлении, что суд в приговоре не привел показаний свидетеля Остапова, не может являться основанием для отмены приговора.
Как следует из приговора, суд привел в нем показания подсудимого Куницкого, свидетелей Генералова и Почечуевой, после чего указал: «с показаниями подсудимого и указанных выше свидетелей по содержанию полностью совпадают показания свидетеля Остапова Л.В.» и дал их анализ в части причин возникновения конфликта. При даче свидетелем аналогичных показаний ранее указанных лиц закон не требует их повторения в приговоре.
Согласно ст.314 УПК РСФСР в описательной части приговора суд должен указать обстоятельства, смягчающие или отягчающие ответственность. Суд также обязан мотивировать назначение наказания в виде лишения свободы, если санкция уголовного закона предусматривает и другие наказания, не связанные с лишением свободы; применение условного осуждения; назначение наказания ниже низшего предела, предусмотренного уголовным законом за данное преступление; переход к другому, более мягкому наказанию; назначение вида исправительной колонии с отступлением от общих правил; решение вопросов, связанных с отсрочкой исполнения приговора. По данному делу таких обстоятельств не имеется. Как указано в обвинительном заключении, обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание Куницкого, не имеется (л.д.192), не установил их и суд. Неустановленные обстоятельства в приговоре указанию не подлежат. П р и таких данных назначение судом Куницкому наказания не противоречит требованиям уголовно-процессуального закона.
Как видно из протокола, государственный обвинитель просил суд назначить Куницкому наказание по п.п.«д,н» ч.2 ст. 105 УК РФ в 17 лет лишения свободы, суд ему назначил по п.«н» ч.2 ст. 105 УК РФ наказание в 15 лет лишения свободы. В чем заключается в данном случае явная несправедливость наказания (ст.347 УПК РСФСР), в представлении не указано. Тяжесть преступления учтена законом при установлении санкции (судом наказание Куницкому назначено в пределах санкции ч.2 ст. 105 УК РФ), совершение преступления в период условно-досрочного освобождения также учтено судом, в связи с чем Куницкому назначено наказание по правилам ст.70 УК Р Ф по совокупности приговоров. То, что Куницкий имел непогашенную судимость по приговору от 11 января 1994 г., суду было известно, однако согласно ч.4 ст. 18 УК РФ судимости за преступления, совершенные лицом в возрасте до 18 лет, не учитываются при признании рецидива преступлений.
При таких данных оснований для отмены приговора в связи с чрезмерной мягкостью назначенного Куницкому наказания не имеется.
Вместе с тем, судебная коллегия считает необходимым исключить из вводной части приговора указания об осуждениях Куницкого 8 декабря 1992 г. по ч.2 ст. 144 УК Р С Ф С Р к двум годам лишения свободы с отсрочкой исполнения приговора на два года и 22 декабря 1993 г. по ст. 15 и ч.З ст.89 УК Р С Ф С Р к трем годам лишения свободы, по совокупности приговоров - к трем годам шести месяцам лишения свободы, поскольку данные преступления Куницкий совершил в несовершеннолетнем возрасте, они согласно ст.7-1 УК Р С Ф С Р не относились к тяжким и в соответствии со ст.95 УК Р Ф , имеющей обратную силу, по таким преступлениям срок погашения судимости несовершеннолетних составлял один год, а Куницкий от наказания был освобожден условно-досрочно по постановлению судьи от 10 июня 1999 г. и новое преступление совершил по истечении одного года 27 октября 2001 г. Таким образом, указанные судимости Куницкого погашены, а согласно ч.б ст.86 УК РФ погашение судимости аннулирует все правовые последствия с нею связанные, в связи с чем они не могли указываться в приговоре.
Ссылка в жалобе Куницкого на недостаточную полноту установления его личности, что выразилось в том, что он уже был судим за совершение преступления при отягчающих обстоятельствах, необоснованна, поскольку суду были известны его судимости и они указаны во вводной части приговора. Данные о личности Куницкого установлены полно.
Его же ссылка на то, что не проверено, состоял ли Григорьев на психиатрическом учете, не влияет на приговор в отношении него Куницкого и, кроме того, из материалов дела не видно оснований к такой проверке, а в судебном заседании никто из участников процесса не заявлял ходатайства о такой проверке.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия О П Р Е Д Е Л И Л А :
Приговор Омского областного суда от 24 января отношении Куницкого Дмитрия Сергеевича изменить.
2002 года в Из вводной части приговора исключить указания об осуждениях Куницкого Д.С. по приговорам от 8 декабря 1992 г. по ч.2 ст. 144 УК РСФСР к двум годам лишения свободы с отсрочкой исполнения приговора на два года и 22 декабря 1993 г. по ст. 15 и ч.З ст.89 У К Р С Ф С Р к трем годам лишения свободы, а по совокупности приговоров на основании ст.41 УК РСФСР к трем годам шести месяцам лишения свободы.
В остальной части тот же приговор в отношении Куницкого Д.С.
оставить без изменения, а кассационное представление государственного обвинителя Тебеньковой Е.М. и кассационную жалобу осужденного Куницкого Д.С. - оставить без удовлетворения.
Председательствующий Е.П. Кудрявцева судьи:
B.C. Коннов Ю . В . Савич Верно: Судья Верховного Суда РФ Копии определения направлены:
1. Начальнику учреждения ИЗ-55/1 г. Омска в отношении Куницкого Д.С.
2. Прокуратура Р Ф 2. Дело отправлено « в Омский о/с 16.12.2002ек » декабря 2002 года в 1 т.
B.C. Коннов