ПРОТОКОЛ судебного заседания суда кассационной инстанции Дело № 50-УД23-3-А5 город Москва 16 мая 2023 года Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего - судьи судей Зеленина СР., Фаргиева И. А., Ермолаевой Т.А., с участием прокурора Абрамовой З.Л., осужденных Айсина А.Г., Джафарова Р.Г., адвокатов Кутыркина В.И., Исаенко С.С., переводчика Магеррамовой А.Р К.

при секретаре Малаховой Е.И.

рассмотрела открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе адвоката Чернооковой Т.В., дополнения к ней осужденного Айсина А.Г. на приговор Омского областного суда от 24 февраля 2021 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 29 июня 2022 года.

Судебное заседание открыто в 10 часов 13 минут.

Председательствующий объявляет, какое дело подлежит разбирательству.

Председательствующий проверяет явку участников процесса в судебное заседание.

Осужденные Айсин А.Г. и Джафаров Р.Г. (не обжаловавший приговор и апелляционное определение) участвуют в судебном заседании путем использования системы видеоконференц-связи.

Председательствующий устанавливает личность осужденных:

- Айсин Артур Георгиевич, 4 марта 1988 года рождения, уроженец г. Омска.

- Джафаров Раван Гурнабалиевич, 17 мая 1989 года рождения, уроженец Добровольского района Липецкой области.

Вопросы председательствующего и ответы на них осужденного Джафарова Р.Г.:

- Вас устраивает качество видеоконференц-связи? - Да, все видно и слышно.

- Вы владеете русским языком в достаточной степени для участия в судебном заседании? - Да, я владею русским языком, но есть некоторые слова, которые я не понимаю и не могу выразить.

Председательствующий сообщает, что в судебном заседании в качестве переводчика с азербайджанского языка на русский и обратно участвует Магеррамова Афаг Рамазан Кызы, которая находится в зале Верховного Суда РФ.

На вопрос председательствующего о том, понимает ли осужденный Джафаров Р.Г. переводчика и наоборот, переводчик пояснила, что переговорила с ним до начала судебного заседания и они понимают друг друга.

Переводчику разъясняются права и обязанности, предусмотренные ст. 59 УПК РФ. Она предупреждается об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

Переводчик дает подписку на специальном бланке.

Подписка отобрана у переводчика секретарем судебного заседания и передана судебной коллегии.

Председательствующий разъясняет осужденному Джафарову Р.Г., что судопроизводство в Верховном Суде РФ в соответствии с законом осуществляется на русском языке, и если осужденному будет не понятно происходящее в зале судебного заседания, то он вправе воспользоваться услугами переводчика, который переведет ему происходящее, а также для пояснения своей позиции или ответа на вопросы судебной коллегии на азербайджанском языке.

Осужденному Джафарову Р.Г. понятна данная информация.

Председательствующий объявляет состав судебной коллегии и сообщает, кто является прокурором, адвокатами, а также секретарем судебного заседания.

2 Адвокат Кутыркин В.И. представляет интересы осужденного Айсина А.Г. по соглашению и участвует в судебном заседании в зале Верховного Суда РФ.

Адвокат Исаенко С. С.

представляет интересы осужденного Джафарова Р.Г. по назначению Верховного Суда РФ в порядке ст.50,51 УПК РФ.

Председательствующий разъясняет сторонам их право заявить отвод председательствующему, судьям, прокурору, переводчику, адвокатам, а также секретарю судебного заседания.

Отводов не заявлено.

Председательствующий разъясняет осужденным их права в суде кассационной инстанции: пользоваться помощью адвоката или отказаться от его услуг; заявлять ходатайства; давать объяснения по доводам кассационной жалобы; обжаловать судебное решение в порядке надзора в Президиум Верховного Суда РФ; в течение трех суток после заседания суда кассационной инстанции подать ходатайство об ознакомлении с протоколом судебного заседания и в трехсуточный срок после ознакомления приносить на него свои замечания.

Каждый из осужденных ответил, что права ему понятны.

Вопросы председательствующего и ответы на них осужденного Джафарова Р.Г.:

- Вы пообщались с адвокатом Исаенко С.С. до начала судебного заседания? -Да.

- Времени для общения с адвокатом было достаточно? -ДаПредседательствующий выясняет у участников процесса, имеются ли у них ходатайства до начала рассмотрения дела.

От осужденных Айсина А.Г. и Джафарова Р.Г. ходатайств не поступило.

Адвокат Кутыркин В.И.: при ознакомлении с материалами уголовного дела выяснилось, что в адрес Верховного Суда РФ поступило заявление потерпевшего Клещетникова В.М., в связи с чем мы ходатайствует об оглашении и исследовании данного заявления в судебном заседании.

Кроме того, ходатайствуем о раскрытии информации относительно засекреченного свидетеля, которая содержится в т. 10 уголовного дела.

Приговор был постановлен на основании доказательств, в частности показаний засекреченного свидетеля "Филиппова Ф.Ф.", однако в целях реализации права з на защиту такие свидетели должны были быть раскрыты прежде всего по инициативе суда как первой, так и апелляционной инстанций. В ходе исследования материалов дела и протокола судебного заседания видно следующее. Свидетель "Филиппов Ф.Ф." никогда не заявлял о том, что у него есть необходимость скрывать свои данные (ФИО, род занятий, где находился на момент допроса и тд, в частности его взаимосвязь с участниками судебного разбирательства и непосредственно с моим подзащитным Айсиным). В материалах дела есть краткий допрос свидетеля "Филиппова Ф.Ф." в т. 10 на л.д.

187-189, напоминающий по своему содержанию справку-меморандум либо рапорт. Объем протокола допроса указанного свидетеля составляет не более половины печатного листа. Будучи допрошенным в числе последних в суде первой инстанции свидетель "Филиппов Ф.Ф." кардинально меняет свои показания. В тот же момент стороной обвинения было подано ходатайство о допросе указанного свидетеля под псевдонимом, то есть с сокрытием его данных, в частности в ходатайстве государственным обвинителем было указано, что его необходимо допросить по факту бандитизма, организации убийства Коровина и другим вопросам, что не соответствует содержанию ранее оглашенного протокола допроса свидетеля "Филиппова Ф.Ф." Допрос указанного свидетеля в судебном заседании выявил его крайне агрессивное отношение к нашим подзащитным, а также критические расхождения с теми показаниями, которые давались им в период предварительного следствия.

