УИД 66RS0003-01-2022-000984-90 ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ № 45-КГ23-15-К7

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 26 и ю л я 2 0 2 3 г.

Судья Верховного Суда Российской Федерации Вавилычева Т.Ю., изучив с материалами истребованного дела кассационные жалобы Пироговой Галины Михайловны и её представителя по доверенности Плетнёва И.В. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 19 августа 2022 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 12 января 2023 г. по делу Кировского районного суда г. Екатеринбурга № 2-2075/2022 по иску Пироговой Галины Михайловны к негосударственной некоммерческой организации «Адвокатская палата Свердловской области» о признании незаконными заключения квалификационной комиссии, решения Совета о прекращении статуса адвоката, о восстановлении статуса адвоката,

установила:

Пирогова Г.М. 28 февраля 2022 г. обратилась в суд с иском к негосударственной некоммерческой организации «Адвокатская палата Свердловской области» (далее также - Адвокатская палата Свердловской области), в котором просила суд признать незаконным и отменить заключение квалификационной комиссии Адвокатской палаты Свердловской области от 9 декабря 2021 г. в отношении адвоката Пироговой Г.М., признать незаконным и отменить решение Совета Адвокатской палаты Свердловской области от 27 января 2022 г. в отношении адвоката Пироговой Г.М. о прекращении статуса адвоката, восстановить её в статусе адвоката Адвокатской палаты Свердловской области.

2 8 обоснование заявленных требований Пирогова Г.М. указала, что является адвокатом, состоит в реестре адвокатов Свердловской областной коллегии адвокатов с 5 марта 1984 г.

9 декабря 2021 г. квалификационной комиссией Адвокатской палаты Свердловской области вынесено заключение о наличии в её действиях умышленного нарушения подпунктов 1,4 пункта 1 статьи 7 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», пунктов 1, 2 статьи 8, подпункта 9 пункта 1 статьи 9, статьи 12 Кодекса профессиональной этики адвоката, принятого I Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 г.

Решением Совета Адвокатской палаты Свердловской области от 27 января 2022 г. ей прекращён статус адвоката.

Основанием для возбуждения против неё дисциплинарного производства послужила жалоба Халявина Д.В., в которой он ссылался на то, что адвокат Пирогова Г.М. не участвовала при его допросе 15 июля 2021 г. в качестве свидетеля по уголовному делу, не обратила внимание на причинение ему в рамках оперативных действий сотрудниками полиции телесных повреждений.

С доводами, изложенными в этой жалобе, Пирогова Г.М. была не согласна, поскольку каких-либо нарушений она не допускала. 15 июля 2021 г. в отдел полиции № 16 межмуниципального управления Министерства внутренних дел Российской Федерации «Нижнетагильское» на допрос следователя в качестве свидетеля был доставлен Халявин Д.В., который заявил ходатайство о предоставлении ему адвоката по назначению органов следствия в порядке статьи 51 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Следователь позвонил в адвокатскую контору № 1 г. Нижнего Тагила, где ему сообщили, что дежурным адвокатом является адвокат Недопекин СВ., ввиду занятости которого она согласилась обеспечить участие адвоката по назначению при допросе Халявина Д.В.

После допроса Халявин Д.В. подал в следственный отдел по Ленинскому району г. Нижнего Тагила жалобу на следователя, помощника прокурора, и на адвоката Пирогову Г.М. Руководителем следственного отдела по Ленинскому району г. Нижнего Тагила все жалобы Халявина Д.В.

были соединены в одно производство, по всем жалобам была проведена проверка и 1 октября 2021 г. по всем жалобам было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. В рамках этой проверки 21 сентября 2021 г. в отношении Халявина Д.В. была проведена судебно-медицинская экспертиза, согласно выводам которой каких-либо повреждений и их следов в области головы, лица, туловища и конечностей у Халявина Д.В. обнаружено не было. Начальником отделения по расследованию преступлений отдела полиции № 16 следственного управления межмуниципального управления Министерства внутренних дел 3 Российской Федерации «Нижнетагильское» было подтверждено присутствие адвоката Пироговой Г.М. при допросе Халявина Д.В.

Указанные обстоятельства были доведены до сведения квалификационной комиссии и Совета Адвокатской палаты Свердловской области, однако, по мнению Пироговой Г.М., необоснованно не были приняты по внимание при вынесении заключения о наличии в её действиях умышленных нарушений законодательства, регулирующего адвокатскую деятельность, и решения о прекращении статуса адвоката соответственно.

