ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ № 18-УД23-21-К4 ПОСТАНОВЛЕНИЕ об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции г. М о с к в а 24 июля 2023 года Судья Верховного Суда Российской Федерации Хомицкая Т.П., изучив кассационную жалобу адвоката Кузьменко Н.В. в защиту осужденного Аладжева Георгия Геннадьевича о пересмотре приговора Армавирского городского суда Краснодарского края от 23 сентября 2021 года, апелляционного постановления Краснодарского краевого суда от 22 февраля 2022 года и кассационного постановления судьи Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 13 сентября 2022 года,

установила:

по приговору Армавирского городского суда Краснодарского края от 23 сентября 2021 года Аладжев Георгий Геннадьевич, 10 мая 1970 года рождения, ранее не судимый, осужден по ч. 1 ст. 238 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 320 часов.

На основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ и в соответствии с ч. 8 ст. 302 УК РФ Аладжев освобожден от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

Апелляционным постановлением Краснодарского краевого суда от 22 февраля 2022 года приговор от 23 сентября 2021 года оставлен без изменения.

Кассационным постановлением судьи Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 13 сентября 2022 года вышеуказанные судебные решения оставлены без изменения.

2 Аладжев осужден за оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности здоровья. Преступление совершено в период с 5 ноября 2015 года по 30 ноября 2015 года в г. Армавире Краснодарского края при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Адвокат Кузьменко Н.В. в кассационной жалобе, поданной в защиту осужденного Аладжева, не согласна с приговором и последующими судебными решениями и считает, что Аладжев подлежит оправданию ввиду отсутствия в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 238 УК РФ. Ссылаясь на разъяснения, данные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года № 18 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьей 238 Уголовного кодекса Российской Федерации», обращает внимание, что для привлечения к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 238 УК РФ необходимо установить реальную опасность причинения тяжкого вреда здоровью или смерти человека. Между тем из заключения экспертов усматривается, что Мирошниченко А. был причинен вред здоровью средней тяжести. Не согласна с осуждением Аладжева за то, что он совершил деяние, руководствуясь корыстными побуждениями. Отмечает, что преступление Аладжевым было совершено 5 ноября 2015 года, тогда как уголовное дело было возбуждено 20 ноября 2019 года, то есть за пределами срока давности уголовного преследования. Обращает внимание, что в суде апелляционной инстанции стороной защиты было заявлено ходатайство о назначении повторной судебно-медицинской экспертизы для решения вопроса о том, представляли ли оказанные Мирошниченко медицинские услуги реальную опасность причинения тяжкого вреда здоровью или смерти человека, в удовлетворении которого было необоснованно отказано. Считает, что суд кассационной инстанции уклонился от ответов на доводы кассационной жалобы, касающиеся отсутствия в действиях Аладжева состава преступления. Просит судебные решения в отношении Аладжева отменить.

Проверив доводы кассационной жалобы адвоката Кузьменко Н.В. в защиту осужденного Аладжева по материалам истребованного уголовного дела, оснований для ее передачи на рассмотрение суда кассационной инстанции не нахожу.

В соответствии с ч. 1 ст. 401 1 5 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Таких нарушений закона не установлено.

Обвинительный приговор в отношении Аладжева постановлен в соответствии с требованиями ст. 307, 308 УПК РФ.

Выводы суда о виновности Аладжева в оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности здоровья, соответствуют фактическим обстоятельствам 3 дела и подтверждены совокупностью доказательств, всесторонне и полно исследованных в судебном заседании, содержание которых раскрыто в приговоре.

Собранным по делу, исследованным в суде и изложенным в приговоре доказательствам суд дал надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ.

На основании совокупности исследованных доказательств судом установлено, что Аладжев, будучи врачом-онкологом онкологического отделения ГБУЗ «АрОД», из корыстных побуждений, не имеющий медицинского образования, позволяющего ему оказывать услуги медицинского характера в области пластической хирургии и познаний для производства пластических операций, 5 ноября 2015 года, из корыстных побуждений, незаконно провел Мирошниченко А. онкологическую резекцию левой молочной железы с закрытием дефекта по типу редукционной маммопластики и редукционную пластику правой молочной железы из эстетических соображений, чем причинил ей вред здоровью средней тяжести.