Свидетель "Филиппов Ф.Ф." проявлял явное неуважение к участникам процесса, пытался внести дезорганизацию между подсудимыми, называя их разными пренебрежительными словами. Таким образом в ходе допроса этого свидетеля проявлялась его явная заинтересованность в исходе дела. Это обстоятельство давало основания суду поставить перед участниками вопрос о раскрытии данных засекреченного свидетеля. Сторона защиты, а также сами подсудимые утверждали в суде о том, что источник осведомленности засекреченного свидетеля "Филиппова Ф.Ф." является закрытым. На вопросы о том, откуда свидетелю известна информация, ответов либо не последовало либо были даны размытые формулировки, что он чего-то опасается. На момент предварительного следствия по делу и в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, подтверждающие тот факт, что в отношении указанного засекреченного свидетеля предпринимались какие-либо попытки угрозы его жизни или здоровью. На данный момент отпала необходимость сокрытия данных засекреченного свидетеля "Филиппова Ф.Ф.", однако в части обеспечения права моего подзащитного на защиту процессуально необходимым остается оглашение данных указанного свидетеля, в частности неполных, а касательно рода его деятельности, отношения к осужденным и тд. Раскрытие данных засекреченного свидетеля необходимо также для того, чтобы понять, не является ли засекреченный свидетель "Филиппов Ф.Ф."(чьи показания в жалобе указываются как недопустимые) на самом деле осужденным Беленцовым А.В.

(чьи показания также признаются стороной защиты недопустимыми), поскольку показания засекреченного свидетеля полностью коррелируются с показаниями Беленцова, либо оперативным сотрудником или каким-то заключенным.

Просим огласить данные засекреченного свидетеля 4 "Филиппова Ф.Ф.", не обязательно в полном объеме, но хотя бы в части, поскольку эти показания выглядят неубедительными. На предварительном следствии данный свидетель дал краткие показания , а в судебном заседании он дает расширенные показания уже иного содержания. Стороной защиты заявлялись возражения по данному вопросу, но конкретный вопрос о раскрытии данных этого свидетеля, судя по материалам уголовного дела, не ставился в судах первой и апелляционной инстанций. Полагаем, что действия суда в части отказа в раскрытии данных засекреченного свидетеля является необоснованными.

Мнение участников процесса по ходатайству об оглашении данных засекреченного свидетеля, заявленному адвокатом Кутыркиным В.И.

Осужденный Айсин А.Г.: поддерживаю ходатайство моего адвоката.

Осужденный КутыркинаВ.И.

Джафаров Р.Г.:

поддерживаю ходатайство Адвокат Исаенко С.С.: поддерживаю ходатайство адвоката Кутыркина В.И., прошу его удовлетворить.

адвоката моего коллеги - Прокурор Абрамова З.Л.: необходимо отметить, что уголовное дело рассматривается в суде кассационной инстанции. Согласно чЛ ст.401 15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовнопроцессуального закона, повлиявшие на исход дела. Заявленное ходатайство об оглашении данных засекреченного свидетеля не подлежит удовлетворению, поскольку при допросе засекреченного свидетеля "Филиппова Ф.Ф." суд удостоверился в данных о личности этого свидетеля и пришел к обоснованному, мотивированному выводу, что раскрытие истинных данных о его личности может повлечь угрозу его жизни и здоровью, которые изначально были поводом для сокрытия анкетных данных. Свидетель был допрошен в соответствии с требованиями закона. Показаниям засекреченного свидетеля "Филиппова Ф.Ф." дана оценка в судах первой и апелляционной инстанций. По данному вопросу неоднократно принималось решение, поэтому считаю, что ходатайство адвоката удовлетворению не подлежит.

Судебная коллегия, совещаясь на месте,

определила:

в удовлетворении ходатайства адвоката Кутыркина В.И. об оглашении данных свидетеля "Филиппова Ф.Ф.", допрошенного в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, отказать в связи с тем, что уголовное дело рассматривается в кассационном порядке, при котором не предусмотрено проведение судебного следствия и исследование доказательств. Касательно 5 доводов стороны защиты о необходимости раскрытия данных засекреченного свидетеля, они будут проверены судебной коллегий в совещательной комнате путем оценки принятого судом первой инстанции решения об отказе в удовлетворении этого ходатайства.

Председательствующий напоминает участникам процесса порядок проведения судебного заседания в суде кассационной инстанции.

Участникам процесса понятна данная информация.

Председательствующий уточняет у участников процесса, есть у них еще какие-либо ходатайства.

Адвокат Кутыркин В .И.: я также ходатайствовал об оглашении заявления Клещетникова В.М., которое поступило в адрес Верховного Суда РФ.

Председательствующий поясняет адвокату Кутыркину В.И., что на соответствующей стадии судья-докладчик огласит положения дополнительных материалов, поступивших в судебную коллегию Верховного Суда РФ, в частности заявление Клещетникова В.М.

Других ходатайств от участников процесса не заявлено.

Судья Фаргиев И.А. докладывает материалы дела: кратко излагает обстоятельства уголовного дела, содержание состоявшихся по делу судебных решений, доводы кассационной жалобы адвоката Чернооковой Т.В., дополнения к ней осужденного Айсина А.Г., возражения государственного обвинителя на жалобу и дополнительные материалы, поступившие в адрес Верховного Суда РФ (заявление Клещетникова В.М., заявление-обращение адвоката Косарева).

Председательствующий предоставляет участникам процесса возможность выступить по доводам кассационной жалобы.

Осужденный Айсин А.Г. в своем выступлении пояснил: поддерживаю кассационную жалобу адвоката и хотел бы дополнить следующие. У меня есть обоснованное мнение о том, что засекреченный свидетель "Филиппов Ф.Ф." является свидетелем Шмыгиной Анастасией, которая изначально была допрошена в обычном порядке. Согласно первоначальным показаниям свидетеля Шмыгиной А. в ее присутствии не велось никаких разговоров касательно организации убийства, а затем в течение года под давлением сотрудников ФСБ из нее сделали засекреченного свидетеля и принудили подтвердить версию Беленцова. Прошу обратить внимание суда на то, что это вероятно один и тот же свидетель, который изначально не давал показаний, которые касались подготовки убийства.

6 Согласно УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, достоверности и допустимости. Вместе с тем, суд первой инстанции не стал разбираться в обстоятельствах дела и занял позицию стороны обвинения. В основу приговора положены показания Беленцова, заключившего досудебное соглашение о сотрудничестве, которые противоречат показаниям потерпевших, свидетелей и объективным обстоятельствам уголовного дела. Неверная оценка показаний Беленцова существенно повлияла на исход дела в отношении меня. Несмотря на то, что суд первой инстанции признал мою непричастность к выстрелам в Маранджяна и недостоверность сведений, которые сообщил Беленцов, но при этом положил в основу обвинительного приговора показания Беленцова. Суд первой инстанции не сопоставил показания Беленцова с показаниями потерпевших Клещетникова, Коровина, Маранджяна, свидетелей Садыкбаева, Бралина.