Пирогова Г.М. считает несостоятельными ссылки квалификационной комиссии Адвокатской палаты Свердловской области и Совета Адвокатской палаты Свердловской области на наличие в отношении неё жалоб от иных граждан на ненадлежащее исполнению ею профессиональных обязанностей, поскольку по результатам приведённой квалификационной комиссией и Советом Адвокатской палаты Свердловской области проверки по жалобе гражданина Осокина СЮ. квалификационной комиссией Адвокатской палаты Свердловской области было вынесено заключение об отсутствии в действиях Пироговой С М . нарушений норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, дисциплинарное производство в отношении неё было прекращено.

Выводы квалификационной комиссии и Совета Адвокатской палаты Свердловской области, содержащиеся в оспариваемых заключении и решении, о нарушении ею графика дежурств Пирогова Г.М. также считает несостоятельными ввиду того, что в адвокатской конторе № 1 г. Нижнего Тагила отсутствует журнал заявок от органов дознания, органов предварительного следствия, в связи с чем адвокаты самостоятельно договариваются о замене с другим адвокатом в случае занятости. Каких-либо жалоб от адвоката Недопёкина С В . на то, что адвокат Пирогова Г.М.

работала не по графику и нарушила профессиональную этику, не имеется.

Пирогова Г.М. полагает, что квалификационной комиссией Адвокатской палаты Свердловской области была нарушена процедура проведения в её отношении дисциплинарного производства: ей не было сообщено о том, что она имеет право знакомиться со всеми материалами дисциплинарного производства, она не была уведомлена о принятии в отношении неё решения о возбуждении дисциплинарного производства, копия заключения квалификационной комиссии Адвокатской палаты Свердловской области от 9 декабря 2021 г. ей не направлялась.

Неоднократные обращения Пироговой Г.М. в Адвокатскую палату Свердловской области с просьбой выдать ей протокол заседания Совета Адвокатской палаты Свердловской области от 27 января 2022 г. и протокол голосования остались без ответа.

Пирогова Г.М. также указывает, что за все время осуществления профессиональной деятельности адвоката (более 38 лет) она не имела дисциплинарных взысканий, при этом неоднократно поощрялась за высокий 4 профессионализм в защите законных прав и интересов граждан и организаций, 27 февраля 2018 г. ей присвоено звание ветерана Уральской адвокатуры. Ссылаясь на статьи 7, 17 Федерального закона от 31 мая 2002 г.

№ 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», статью 18 Кодекса профессиональной этики адвоката, Пирогова Г.М. считает, что меры дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката применена к ней без учёта приведённых нормативных положений, результатов её профессиональной деятельности и несоразмерна тяжести допущенного ею, по мнению ответчика, дисциплинарного проступка.

Представитель Адвокатской палаты Свердловской области возражала против удовлетворения исковых требований Пироговой Г.М.

Решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 25 мая 2022 г. исковые требования Пироговой Г.М. удовлетворены, признано незаконным заключение квалификационной комиссии Адвокатской палаты Свердловской области от 9 декабря 2021 г., решение Совета Адвокатской палаты Свердловской области от 27 января 2022 г. в отношении Пироговой Г.М., Пирогова Г.М. восстановлена в статусе адвоката.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 19 августа 2022 г. решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении исковых требований Пироговой Г.М. отказано.

С Пироговой Г.М. в пользу негосударственной некоммерческой организации «Адвокатская палата Свердловской области» взысканы расходы по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 руб.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 12 января 2023 г. апелляционное определение суда апелляционной инстанции оставлено без изменения.

В кассационных жалобах, поданных в Верховный Суд Российской Федерации Пироговой Г.М. и её представителем по доверенности Плетневым И.В., ставится вопрос об отмене апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 19 августа 2022 г. и определения судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 12 января 2023 г., как незаконных, и оставлении в силе решения суда первой инстанции.

По запросу судьи Верховного Суда Российской Федерации Вавилычевой Т.Ю. от 26 мая 2023 г. дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации.

При изучении доводов кассационных жалоб по материалам истребованного гражданского дела установлены основания для передачи кассационных жалоб с делом для рассмотрения в судебном заседании 5 Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Основаниями для отмены или изменения судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 390 14 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В кассационных жалобах заявители указывают на существенные нарушения норм материального и процессуального права, допущенные судом апелляционной инстанции, а также кассационным судом общей юрисдикции, при рассмотрении дела, выразившиеся, по их мнению, в следующем.