Доводы адвоката об отсутствии в действиях Аладжева состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 238 УК РФ, сводящиеся к тому, что не имелось реальной опасности причинения Мирошниченко А. тяжкого вреда здоровью или смерти, ей был причинен вред здоровью средней тяжести, являются необоснованными по следующим основаниям.

Диспозицией ч. 1 ст. 238 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность, в том числе за оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности здоровья потребителей. При этом данное деяние является преступлением с формальным составом, которое считается оконченным с момента выполнения противоправных действий. Вместе с тем, исходя из содержания ст. 238 УК РФ, последствия оказания некачественной услуги в виде причинения вреда здоровью средней тяжести охватываются составом, предусмотренным ч. 1 ст. 238 УК РФ, что и имело место в данном случае.

Для привлечения лица к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 238 УК РФ обязательному доказыванию по делу подлежит не только сам факт оказания услуги, но и опасность этих действий для жизни и здоровья человека (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2007 года №805-0-0, от 29 сентября 2016 года № 1932-0), при том, что такая опасность должна быть реальной (п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года № 18 «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьей 238 Уголовного кодекса Российской Федерации»).

О реальной опасности оказанной услуги может свидетельствовать такое качество, при котором ее оказание в обычных условиях, то есть в отсутствие каких-либо предотвращающих факторов, могло привести к тяжким последствиям.

4 Из показаний потерпевшей Мирошниченко А. следует, что 5 ноября 2015 года ей Аладжевым было проведено хирургическое вмешательство на молочных железах, восстановление после операции проходило тяжело, в связи с ухудшением состояния 15 ноября 2015 года она была вновь госпитализирована Аладжевым в онкологический диспансер, где находилась на лечении 2 недели, после выписки Аладжев приходил к ней на дом и делал перевязи, назначал лекарственные препараты, что продолжалось до марта 2016 года, в октябре 2016 года Аладжев снова провел ей операцию по восстановлению груди и сосков, но сосок почернел и отпал, она обращалась к главному врачу онкологического диспансера, был созван консилиум для обсуждения сложившейся ситуации.

Согласно показаниям Мирошничеенко Т. - дочери потерпевшей и ее матери Егаян, Мирошниченко А. неоднократно обращалась к Аладжеву за медицинской помощью в связи с отсутствием стабилизации состояния ее здоровья после проведенной им 5 ноября 2015 года операции, после очередных неудачных манипуляций Аладжева Мирошниченко А. обратилась к главному врачу.

Согласно заключению экспертов № 238-пк от 31 июля 2020 года, при редукционной маммопластике, проведенной Мирошниченко, могут наблюдаться ранние послеоперационные осложнения - серома, расхождение краев раны, некроз сосковоареолярного комплекса, краевой некроз кожно-жировых лоскутов, а также поздние - выраженные рубцовые изменения молочных желез с их деформацией, деформация соска, ареолы, нарушение их чувствительности, что и имело место в данном клиническом случае. Возникшие у Мирошниченко осложнения обусловлены совокупностью диагностических и лечебных дефектов при оказании медицинской помощи (в ходе оперативного вмешательства) и последующих этапах лечения. Между этими дефектами и возникшими последствиями имеется прямая причинно-следственная связь.

Согласно выводам, приведенным в заключении эксперта № 443/159/2021 от 5 июля 2021 года, врачом-онкологом Аладжевым был допущен целый ряд дефектов, носящих как диагностический, так и лечебный характер, проведение Мирошниченко непоказанной операции в виде редукционной мамопластики с редукцией 2/3 объема молочных желез и формированием сосковоареолярного комплекса, изначально создавало крайне высокий риск развития воспалительных и некротических изменений в области послеоперационных ран, практически имелась реализация данного риска в послеоперационном периоде. Комиссия экспертов пришла к выводу о том, что оказанные Мирошниченко врачом-онкологом Аладжевым медицинские услуги создавали реальную опасность для здоровья пациентки и фактически привели к длительному расстройству и развитию последствий (грубая рубцовая деформация молочных желез, отсутствие левого сосковоареолярного комплекса), требующих с целью устранения проведение целого ряда пластических операций.