Я считаю, что суд первой инстанции нарушил нормы процессуального и материального права в отношении меня. Суд первой инстанции признал меня виновным в совершении, подстрекательстве и пособничестве в приготовлении к убийству Коровина. В качестве доказательства моей вины суд в приговоре указывает на показания засекреченного свидетеля "Филиппова Ф.Ф.", который отказался называть источник своей осведомленности. Вопросы к данному свидетелю суд "снимал", посчитав, что ответы на них могли бы привести к раскрытию личности свидетеля. Суд немотивированно положил в основу приговора позицию засекреченного свидетеля, чем было нарушено мое право на защиту. Согласно ст. 75 УПК РФ к недопустимым доказательствам относятся показания свидетеля, которые не может указать на источник своей осведомленности. Таким образом показания засекреченного свидетеля "Филиппова Ф.Ф." относятся к недопустимым и не могут быть использованы в качестве доказательства моей вины. Обвинительный приговор суд также основывает на показаниях Беленцова, который неоднократно менял свои показания об источнике осведомленности готовящегося преступления. При детальном и объективном рассмотрении версии Беленцова становится понятна невозможность осуществления данного плана. Суд также не учел показания потерпевшего Коровина, который указал, что конфликта между мной и им не было. Однако, суд первой инстанции предположил, что у Коровина могут быть мотивы для сокрытия конфликта, чем была нарушена ч.4 ст. 14 УПК РФ.

Суд признал меня виновным в подстрекательстве, пособничестве, в умышленном повреждении чужого имущества, а именно: автомобиля потерпевшего Маранджяна. В качестве мотива в приговоре суд указал мое неприязненное отношение к Маранджяну ввиду его конфликта с моим знакомым Садыкбаевым. Потерпевший Маранджян отрицал знакомство с Садыкбаевым. Таким образом все это является лишь домыслом суда и органов следствия. Беленцов в своих показаниях утверждал о другом мотиве совершения преступлений, который также не подтвердился. Доказательства, указывающие на мою причастность к совершению преступлений, за исключением показаний Беленцова, в материалах дела отсутствуют. Мотивы также являются предположениями и домыслами судьи. Показания свидетеля Садыкбаева и потерпевшего Маранджяна не были учтены судом первой 7 инстанции. Указанные обстоятельства противоречат правилам оценки доказательств, предусмотренным в ст.88 УПК РФ. Суд первой инстанции положил в основу приговора свои предположения и противоречивые показания Беленцова.

Также суд признал меня виновным в совершении разбоя группой лиц по предварительному сговору, посчитав, что я с другими осужденными совершил хищение автомобиля "Лексус", принадлежавший потерпевшему Плисову. На основании показаний Беленцова суд сделал выводы о том, что я вместе с Селивановым угрожал насилием потерпевшему Клещетникову, требуя убить Плисова и снять автомобиль с регистрационного учета. Далее по версии суда мы прибыли в гаражный комплекс, где я повторил требование о переоформлении автомобиля. При этом суд первой инстанции не учел показания потерпевшего Клещетникова, который неоднократно утверждал, что я не предъявлял к нему никаких требований и не угрожал. Свидетель Бралин в судебном заседании также указал, что я не связывался с ним по вопросам переоформления автомобиля "Лексус", а звонил по данному вопросу Мартусенко. Доказательств того, что я с другими осужденными обсуждал судьбу автомобиля, вступал с ними в сговор, участвовал в изъятии автомобиля, не имеется. Факт моего личного присутствия при общении с потерпевшим Клещетниковым не является доказательством моей причастности к хищению автомобиля. Считаю, что суд первой инстанции нарушил нормы УПК РФ, не сопоставив показания Беленцова с показаниями потерпевшего и свидетеля.

Полагаю, что в данном случае суд нарушил мои права и моя вина по данному преступлению не доказана.

Кроме того, судом первой инстанции я был признан виновным в похищении человека группой лиц по предварительному сговору из корыстных побуждений. Суд посчитал, что я, действуя совместно с другими осужденными, совершил захват, перемещение и удержание потерпевшего Клещетникова с целью принуждения к составлению документов о передаче права собственности на автомобиль потерпевшего Плисова. При этом я не совершал захвата потерпевшего Клещетникова, не перемещал и не удерживал его. Доказательств согласования действий других осужденных со мной не имеется. Только из показаний Беленцова следует, что всем руководил я и связывался с Мартусенко, который, в свою очередь, не подтвердил эту информацию. В данной части суд необоснованно осудил меня, не проверив обстоятельства, которые были сообщены Беленцовым. Моя вина в совершении похищения не подтверждается доказательствами по делу, за исключением тех показаний, которые давал Беленцов. Согласно УПК РФ все сомнения должны толковаться в пользу обвиняемого/подсудимого. Суд не оценил должным образом мои действия по эпизоду разбоя и похищения человека. В итоге суд первой инстанции признал меня виновным в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, основываясь на предположениях, недопустимых доказательствах и нарушив ряд норм УПК РФ, связанных с оценкой доказательств.

Прошу оправдать меня по ст. 105,126,162,167 УК РФ.

8 Адвокат Кутыркин В.И. в своем выступлении пояснил: хотел бы акцентировать внимание судебной коллегии на следующем.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года № 19 "О применении норм главы 47 ! Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде кассационной инстанции", доводы жалобы на недопустимость доказательства, положенного в основу обвинительного приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, повлиявшего на выводы суда относительно фактических обстоятельств дела, требуют проверки. Доводы кассационной жалобы моей коллеги в защиту интересов нашего подзащитного стоятся на этом положении.

Мы полагаем, что показания Беленцова и засекреченного свидетеля "Филиппова Ф.Ф." являются недопустимыми, которые были положены в основу обвинительного приговора, в частности в отношении моего подзащитного.