Судом установлено и из материалов дела следует, что Пирогова Г.М. с 5 марта 1984 г. являлась адвокатом, осуществляла профессиональную деятельность в адвокатском образовании Свердловская областная коллегия адвокатов, адвокатская контора № 1 г. Нижнего Тагила (т. 1, л.д. 36).

6 сентября 2021 г. в Адвокатскую палату Свердловской области поступила жалоба Халявина Д.В. в отношении адвоката Пироговой Г.М., где он указал, что 15 июля 2021 г. был задержан сотрудниками отдела полиции № 16 межмуниципального управления Министерства внутренних дел Российской Федерации «Нижнетагильское» (далее также - МУ МВД России «Нижнетагильское») и допрошен в качестве свидетеля. При допросе Халявина Д.В. в статусе свидетеля ему был предоставлен адвокат по назначению Пирогова Г.М., которая не давала ему никаких консультаций, его защиту Пирогова Г.М. не осуществляла, на допросе и после допроса не присутствовала. Халявин Д.В. считал, что Пирогова Г.М. выступила «карманным адвокатом» следователя, поскольку в свое отсутствие поставила подпись на протоколе его допроса, который Халявин Д.В. подписывать отказался. В жалобе Халявин Д.В. также отмечал, что в порядке статьи 51 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации адвокат по назначению предоставляется подозреваемому или обвиняемому, при этом участие адвоката при допросе свидетеля этой статьёй не предусмотрено.

По жалобе Халявина Д.В. Адвокатской палатой Свердловской области в отношении адвоката Пироговой Г.М. 23 ноября 2021 г. было возбуждено дисциплинарное производство (т. 1, л.д. 75, 133-134).

2 декабря 2021 г. Адвокатской палатой Свердловской области по месту жительства адвоката Пироговой Г.М. и по адресу адвокатской конторы № 1 г. Нижнего Тагила были направлены уведомления о возбуждении в отношении адвоката Пироговой Г.М. дисциплинарного производства и о дате 6 заседания квалификационной комиссии Адвокатской палаты Свердловской области (т. 1,л.д. 77, 78).

Из протокола заседания квалификационной комиссии Адвокатской палаты Свердловской области от 9 декабря 2021 г. следует, что дисциплинарное производство в отношении адвоката Пироговой Г.М.

случалось с участием адвоката Пироговой Г.М., Халявина Д.В. и его представителя. В протоколе заседания квалификационной комиссии Адвокатской палаты Свердловской области указано, что из содержания задаваемых следователем в ходе допроса Халявину Д.В. вопросов с очевидностью следует, что, несмотря на то, что Халявин Д.В. допрашивался в качестве свидетеля, по существу проводился допрос подозреваемого. В отношении Халявина Д.В. следственными органам были допущено нарушение требовании части 1 статьи 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации ввиду его задержания более чем на 3 часа без оформления документов о задержании. Квалификационной комиссией признано, что доводы Халявина Д.В. о том, что Пирогова Г.М. отсутствовала при его допросе необоснованны, поскольку не нашли своего подтверждения.

Между тем, квалификационной комиссией Адвокатской палаты Свердловской области отмечено, что Пирогова Г.М. не отреагировала на неправильное оформление протокола следственного действия, не выяснила правовую позицию Халявина Д.В. и обстоятельства его доставления на допрос, не установила причины отказа Халявина Д.В. от подписи протокола допроса, не разъяснила ему положения статей 46, 56, 167, 189, 190 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, не выразила свою позицию, связанную с отказом допрашиваемого от подписи, не оформила надлежащим образом в полном объёме ордер адвоката.

Квалификационная комиссия Адвокатской палаты Свердловской области единогласно пришла к выводу о наличии в действиях (бездействии) адвоката Пироговой Г.М. умышленного нарушения законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката и признала установленным, что адвокат Пирогова Г.М. действовала недобросовестно как при принятии поручения, так и при выполнении профессиональных обязанностей, не проявив должной принципиальности и квалифицированности, признала презумпцию добросовестности адвоката Пироговой Г.М. опровергнутой, а вину Пироговой Г.М. в совершении нарушений установленной.

Квалификационной комиссией Адвокатской палаты Свердловской области вынесено заключение о наличии в действиях адвоката Пироговой Г.М. умышленного нарушения подпунктов 1, 4 пункта 1 статьи 7 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», пунктов 1, 2 статьи 8, подпункта 9 пункта 1 статьи 9, статьи 12 Кодекса профессиональной этики 7 адвоката, принятого I Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 г.