Таким образом, с учетом совокупности вышеприведенных доказательств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что Аладжевым были 5 оказаны медицинские услуги ненадлежащего качества, которые представляли реальную опасность для здоровья Мирошниченко.

При этом то обстоятельство, что непрофессиональными действиями Аладжева фактически Мирошниченко был причинен вред здоровью средней тяжести, не ставит под сомнение факт доказанности оказания Аладжевым услуги, не отвечающей требованиям безопасности, поскольку воспалительнонекротические изменения в области послеоперационных ран, развившиеся у Мирошниченко, потенциально могли привести к гнойно-сепсическим жизнеугрожающим осложнениям (флегмона, сеспис), что прямо следует из выводов, изложенных в заключении экспертов № 443/159/2021 от 5 июля 2021 года.

Вопреки доводам жалобы, судом на основании показаний потерпевшей Мирошниченко А., свидетелей Казьминой, Егаян, установлено, что Аладжев оказал Мирошниченко А. ненадлежащую услугу медицинского характера из корыстных побуждений, получив от нее перед хирургическим вмешательством денежное вознаграждение в размере 10 000 рублей.

С учетом изложенного, юридическая оценка действиям Аладжева по ч. 1 ст. 238 УК РФ дана правильно.

осужденного Назначенное Аладжеву наказание соответствует требованиям закона.

Доводы адвоката, сводящиеся к незаконности возбуждения уголовного дела ввиду истечения сроков давности привлечения к уголовной ответственности, не могут являться основанием для отмены приговора в кассационном порядке, поскольку из материалов уголовного дела усматривается, что Аладжев на протяжении всего предварительного расследования настаивал на том, что он каких-либо противоправных действий по отношению к Мирошниченко не совершал, а потому в данном случае в силу положений ч. 2 ст. 27 УПК РФ и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, изложенных в Постановлении от 2 марта 2017 года № 4-П и Определениях от 31 марта 2022 года №810-О, от 25 марта 2021 года №419-0, от 15 января 2008 года №292-0-0 и других, прекращение уголовного преследования по основанию истечения срока давности уголовного преследования не допускается. В таком случае производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке, проводится судебное разбирательство, по итогам которого суд выносит оправдательный или обвинительный приговор с освобождением осужденного от наказания, чем не только не нарушается, а, наоборот, обеспечивается право такого лица на судебную защиту и на справедливое судебное разбирательство.

В данном случае суд первой инстанции, оценив позицию Аладжева по делу в совокупности с исследованными доказательствами, признал его виновным в совершении преступления, постановил обвинительный приговор и, установив, что двухлетний срок привлечения Аладжева к уголовной ответственности истек, на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ и в соответствии с ч. 8 ст. 302 УПК РФ, правильно освободил его от назначенного наказания.

6 Апелляционное постановление Краснодарского краевого суда от 22 февраля 2022 года соответствует положениям ст. 389 28 УПК РФ, выводы суда апелляционной инстанции надлежаще мотивированы.

В ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции было заявлено ходатайство о назначении повторной судебно-медицинской экспертизы, в удовлетворении которого судьей обоснованно отказано с приведением в постановлении мотивированных суждений, не согласиться с которыми оснований не имеется (т. 5 л.д. 173-175, 190-191).

Судья Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в полном объеме проверила законность приговора и апелляционного постановления, ответила на все поставленные в кассационной жалобе вопросы, аргументировала свои выводы в постановлении, которое отвечает требованиям закона.

Принимая во внимание вышеизложенное, полагаю, что оснований для передачи жалобы на рассмотрение в судебном заседании суда кассационной инстанции не имеется.

В связи с изложенным, руководствуясь п. 1 ч. 2 ст.401 10 УПК РФ, постановила:

отказать в передаче кассационной жалобы адвоката Кузьменко Н.В. в защиту осужденного Аладжева Георгия Геннадьевича о пересмотре приговора Армавирского городского суда Краснодарского края от 23 сентября 2021 года, апелляционного постановления Краснодарского краевого суда от 22 февраля 2022 года и кассационного постановления судьи Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 13 сентября 2022 года для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Судья Верховного Суда Российской Федерации rfj (^7 //? >/ ' ^ ^ ^ 4 / ? -— Т.П.Хомицкая