Относительно квалификации действий моего подзащитного в отношении поджога автомобиля. По данному эпизоду суд первой инстанции в качестве мотива указал, что действия по поджогу Беленцов совершил по просьбе Айсина в качестве мести за "обиду" Садыкбаева. Якобы был конфликт между свидетелем Садыкбаевым и Блохиным, в результате чего Айсин поручил Беленцову совершить определенные действия, в частности поджог. Указанный мотив не подтверждается материалами уголовного дела. Из показаний Беленцова следует, что поджог осуществлялся исходя из мести непосредственно за сожженный автомобиль Айсина. При этом из судебных актов непонятно, в связи с чем суд поменял мотив совершения данного преступления. Свидетель "Филиппов Ф.Ф." в своих показаниях подтверждает тот же мотив, что и Беленцов, что противоправные действия были совершены из мести за автомобиль Айсина. Указанный свидетель был допрошен в судебном заседании после всех участников процесса и дал более расширенные показания, нежели на предварительном следствии. Судом не были учтены показания этих свидетелей и мотив в приговоре самостоятельно был трансформирован в иной. Мотив преступления в соответствии с законом должен быть обоснован. Допрошенный в ходе судебного следствия свидетель Садыкбаев пояснил о том, что о наличии конфликта между ним и Блохиным он много кому говорил. Суд делает вывод о виновности моего подзащитного по ст. 167 УК РФ на том основании, что Беленцов был осужден в рамках отдельного производства, дал признательные показания и на основании заключений экспертиз по делу. Мы считаем, что свидетель Беленцов не является свидетелем "факта", а является свидетелем, который ограничен определенными условиями, которые повлияли на выводы суда и его действия, в частности по обеспечению обвинительного характера рассмотрения дела.

По поводу конфликта между Садыкбаевым и Блохиным отмечу следующее. Блохин не был установлен и не допрошен. Факт наличия конфликта между Блохиным и Садыкбаевыми или Маранджяном и Садыкбаевым, Айсиным не был установлен. Потерпевший Маранджян в ходе судебного следствия на вопрос суда категорично ответил, что не знаком с 9 Садыкбаевым и не слышал о нем, не имеет с ним конфликтов, в том числе с подсудимыми, которых он не знает (протокол судебного заседания от 25 августа 2021 года). Суды в своих решениях не поясняют, как при таких обстоятельствах мог возникнуть конфликт между Садыкбаевым и Маранджяном, а также, по какой причине показания потерпевшего вызывают у них недоверие. Кроме того, судом не было устранено сомнение относительно времени совершения поджога автомобиля применительно к конфликту между Садыкбаевым и Блохиным, который согласно показаниям был в 2016 года, а поджог совершен в 2018 году. Чем вызвана такая избирательность судов в части выбора субъекта мотивации Айсина, не знакомого с Маранджяном B.C., но с прямым умыслом действующего в интересах Садыкбаева, судебные решения так же не проясняют, а показания, зафиксированные в судебных протоколах судами игнорируются.

Между тем, Садыкбаев И.В. не является членом семьи Айсина, братом или иным родственником. Не прослеживается в деле и иная зависимость Садыкбаева от Айсина, которая бы позволила выступать Айсину в качестве подстрекателя по смыслу, заложенному ч.1,4 ст. 33 УК РФ. Иными словами, бесспорных доказательств подстрекательства, т.е. формирования Айсиным своими конкретными действиями у Беленцова стойкого убеждения в необходимости совершения преступления ни следствием, ни судом не добыто.

В деле нет ни переписки в какой-либо форме, ни перекрестных свидетельств, указывающих на подстрекательство и сторона защиты на это неоднократно указывала, но суд проигнорировал эти доводы. Домысел суда о форме участия (подстрекательстве) Айсина по инкриминируемому составу строится исключительно на показаниях Беленцова, которые не соответствуют критериям допустимости. Не добыто судом и доказательств прямого умысла (по смыслу ч. 2 ст. 25 УК РФ) Айсина на совершение подстрекательства Беленцова к совершению преступления в отношении имущества взаимно незнакомого ему Маранджяна B.C.

Напротив, свидетель Садыкбаев давал показания относительно того, что Беленцов постоянно нуждался в деньгах, а он ему их неоднократно давал взаймы. Кроме того, Садыкбаев И.В. в суде указал на предложение Беленцова помощи ему в разрешении проблемы с Блохиным, когда тот открыто многим рассказывал о своей проблеме. Показания иных участников и потерпевших свидетельствуют о неадекватности действий Беленцова в тех или иных обстоятельствах дела. Беленцов мог в самостоятельных целях действовать в интересах Садыкбаева, в т.ч. в качестве благодарности. Отмечу, что Садыкбаев не осужден при схожих условиях как подстрекатель и не привлекался по делу к уголовной ответственности. В деле излишнее количество показаний Беленцова А.В., осведомленного о различных мотивах действий Айсина и Садыкбаева, причем диаметрально противоположных.

Суд надуманно выбирает исключительно тот мотив, который не подтверждается доказательствами и противоречит показаниям не только самого Беленцова, но и засекреченного свидетеля "Филиппова Ф.Ф". Непонятно, откуда появился мотив, что Айсин действовал в интересах Садыкбаева. Полагаем, что суды изначально заняли обвинительную позицию по делу и не намеревались с нее уходить, а умысел и ю объективная сторона действий Айсина по подстрекательству Беленцова додумывались. Аналогичным образом в деле отсутствуют бесспорные доказательства пособничества Айсина Беленцову. Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях. Мотив преступления также должен быть установлен в соответствии с ч.1 ст.73 УПК РФ. Как видно из пояснений, вмененный состав не находит каких-либо бесспорных доказательств в деле, полученных в порядке, установленном законом, надлежаще исследованных в судебном заседании и получивших оценку суда в соответствии с правилами ст. 88 УПК РФ, а основывается исключительно на домыслах или предположениях суда. Но в этом случае судам надлежало применять норму о трактовке сомнений УПК РФ в пользу обвиняемого/подсудимого, что сделано не было. Отсутствие доказательств передачи денег от Айсина Беленцову в объеме любой суммы, а не только заявленной последним в качестве вознаграждения, в совокупности с отсутствующими доказательствами сговора или предварительного обсуждения (звонки, переписка) поручения поджога имущества Маранджяна, неосведомленности Айсина А.В. о месте жительства и имуществе Маранджяна, самом потерпевшем Маранджяне свидетельствует о безусловной необходимости критического отношения ко всей совокупности доказательств, исходящих от Беленцова. Сторона защиты уверена, что Беленцов излагает ход событий исходя из того виденья, что отражено в позиции стороны обвинения, поскольку он ограничен буквальным следованием досудебной сделки со следствием и их указаниям, а не обличением пособников или других участников. Обратная оценка доказательства в указанной части дана судами ошибочно. Выводы судебной коллегии апелляционного суда о том, что возникшие противоречия в досудебных и судебных показаниях Беленцова устранены (лист 14 определения), не находят своего пояснения в судебном акте и являются общей формулировкой. Суд не поясняет, почему судебные показания того же Беленцова противоречат друг другу, причем кардинально.