(т. 1,л.д. 15-20).

Решением Совета Адвокатской палаты Свердловской области от 27 января 2022 г. за умышленное нарушение подпунктов 1, 4 пункта 1 статьи 7 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», пунктов 1, 2 статьи 8, подпункта 9 пункта 1 статьи 9, статьи 12 Кодекса профессиональной этики адвоката к адвокату Пироговой Г.М. применена мера дисциплинарной ответственности «прекращение статуса адвоката». Пироговой Г.М.

установлен срок, по истечении которого она может быть допущена к сдаче квалификационного экзамена на приобретение статуса адвоката, - 1 год (т. 1, л.д. 21-27).

Выписка из протокола заседания квалификационной комиссии Адвокатской палаты Свердловской области от 9 декабря 2021 г. получена Пироговой Г.М. 4 февраля 2022 г. (т. 1, л.д. 79).

В материалы дела представлено письмо заведующего адвокатской конторой № 1 г Нижнего Тагила председателю президиума Свердловской областной коллегии адвокатов от 17 сентября 2021 г., в котором указано, что адвокат Пирогова Г.М. в отношении Халявина Д.В. выполнила возложенные на неё обязанности, информация, содержащаяся в жалобе Халявина Д.В., не подтверждается, оснований для привлечения адвоката Пироговой Г.М. к дисциплинарной ответственности не имеется (т. 1, л.д. 46).

Согласно заявлению следователя отдела по расследованию мошенничеств, совершённых с использованием МСС и ИТ на территории города Нижнего Тагила, и преступлений, совершённых на территории, обслуживаемых МУ МВД России «Нижнетагильское» Моора А.К., в связи с допросом в качестве свидетеля 15 июля 2021 г. Халявина Д.В. им был осуществлён звонок в адвокатскую контору № 1 г. Нижнего Тагила в целях представления адвоката, где ему было сообщено, что дежурным адвокатом является Недопекин С В . В разговоре с адвокатом Недопекиным СВ., тот пояснил следователю, что занят и сообщил, что вопрос с адвокатом будет решён, после чего сообщил следователю номер телефона адвоката Пироговой Г.М. Следователь позвонил адвокату Пироговой Г.М. и пригласил в отделение полиции № 16 МУ МВД России «Нижнетагильское» к 12 часам для совершения следственных действий. После прибытия адвоката Пироговой Г.М. следователь в её присутствии разъяснил Халявину Д.В. его права и обязанности в качестве свидетеля, после чего приступил к допросу.

О том, что у него имеется адвокат по соглашению, Халявин Д.В.

не сообщил. После допроса Халявин Д.В. ознакомился с протоколом допроса, однако подписывать его отказался, в связи с чем следователь пригласил понятых для фиксации факта отказа Халявина Д.В. от подписи протокола.

Протокол допроса также был подписан адвокатом Пироговой Г.М. (т. 1, л.д. 33).

8 Из материалов дела также следует, что постановлением старшего следователя следственного отдела по Ленинскому району г. Нижний Тагил следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области от 1 октября 2021 г. отказано в возбуждении уголовного дела по заявлению Халявина Д.В. отношении сотрудников отдела полиции № 16 МУ МВД России «Нижнетагильский» за отсутствием в их действиях признаков преступлений, предусмотренных пунктом «а» части 3 статьи 286, части 3 статьи 303 Уголовного кодекса Российской Федерации по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

В этом постановлении, в том числе указано, что при допросе Халявина Д.В. следователем отдела по РПТО отдела полиции № 16 следственного управления МУ МВД России «Нижнетагильское» был вызван адвокат по назначению - Пирогова Г.М. В ходе допроса и после него Халявин Д.В. вёл себя неадекватно, использовал нецензурную брань, угрожал причинением себе телесных повреждений и обвинении в их нанесении сотрудников полиции (т. 1, л.д. 29-32).

В материалах дела также имеются сведения о том, что Пирогова Г.М.

неоднократно поощрялась Адвокатской палатой Свердловской области, Федеральной палатой адвокатов Российской Федерации наградами за высокий профессионализм в защите прав и интересов граждан и организаций, награждена медалью II степени «За заслуги в защите прав и свобод граждан», медалью «Ветеран Уральской адвокатуры» (т. 1, л.д. 37, 38, 39, 123).

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования Пироговой Г.М.