Например, Беленцов то отрицал причастность Айсина (до 19.10.2021г.), то сообщал об его активном участии.

Отклоненная судами версия Беленцова А.В. о мотивах поджога имущества из мести за "БМВ" прослеживается не только в настойчивой версии Беленцова, настаивавшего на ней, а также в судебных показаниях свидетеля "Филлипова Ф.Ф.", но и из косвенных показаний Тропезникова (сотрудник УФСБ России по Омской области), которые не были оценены судами первой и апелляционной инстанций. Исходя из показаний Тропезникова, данных им в судебном заседании, для него было известно на момент проведения ОРМ, что задерживаемые (включая Айсина) причастны к поджогу, а в части действий в отношении Клещетникова Тропезников и вовсе готовил задержание с 2019 года (л. 108 протокола). Примечательно, что только Тропезников, единственный из допрошенных сотрудников ФСБ отметил, что при задержании был осведомлен о готовящемся в отношении Коровина убийстве, а также иных преступлениях разбое, похищении, вымогательстве, поджоге автомобиля, которые, согласно показаниям Тропезникова были доказаны только в последующем. Свидетель Тропезников в суде заявлял, что доказательства были получены позже и это не вызывает обоснованных сомнений судов относительно средств доказывания, а 11 именно показаний Беленцова А.В. и засекреченного свидетеля "Филиппова Ф.Ф.", полученых на допросах от 25.08.2020г. и 02.11.2020г. Причем допрос Беленцова А.В. (т.7 л.д. 108-118) аккуратно отпечатан на принтере в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Омской области, но принтер не вписан как техническое устройство, используемое при допросе, что свидетельствует о его подготовке заранее. Беленцову достаточно было буквально вписать в протокол фразу от руки о том, что "с его слов записано верно". Отметим, что суды также не задались вопросом, где те доказательства, о которых был осведомлён Тропезников до задержания осужденных, и которые появились лишь после задержания в марте, а также допросах Беленцова и Филлипова в августе и ноябре, соответственно. Этих доказательств нет. Вся вина моего подзащитного в инкриминируемых ему деяниях базируется на показаниях Беленцова и засекреченного свидетеля "Филиппова Ф.Ф." Иные сотрудники протокольно в суде лишь упоминали об информации относительно оборота оружия и причастности к нему Айсина на момент задержания (свидетели Волкокич П.А., Гуров И. А.). Изложенное в достаточной мере подтверждает доводы осужденных о недозволенных методах ведения следствия, а так же о давлении на Беленцова со стороны оперативных сотрудников, в результате которого он кардинально изменил свои показания после перерыва в судебном заседании с 11.10.2021г. по 19.10.2021 г. Причем, вопреки мнению прокурора, изложенному в возражениях на кассационную жалобу, Беленцов указывал на конфликт с Мартусенко в СИЗО-1 г. Омска, а также указывал, что ребят только видел (л. 29 протокола судебного заседания от 19.10.2023 г.). При этом, в деле отсутствуют материалы проверки заявленных Беленцовым фактов давления в изоляторе со стороны осужденных. Формально из доказательств по делу ничего не изменилось, кроме того, что Беленцов с октября 2021гда в суде стал давать показания, которые не соотносились с показаниями Айсина, Джафарова, Садыкбаева, Селиванова, потерпевших, но соответствовали целям обвинения и судов, которые поддержали обвинительный уклон при рассмотрении уголовного дела.

Показания Тропезникова, данные им в судебном заседании, были противоречивы по многим моментам. Например, то Тропезников утверждал, что не видел Айсина до задержания, то вспомнил, что он видел его на следственных действиях незадолго до задержания, отмечая, что у него были синяки. Суд не учел тот факт, что эти синяки имели отношение к информации, которую получил Айсин о готовящемся на него покушении со стороны лиц, проживающих в Казахстане. Эти факты были проигнорированы судом. Почему не было произведено задержание Айсина по фактуре подготовки к убийству Коровина или действий в отношении Клещетникова в доме Васильева, остается риторическим. Не соотнеслось с материалами дела показания Тропезникова о наличие масок на оперативниках, направлял или нет оружие Айсин на оперативника, в части действий фигурантов при задержании, сведений о разбитом стекле автомобиля Айсина, миграции пистолета и договоренностях с сотрудниками ФСБ о его наличии и другое. На изложенное указывалось стороной защиты в ходе судебного рассмотрения дела, причем с представлением доказательств (например, при явном противоречии идентичных 12 показаний Беленцова, Гурова и Волковича относительно условий задержания и их противоречии приобщенным видеозаписям). Все это игнорировалось судами первой и апелляционной инстанций. Кроме того, судами оставлены без внимания сообщения об угрозах и давлении со стороны оперативных сотрудников на Беленцова, Мартусенко, Джафарова относительно их позиции по показаниям, с явкам в места их содержания без присутствия или уведомления защитников, в присутствии истязателей на допросах. Эти обстоятельства подтверждают применение к осужденным недозволенных методов ведения следствия, повлиявших на ход расследования по уголовному делу.

Относительно засекреченного свидетеля "Филиппова Ф.Ф." хотел акцентировать внимание судебной коллегии на следующем. Суд не позволил допросить свидетеля надлежащим образом, обеспечив обвинительный уклон при рассмотрении дела. Вопросы к свидетелю, необоснованно отклоняемые судом, относительно источника происхождения сведений свидетельствуют о надуманности его показаний, а не наличии реального опасения за собственное раскрытие. Более того, опасений за раскрытие данных свидетель "Филиппов Ф.Ф." не заявлял в ходе досудебного следствия, что подтверждается протоколом досудебного допроса от 2.11.2020 г. Отмечу, что вслед за Беленцовым А.В., это второй прямой свидетель, указавший на месть Айсина за несуществующий поджог его автомобиля "БМВ", причем исключительно в судебном заседании. До рассмотрения дела в суде засекреченный свидетель не давал таких показаний.

Следовательно, источник происхождения недостоверной и отклоненной судами информации тот же, что и у Беленцова и он появляется в период досудебного соглашения последнего и активного давления оперативных работников на осужденных, согласно их заявлений.

Неосведомленность при этом свидетеля "Филиппова Ф.Ф." о побоях со стороны казахов является очевидной для всех, а его реакция при допросе в суде наигранна. Сведения "Филиппова Ф.Ф." о наличии конфликта с Коровиным, сообщенные ему в начале года, не соответствуют даже хронологии событий, изложенной Беленцовым, поскольку март не является началом года. Судебные показания свидетеля "Филиппова Ф.Ф." отличны от следственных в части осведомленности о Мартусенко. В целом, следственные показания свидетеля "Филиппова Ф.Ф." крайне лаконичны и напоминают справку или рапорт.

Судебные показания данного свидетеля эмоционально окрашены, что выражается в немотивированном навешивании на подсудимых Мартусенко и Беленцова ярлыков, ролей и подчиненного положения к Айсину. Явное противоречие в показаниях засекреченного свидетеля и его причины не устранены и не выяснены судом. Мы полагаем, что это результат давления, в частности на засекреченного свидетеля "Филиппова Ф.Ф.", если этот свидетель не является оперативным сотрудником либо задержанный из следственного изолятора, в связи с чем мы заявляли ходатайство о раскрытии личности этого свидетеля.

Совершенно очевидно, что показания Филиппова Ф.Ф. предвзяты, недостоверны и не подлежат проверке в силу их получения в ходе судебного 13 следствия без учета положений УПК РФ. Суды не только не отнеслись критически к показаниям засекреченного свидетеля, но и дали надлежащей оценке личности свидетеля, а именно: его статусу, должности или месту службы/пребывания/ нахождения, роду деятельности на текущее время и время допроса в ноябре 2020 г., отношения к подсудимым, в частности к моему подзащитному Айсину. Кроме того, прошу обратить внимание на тот факт, что до допроса в суде показания засекреченного свидетеля "Филиппова Ф.Ф." были оглашены и в результате могли возникнуть вопросы, в связи с чем у данного свидетеля присутствует заинтересованность в изобличении конкретных участников процесса. Свидетелю судом не был задан такой вопрос.

Суды изначально заняли позицию обвинения при рассмотрении уголовного дела, что подтверждается действиями судов. Например, в ходе оглашения ходатайства государственным обвинителем заявлено следующее:

"необходимо получить сведения, о которых знает "Филиппов Ф.Ф.", в частности о бандитизме, подготовке к убийству Коровина". При этом, свидетель "Филиппов Ф.Ф." в своих показаниях, данных на предварительном следствии, никаких сведений об указанных обстоятельствах не давал. Эти разногласия и недопонимание могли быть устранены судом путем постановки им конкретных вопросов. Следствием того, что суды рассматривали дело с обвинительным уклоном, стало то, что в основе приговора лежат показания засекреченного свидетеля, род деятельности которого неизвестен, мотивация неизвестна, отношение к осужденным негативно-провокационное, которые отличаются от досудебных показаний и источник их происхождения не установлен. В соответствии с п.2 ч.2 ст.75 УПК РФ показания свидетеля по делу признаются недопустимыми, если свидетель не может указать на источник своей осведомленности. При таких обстоятельствах приговор был постановлен на основании недопустимых доказательств, то есть является неправосудным.

Относительно потерпевшего Коровина показания свидетеля "Филиппова Ф.Ф." также являются сомнительными и недостоверными. В своих показаниях, данных в судебном заседании, свидетель "Филиппов Ф.Ф." утверждал, что Джафаров приехал, чтобы убить Коровина. Беленцов пояснил в судебном заседании, что догадался о том, что Джафаров приехал для совершения убийства, когда тот оказался на придуманной и невозможной "точке обстрела" в доме Айсина (л. 30 протокола судебного заседания). Никто иной из участников процесса о такой цели приезда Джафарова не заявлял. При этом, суды намеренно опустили то обстоятельство, что Джафарова знало и общалось с ним ограниченное число установленных в показаниях лиц, а сведение Айсиным в один источник ("Филиппову Ф.Ф.") информации о несуществующем сгоревшем "БМВ", несуществующем конфликте с Коровиным в начале 2020 года и якобы киллере Джафарове, демонстрация двух пистолетов (которые были у Беленцова) и несообщение в тоже время с синяками на теле и лице информации об инциденте с казахами после неудачной продажи автомобиля, нелогичны сами по себе. Такой ограниченный объем сведений от свидетеля "Филиппова Ф.Ф." мог исходить только от скомпрометированного свидетеля, а не свидетеля "факта", опасающегося за 14 свою жизнь и здоровье. Эти и иные показания данного свидетеля не соответствуют материалам дела и показаниям Коровина, которые соотносятся с показаниями Айсина, Джафарова, Садыкбаева.

Единственная цель засекреченного свидетеля, минуя ст. 14, 88 УПК РФ, подтвердить показания осужденного Беленцова, которые сторона защиты оценивает как недопустимые, чего суды первой и апелляционной инстанций не сделали при рассмотрении уголовного дела. Суды также проигнорировали и то обстоятельство, что у Айсина не было мотива совершения в отношении потерпевшего Коровина какого-либо преступления. Наличие конфликта между Айсиным и потерпевшим Коровиным не установлено. Не было опрошено и окружение потерпевшего Коровина на предмет проверки наличия умысла Айсина на совершение покушения на убийство. В ходе судебного следствия потерпевший Коровин категорично заявил, что "с Айсиным отношений и конфликтов не имел, а видел лишь его проживание как соседа". Иными словами, приговор вынесен и основывается в этой части на домыслах и предположениях, а не на доказательствах. Аналогичным образом сторона защиты мотивированно оспаривает осуждение Айсина по п. "б" ч. 4 ст. 162 и п. "а, з" ч.2 ст. 126 УК РФ. Суд первой инстанции признал виновным моего подзащитного в совершении указанных преступлении только на основании показаний Беленцова, к которым необходимо было отнестись критически. Отсутствуют доказательства того, что Айсин принимал какое-либо участие в организации, либо в последующем перемещении, удержании потерпевшего Клещетникова.

Кроме того, непричастность моего подзащитного к похищению Клещетникова подтверждается показаниями самого потерпевшего, данные им в судебном заседании. При этом суды безосновательно и немотивированно сомневались в показаниях потерпевшего Клещетникова. Показания Айсина в этой части соотносятся с показаниями Селиванова, Мартусенко, свидетеля Бралина, потерпевшего Клещетникова. Показания Беленцова в этой части существенно разнятся с показаниями вышеуказанных лиц и это либо связано с эксцессом исполнителя либо с оговором. Сторона защиты полагает, что это связано с оговором. Действия Беленцова по этому эпизоду носили хаотичный и агрессивный характер, не соответствующий обстановке. В части же показаний Беленцова относительно действий Айсина судам следовало отнестись к ним критически по причинам, указанным ранее, а также в связи с фактом заключения Беленцовым досудебного соглашения о сотрудничестве. Исходя из разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ № 58 от 24.12.2019 г. относительно состава ст. 126 УК РФ из корытных побуждений целью является получение материальной выгоды для виновного. В данном случае никакой материальной выгоды Айсин не получил. Суды первой и апелляционной инстанции также не дали надлежащей оценки тому, почему в отношении Айсина не были применены примечания к ст. 126 УК РФ, поскольку потерпевший Клещетников был отпущен.