о признании незаконными и отмене заключения квалификационной комиссии Адвокатской палаты Свердловской области, решения Совета Адвокатской палаты Свердловской области о прекращении статуса адвоката, о восстановлении статуса адвоката, суд первой инстанции сослался на положения статей 7, 29 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», статей 20, 21, 23 Кодекса профессиональной этики адвоката, и исходил из того, что квалификационная комиссия Адвокатской палаты Свердловской области вправе проверять доводы поданной гражданином в отношении адвоката жалобы и в случае нарушения адвокатом законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, а также Кодекса профессиональной этики адвоката, привлекать адвоката к дисциплинарной ответственности, при этом разбирательство осуществляется квалификационной комиссией в пределах требований и по тем основаниям, которые изложены в жалобе.

Поскольку в рамках дисциплинарного производства доводы жалобы Халявина Д.В. об отсутствии адвоката Пироговой Г.М. при его допросе 15 июля 2021 г. в качестве свидетеля квалификационная комиссия Адвокатской палаты Свердловской области признала необоснованными, суд 9 первой инстанции пришёл к выводу о том, что у квалификационной комиссии Адвокатской палаты Свердловской области, Совета Адвокатской палаты Свердловской области не имелось оснований для привлечения адвоката Пироговой Г.М. к дисциплинарной ответственности.

Суд первой инстанции также привёл доводы о том, что жалобы Халявина Д.В. не содержала доводов о нарушении Пироговой Г.М. графика дежурства адвокатов адвокатской конторы № 1 г. Нижнего Тагила, в связи с чем полагал, что выводы о нарушении Пироговой Г.М. этого графика не могли повлечь применение к Пироговой Г.М. дисциплинарного взыскания в виде прекращения статуса адвоката. Суд первой инстанции отметил, что Пирогова Г.М. не оказывала Халявину Д.В. юридическую помощь в порядке статьи 50 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а участвовала в качестве лица, оказывающего юридическую помощь свидетелю (статья 56 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации), и, соответственно, не могла нарушить график участия адвокатов по статье 50 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении исковых требований Пироговой Г.М., суд апелляционной инстанции указал, что установление оснований, поводов и порядка привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности отнесено законодателем к компетенции органов адвокатского сообщества и вызвано необходимостью соблюдения принципов независимости и самоуправления адвокатуры. Поскольку квалификационной комиссией Адвокатской палаты Свердловской области установлено, что адвокат Пирогова Г.М., участвуя при допросе Халявина Д.В. 15 июля 2021 г., допустила нарушения положений подпунктов 1, 4 пункта 1 статьи 7 Федерального закона от 31 мая 2002 г.

№ 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», подпунктов 1, 1 статьи 8, подпункта 9 пункта 1 статьи 9, статьи 12 Кодекса профессиональной этики адвоката (Пирогова Г.М. действовала недобросовестно как при принятии поручения, так и при выполнении своих профессиональных обязанностей, не проявила должной принципиальности и квалифицированности, не отреагировала на неправильное оформление протокола следственного действия, не выяснила правовую позицию Халявина Д.В., обстоятельства его доставки на допрос, не установила причины отказа Халявина Д.В. от подписи, не разъяснила ему положения статей 46, 56, 167, 189 и 190 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, не выразила свою позицию, связанную с отказом допрашиваемого от подписи, не оформила надлежащим образом и в полном объёме ордер адвоката), суд апелляционной инстанции полагал, что у Адвокатской палаты Свердловской области имелись основания для лишения Пироговой Г.М. статуса адвоката.

По мнению суда апелляционной инстанции, квалификационная комиссия Адвокатской палаты Свердловской области и Совет Адвокатской 10 палаты Свердловской области не вышли за пределы доводов жалобы Халявина Д.В., процедура дисциплинарного производства квалификационной комиссией Адвокатской палаты Свердловской области соблюдена, при принятии решения о прекращении статуса адвоката Пироговой Г.М. Советом Адвокатской палаты Свердловской области были учтены все существенные для принятия решения обстоятельства и документы.

Судебная коллегия по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции согласилась с выводами суда апелляционной инстанции и их правовым обоснованием.

Заявители кассационных жалоб полагают, что выводы суда апелляционной инстанции, а также кассационного суда общей юрисдикции сделаны с существенным нарушением норм материального и процессуального права, в обоснование чего приводят следующие доводы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации») законодательство об адвокатской деятельности и адвокатуре основывается на Конституции Российской Федерации и состоит из данного федерального закона, других федеральных законов, принимаемых в соответствии с федеральными законами нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации и федеральных органов исполнительной власти, регулирующих указанную деятельность, а также из принимаемых в пределах полномочий, установленных этим федеральным законом, законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации.