Полагаю, что приговор постановленный на недопустимых доказательствах является несправедливым. Поддерживаю также доводы, изложенные в кассационной жалобе, относительно вопроса о реабилитации 15 моего подзащитного Айсина. Полагаю, что приговор в данном случае подлежит пересмотру с учетом того, что при рассмотрении уголовного дела были допущены нарушения материального и процессуального права. Прошу приобщить мои письменные доводы к материалам уголовного дела.

Осужденный Джафаров Р.Г. в своем выступлении пояснил: поддерживаю кассационную жалобу адвоката, а также выступление адвоката Кутыркина В.И.

Я не понимаю, как суд принял такое решение. Я не знаю Беленцова, но он рассказывал про меня то, чего даже не знают мои близкие. Показаниям Беленцова суд первой инстанции поверил, а наши показания не учли.

Дополнений более не имею.

Адвокат Исаенко С.С. в своем выступлении пояснил: поддерживаю кассационную жалобу адвоката Чернооковой в интересах Айсина, а также доводы выступления адвоката Кутыркина В.И. в полном объеме.

Прошу судебную коллегии в порядке ч.2 ст.401 16 УПК РФ проверить данное уголовное дело в отношении моего подзащитного Джафарова Р.Г.

Прокурор Абрамова З.Л. в своем выступлении пояснила: изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы защитника Чернооковой в интересах Айсина, дополнения Айсина, обращение адвоката Косарева, потерпевшего Клещетникова, полагаю, что оснований для изменений состоявшихся судебных решений не выявлено.

Согласно ч. 1 ст. 401 1 5 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела. Органами предварительного следствия при расследовании и судом при рассмотрении данного дела каких-либо существенных нарушений закона, влекущих отмену приговора и апелляционного определения, допущено не было. Дело рассмотрено всесторонне, полно, объективно и на основе состязательности сторон. Совокупность приведенных в приговоре доказательств была проверена и исследована в ходе судебного разбирательства, суд дал им надлежащую оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными, допустимыми, соответствующими установленным фактическим обстоятельствам дела, а также указал мотивы, по которым принимает одни доказательства и отвергает другие.

Суд в приговоре привел все допустимые доказательства, подтверждающие вину Айсина и Джафарова в инкриминируемых преступлениях, в том числе протоколы очных ставок, заключения экспертиз, протоколы осмотра места происшествия, показания потерпевших, свидетелей, других осужденных, данные ими в ходе предварительного следствия (показания осужденных Беленцова, Джафарова, Мартусенко, свидетеля Филиппова, Садыкбаева, потерпевших Гурова, Маранджяна, Клещетникова, Коровина и других), изложив их верно, без каких-либо искажений. Судом дана надлежащая оценка всем изменениям в показаниях свидетелей, данным ими в входе рассмотрения дела по существу.

16 Изложенные в кассационной жалобе доводы, в том числе об отсутствии объективных доказательств, тщательно исследованы судами первой и апелляционной инстанций и получили надлежащую оценку в судебных решениях с указанием мотивов их несостоятельности. Таким образом, приговор и апелляционное определение (с учетом внесенных изменений) являются законными, обоснованными и мотивированными. Суд апелляционной инстанции аргументировано указал, что виновность Айсина в инкриминируемых ему деяниях, виновность Джафарова полностью доказаны, а приговор соответствует требованиям закона, является обоснованным и аргументированным.

Содержащиеся в кассационной жалобе, дополнениях и обращениях доводы нельзя признать обоснованными, поскольку они опровергаются доказательствами, анализ которых приведен в приговоре. Вопреки приведенным доводам по эпизодам преступлений в отношении Коровина виновность Айсина и Джафарова установлена на основании бесспорно допустимых доказательств, полученных с учетом требований норм уголовнопроцессуального закона. Таким образом судом верно признаны допустимыми показания Беленцова о том, что в марте 2020 года между Айсиным и Коровиным произошел конфликт, в результате которого Коровин с группой лиц избил Айсина, и Айсин решил после этого убить Коровина. Айсин предложил Беленцову быть исполнителем, но он отказался, тогда по приглашению Айсина из г. Москвы в г. Омск приехал Джафаров.

Также судом обоснованно признаны допустимыми показания свидетеля "Филиппова Ф.Ф.", допрошенного в условиях, исключающих визуальное наблюдение, о том, что от Айсина ему известно о его конфликте с соседом Коровиным, который со своими людьми избил Айсина, поэтому последний искал способ отомстить. Беленцов отказался убить Коровина, поэтому для решения данного вопроса приехал Джафаров. Кроме того, засекреченному свидетелю известно о наличии у Айсина двух пистолетов "Макарова". При допросе "Филиппова Ф.Ф." конверт с его данными имелся в распоряжении суда, вскрыт председательствующим до начала допроса свидетеля, и соответствующая информация о личности установлена, что следует из протокола судебного заседания от 13 декабря 2021 года. Таким образом, вопреки приведенным доводам судом мотивированно установлено, что у Айсина складывалась конфликтная ситуация с Коровиным, поэтому он принял решение о его убийстве. В свою очередь Айсин сообщил Беленцову, что Коровин его (Айсина) тоже заказал, то есть фактически был готов к проявлению любой агрессии к нему со стороны посторонних лиц. Очевидным является и тот факт, что Джафаров был осведомлен об этом, поскольку прибыл для устранения одной из сторон конфликта. Исходя из показаний осужденного Беленцова и свидетеля "Филиппова Ф.Ф.", суд пришел к правильному выводу о том, что наличие конфликта между Айсиным и Коровиным, в результате которого уже была применена физическая сила к Айсину, последний опасался дальнейшей расправы, поэтому решил убить Коровина. Таким образом судом установлено, что ввиду отказа Беленцова от совершения убийства, Айсин привлек к этому Джафарова, который, как следует из показаний Беленцова, 17 выступал в роли "наёмника", то есть действовал за материальное вознаграждение. Судом также установлено, что в ходе подготовки к преступлению Айсин сообщил Джафарову сведения о Коровине, показал место его жительства, высказывал предложения и давал советы, как осуществить преступление и скрыться, оставшись незамеченным.