Принятый в порядке, предусмотренном названным федеральным законом, кодекс профессиональной этики адвоката устанавливает обязательные для каждого адвоката правила поведения при осуществлении адвокатской деятельности, а также основания и порядок привлечения адвоката к ответственности (пункт 2 статьи 4 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»).

Статьёй 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Так, в числе прочего адвокат обязан:

честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами (подпункт 1 пункта 1 этой статьи); соблюдать кодекс профессиональной этики адвоката и исполнять решения органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации, принятые в пределах их компетенции (подпункт 4 пункта 1 данной статьи).

В пункте 2 статьи 17 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» приведены основания 11 прекращения статуса адвоката, в числе которых неисполнение или ненадлежащее исполнение адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителем (подпункт 1), нарушение адвокатом норм кодекса профессиональной этики адвоката (подпункт 2).

Правовой статус и полномочия квалификационной комиссии определены статьёй 33 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».

В частности, согласно пункту 7 статьи 33 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» квалификационная комиссия по результатам рассмотрения жалобы даёт заключение о наличии или об отсутствии в действиях (бездействии) адвоката нарушения норм кодекса профессиональной этики адвоката, о неисполнении или ненадлежащем исполнении им своих обязанностей. Адвокат и лицо, подавшее жалобу на действия (бездействие) адвоката, имеют право на объективное и справедливое рассмотрение жалобы. Указанные лица вправе привлечь к рассмотрению жалобы адвоката по своему выбору.

31 января 2003 г. I Всероссийским съездом адвокатов принят Кодекс профессиональной этики адвоката.

В силу пунктов 1, 2 статьи 8 Кодекса профессиональной этики адвоката при осуществлении профессиональной деятельности адвокат обязан честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять свои обязанности, активно защищать права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законом и названным кодексом; уважать права, честь и достоинство лиц, обратившихся к нему за оказанием юридической помощи, доверителей, коллег и других лиц, придерживаться манеры поведения и стиля одежды, соответствующих деловому общению.

Адвокат не вправе оказывать юридическую помощь по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда в нарушение порядка ее оказания, установленного решением совета Федеральной палаты адвокатов и принимаемыми в соответствии с ним решениями советов адвокатских палат субъектов Российской Федерации (подпункт 9 пункта 1 статьи 9 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Участвуя в судопроизводстве, а также представляя интересы доверителя в органах государственной власти и органах местного самоуправления, адвокат должен соблюдать нормы соответствующего процессуального законодательства, проявлять уважение к суду и лицам, участвующим в деле, следить за соблюдением закона в отношении доверителя и в случае нарушений прав последнего ходатайствовать об их устранении. Возражая против действий (бездействия) судей и лиц, участвующих в деле, адвокат должен делать это в корректной форме и в 12 соответствии с законом (статья 12 Кодекса профессиональной этики адвоката).

В соответствии с пунктом 1 статьи 18 Кодекса профессиональной этики адвоката нарушение адвокатом требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и настоящего Кодекса, совершенное умышленно или по грубой неосторожности, влечет применение мер дисциплинарной ответственности, предусмотренных законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре и этим Кодексом.

Не может повлечь применение мер дисциплинарной ответственности действие (бездействие) адвоката, формально содержащее признаки нарушения требований законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и настоящего Кодекса, предусмотренного пунктом 1 данной статьи (далее - нарушение), однако в силу малозначительности не порочащее честь и достоинство адвоката, не умаляющее авторитет адвокатуры и не причинившее существенного вреда доверителю или адвокатской палате (пункт 2 статьи 18 Кодекса профессиональной этики адвоката).

При определении меры дисциплинарной ответственности должны учитываться тяжесть совершённого проступка, обстоятельства его совершения, форма вины, иные обстоятельства, признанные Советом существенными и принятые во внимание при вынесении решения (абзац второй пункта 4 статьи 18 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Мерами дисциплинарной ответственности являются: замечание, предупреждение, прекращение статуса адвоката (пункт 6 статьи 18 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Разделом вторым Кодекса профессиональной этики адвоката определены процедурные основы дисциплинарного производства.

Пунктом 2 статьи 19 кодекса профессиональной этики адвоката предусмотрено, что поступок адвоката, который порочит его честь и достоинство, умаляет авторитет адвокатуры, неисполнение или ненадлежащее исполнение адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителем, а также неисполнение решений органов адвокатской палаты должны стать предметом рассмотрения соответствующих квалификационной комиссии и Совета, заседания которых проводятся в соответствии с процедурами дисциплинарного производства, предусмотренными этим кодексом.

Дисциплинарное производство должно обеспечить своевременное, объективное и справедливое рассмотрение жалоб, представлений, обращений в отношении адвоката, их разрешение в соответствии с законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре и данным кодексом, а также исполнение принятого решения (пункт 3 статьи 19 Кодекса профессиональной этики адвоката).

В силу подпункта 1 пункта 1 статьи 20 Кодекса профессиональной этики адвоката поводом для возбуждения дисциплинарного производства, в 13 числе прочих, является: жалоба, поданная в адвокатскую палату другим адвокатом, доверителем адвоката или его законным представителем, а равно - при отказе адвоката принять поручение без достаточных оснований - жалоба лица, обратившегося за оказанием юридической помощи в порядке статьи 26 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».

Согласно пункту 4 статьи 23 Кодекса профессиональной этики адвоката разбирательство в комиссии осуществляется в пределах тех требований и по тем основаниям, которые изложены в жалобе, представлении, обращении. Изменение предмета и (или) основания жалобы, представления, обращения не допускается.

Пунктом 14 статьи 23 Кодекса профессиональной этики адвоката предусмотрено, что заключение комиссии должно быть мотивированным и обоснованным и состоять из вводной, описательной, мотивировочной и резолютивной частей. Во вводной части заключения указываются время и место вынесения заключения, наименование комиссии, его вынесшей, состав комиссии, участники дисциплинарного производства, повод для возбуждения дисциплинарного производства. Описательная часть заключения должна содержать указание на предмет жалобы или представления (обращения), объяснения адвоката. В мотивировочной части заключения должны быть указаны фактические обстоятельства, установленные комиссией, доказательства, на которых основаны ее выводы, и доводы, по которым она отвергает те или иные доказательства, а также правила, предусмотренные законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре, настоящим Кодексом, которыми руководствовалась комиссия при вынесении заключения. Резолютивная часть заключения должна содержать одну из формулировок, предусмотренных пунктом 9 статьи 23 Кодекса (о наличии в действиях (бездействии) адвоката нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и (или) настоящего Кодекса, или о неисполнении (ненадлежащем исполнении) им своих обязанностей перед доверителем, или о неисполнении решений органов адвокатской палаты; о необходимости прекращения дисциплинарного производства вследствие отсутствия в действиях (бездействии) адвоката нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и (или) настоящего Кодекса либо вследствие надлежащего исполнения адвокатом своих обязанностей перед доверителем или адвокатской палатой; о необходимости прекращения дисциплинарного производства вследствие состоявшегося ранее заключения квалификационной комиссии и решения Совета этой или иной адвокатской палаты по производству с теми же участниками по тому же предмету и основанию; о необходимости прекращения дисциплинарного производства вследствие отзыва жалобы, представления, обращения либо примирения лица, подавшего жалобу, и адвоката; о необходимости прекращения дисциплинарного производства 14 вследствие истечения сроков применения мер дисциплинарной ответственности;

о необходимости прекращения дисциплинарного производства вследствие обнаружившегося в ходе разбирательства отсутствия допустимого повода для возбуждения дисциплинарного производства).

Согласно пункту 4 статьи 24 Кодекса профессиональной этики адвоката совет при разбирательстве не вправе пересматривать выводы комиссии в части установленных ею фактических обстоятельств, считать установленными не установленные ею фактические обстоятельства, а равно выходить за пределы жалобы, представления, обращения и заключения комиссии.

Решение Совета должно быть мотивированным и содержать конкретную ссылку на правила, предусмотренные законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре, Кодексом, в соответствии с которыми квалифицировались действия (бездействие) адвоката (пункт 6 статьи 24 Кодекса профессиональной этики адвоката).