Доводы о том, что показания Беленцова являются недостоверными и недопустимыми опровергаются доказательствами по уголовному делу. Следует отметить, что показания Беленцова изобличают не только Айсина и Джафарова, но и непосредственно его самого. Все показания, данные Беленцовым в ходе предварительного следствия и в суде, подтверждаются результатами оперативно-розыскной деятельности, показаниями свидетелей, в том числе Финаевой, Юрченко, в частности по эпизоду произошедшего в кафе, а также видеозаписью, которая находится в материалах уголовного дела. В мельчайших деталях показания Беленцова подтверждаются совокупностью приведенных по делу доказательств. При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции верно указал, что действия Айсина обоснованно квалифицированы по ч. 4, 5 ст.

33 ч. 1 ст. 30 п. "з»"ч. 2 ст. 105 УК РФ. Суд первой инстанции проверил материалы дела по обстоятельствам производства выстрела в кафе "Шашлык Мангал", а также установил обстоятельства совершения преступления осужденным Джафаровым, и с учетом внесенных изменений квалифицировал его действия в соответствии с содеянным верно и мотивированно.

Вопреки доводам жалобы, Айсин в судебном заседании выдвинул версию о наличии конфликта с лицами, проживающими в Республике Казахстан, пояснив, что якобы рассказал об имеющихся опасениях Джафарову и Беленцову, которые пообещали его защитить. Обращаю внимание, что Джафаров в судебном заседании изначально заявлял, что Беленцов не ездил с ним к "осведомителю", что шло в разрез с версией Айсина. Однако после перерыва в судебном заседании Джафаров дал иные показания о том, что Беленцов присутствовал при разговоре в "Долине нищих". Очевидно, что показания Джафарова и Айсина были согласованы и обусловлены стремлением опорочить сообщенные Беленцовым сведения. Ни Беленцов, ни свидетель "Филиппов Ф.Ф." ни о каком конфликте с казахами не слышали, в суде данный факт отрицали и более того, Беленцов отрицал поездку с Джафаровым и Айсиным в "Долину нищих". Таким образом, приведенными показаниями свидетелей и потерпевших подтверждаются последовательные показания Беленцова, данные им в ходе предварительного следствия и в суде, в частности по данному эпизоду.При этом Беленцов подробно описал обстоятельства совершения преступления, уличив не только соучастников преступления, но и себя, конкретно по каждому из эпизодов.

Вопреки доводам жалобы, в судебном заседании Айсин и Джафаров не отрицали обстоятельства совершения преступления, связанного с незаконным оборотом огнестрельного оружия и боеприпасов. Действия Айсина получили надлежащую оценку и правильно квалифицированы и по факту перемещения и передачи двух пистолетов и боеприпасов к ним Джафарову и Беленцову по ч. 1 ст. 222 УК РФ. Также верно квалифицированы действия Джафарова по ч. 1 ст.

222 УК РФ и с этим обоснованно и мотивированно согласились апелляционная 18 инстанция.

Ходатайства стороны защиты, направленные на истребование информации и на допрос свидетелей с целью установления вины лиц, не привлекаемых в рамках настоящего дела к уголовной ответственности, были обоснованно отклонены судом.

То обстоятельство, что свидетель "Филиппов Ф.Ф.", допрошенный в условиях, исключающих визуальное наблюдение, отказался назвать источник информации, не ставит под сомнение достоверность его показаний, поскольку обстоятельства получения указанной информации может привести к установлению истинных данных о личности свидетеля и соответственно подвергнуть опасности его жизнь.

Действия Айсина верно квалифицированы по эпизоду в отношении Маранджяна. Вопреки приведенным доводам стороны защиты по факту разбойного нападения на Клещетникова действия Айсина также правильно квалифицированы по п. "б" ч. 4 ст. 162 УК РФ. Надлежащая оценка дана судом действиям осужденного Айсина по и факту похищения Клещетникова. Суд обоснованно не усмотрел в действиях осужденного добровольного освобождения похищенного ими потерпевшего Клещетникова, предусмотренного примечанием к ст. 126 УПК РФ, поскольку потерпевший был освобожден после того, как осужденные завладели автомобилем, а сам Клещетников 29 сентября 2018 года написал расписку о передаче автомобиля, тем самым они достигли своей преступной цели. Всем показаниям осужденного и потерпевшего, судом была дана надлежащая оценка в приговоре и с этой оценкой аргументировано согласилась судебная коллегия апелляционной инстанции. Таким образом, суд апелляционной инстанции мотивированно согласился, что действия Айсина и Джафарова по всем преступлениям квалифицированы верно.

Наказание осужденным Айсину и Джафарову назначено в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному ими, с учетом целей наказания,, данных об их личности и с учетом всех конкретных обстоятельств дела, обстоятельств смягчающих и отягчающих наказание. Также суд мотивированно указал, что в материалах дела не содержится каких-либо оснований для изменения категории совершенных им преступлений в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ. Судебное следствие по делу проведено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. Судом созданы надлежащие условия для реализации сторонами процессуальных прав. Нарушений УПК РФ, в том числе права на защиту, влекущих отмену приговора и апелляционного определения, не допущено. При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции проверены законность, обоснованность и справедливость приговора, соблюдена процедура рассмотрения дела, в полном объеме рассмотрены доводы апелляционных жалоб. Вынесенное Пятым апелляционным судом общей юрисдикции апелляционное определение от 29 июня 2022 года соответствует требованиям УПК РФ. Оснований не согласиться с принятым решением не имеется.

На основании изложенного прошу кассационную жалобу адвоката Чернооковой Т.В. в интересах осужденного Айсина и его дополнения к жалобе на приговор Омского областного суда от 24 февраля 2022 года и апелляционное 19 определение Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 29 июня 2022 года оставить без удовлетворения.

Председательствующий доводит до сведения осужденного Джафарова Р.Г. информацию о том, что адвокат Исаенко С.С. подал заявление о выплате ему вознаграждения за ознакомление с материалами уголовного дела и за участие в судебном заседании в размере 13416 рублей и разъясняет, что процессуальные издержки могут быть взысканы с осужденного.

Осужденный Джафаров Р.Г.: не возражаю против взыскания с меня процессуальных издержек.

Судебная коллегия удаляется на совещание.

После возвращения судей из совещательной комнаты оглашается кассационное определение.

Судебное заседание по делу закрыто в 13 часов 15 минут.

Председательствующий:

СР. Зеленин / ( \jg% ^".' Секретарь:

Е.И. Малахова 20