В пункте 1 статьи 25 Кодекса профессиональной этики адвоката перечислены решения, которые Совет вправе принять по дисциплинарному производстве, в числе которых: о наличии в действиях (бездействии) адвоката нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и (или) настоящего Кодекса, или о неисполнении (ненадлежащем исполнении) им своих обязанностей перед доверителем или о неисполнении адвокатом решений органов адвокатской палаты и о применении к адвокату мер дисциплинарной ответственности, предусмотренных статьёй 18 настоящего Кодекса (подпункт 1); о прекращении дисциплинарного производства в отношении адвоката вследствие отсутствия в его действиях (бездействии) нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и (или) этого кодекса либо вследствие надлежащего исполнения им своих обязанностей перед доверителем или адвокатской палатой, на основании заключения комиссии или вопреки ему, если фактические обстоятельства комиссией установлены правильно, но ею сделана ошибка в правовой оценке деяния адвоката или толковании закона и этого Кодекса (подпункт 2); о прекращении дисциплинарного производства вследствие малозначительности совершенного адвокатом проступка с указанием адвокату на допущенное нарушение (подпункт 7).

По мнению заявителей кассационных жалоб, выводы суда апелляционной инстанции и кассационного суда общей юрисдикции сделаны без учёта приведённых нормативных положений.

Заявители кассационных жалоб обращают внимание на то, что судом апелляционной инстанции и кассационным судом общей юрисдикции при разрешении спора и отказе в удовлетворении исковых требований Пироговой Г.М. не были учтены положения пункта 4 статьи 23 Кодекса профессиональной этики адвоката, в соответствии с которыми 15 разбирательство в квалификационной комиссии осуществляется в пределах тех требований и по тем основаниям, которые изложены в жалобе, представлении, обращении, изменение предмета и (или) основания жалобы, представления, обращения не допускается. Заявители кассационных жалоб отмечают, что Халявин Д.В. в своей жалобе, поданной в Адвокатскую палату Свердловской области на адвоката Пирогову Г.М., просил привлечь её к дисциплинарной ответственности за неоказание его юридической помощи и Бабина Б.В. - председателя адвокатской конторы № 1 г. Нижнего Тагила за незаконной выданный Пироговой Г.М. ордер в порядке статьи 51 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, между тем, квалификационной комиссии организационные нарушения обеспечения защиты прав Халявина Д.В. вменены именно Пироговой Г.М. в качестве проступка. Пирогова Г.М. отмечает, что она не могла нарушить график дежурства адвокатов, поскольку не оказывала Халявину Д.В. юридическую помощь в порядке статьи 50 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (Приглашение, назначение и замена защитника, оплата его труда), а участвовала в его допросе в качестве лица, оказывающего помощь свидетелю в соответствии со статьёй 56 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (Свидетель), а график дежурства адвокатов на случаи оказания адвокатом помощи свидетелю не распространяется.

Заявители кассационных жалоб также указывают, что судом апелляционной инстанции сделан ошибочный вывод о наличии в действиях Пироговой Г.М. состава дисциплинарного проступка, поскольку права Халявина Д.В. адвокатом Пироговой М.С нарушены не были, негативных последствий для Халявина Д.В. не наступило, Халявин Д.В., допрошенный 15 июля 2021 г. следователем МУ МВД России «Нижнетагильский» в качестве свидетеля, своего процессуального положения по делу не поменял.

Заявители кассационных жалоб обращают внимание на то, что при решении вопроса о прекращении Пироговой Г.М. статуса адвоката ни квалификационной комиссией, ни Советом Адвокатской палаты Свердловской области не была принята во внимание тяжесть вменённого Пироговой Г.М. дисциплинарного проступка (с учётом отсутствия негативных последствий для Халявина Д.В.), который несоразмерен применённой к ней мере дисциплинарной ответственности в виде прекращения статуса адвоката, не учтены результаты профессиональной деятельности адвоката Пироговой Г.М., её стаж (более 38 лет) и отсутствие фактов применения к ней мер дисциплинарного воздействия. Однако эти обстоятельства судом апелляционной инстанции и кассационным судом общей юрисдикции исходя из положений абзаца 2 пункта 4 статьи 18 Кодекса профессиональной этики адвоката не получили правовой оценки.

Приведённые доводы кассационных жалоб Пироговой Г.М. и её представителя по доверенности Плетнёва И.В. заслуживают внимания, так как свидетельствуют о существенном нарушении судом апелляционной 16 инстанции и кассационным судом общей юрисдикции норм материального права, повлиявшем на исход дела, без устранения которого невозможна защита нарушенных прав и законных интересов Пироговой Г.М., в связи с чем данные кассационные жалобы с делом следует передать для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 3907 и 39010 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судья Верховного Суда Российской Федерации,

определила:

кассационные жалобы Пироговой Г.М. и её представителя по доверенности Плетнёва И.В. с делом передать для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Судья Верховного Суда Российской Федерации >i^-, Х/у%/^ Т.Ю. Вавилычева