ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело № 222-Н23-9сс

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 25 мая 2023 г.

Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Крупнова И.В., судей Дербилова О.А., Сокерина С.Г.

при секретаре Рябцевой А.И. с участием прокурора Брянцева А.Н.

рассмотрела в закрытом судебном заседании уголовное дело по заключению заместителя Генерального прокурора Российской Федерации - Главного военного прокурора Петрова В.Г. об отказе в реабилитации Гармаева У.

По приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР от 1 марта 1947 г. бывший начальник военного училища в г. Вингеме (Маньчжурия) генерал-лейтенант армии Маньчжоу-Го Гармаев Уржин, родившийся в 1889 году в с. Макарове ВерхАлинцевского района Красноярского края, осуждён по ст. 58 2 и 58 4 УК РСФСР (в редакции 1926 года) к высшей мере наказания - расстрелу с конфискацией всего лично ему принадлежавшего имущества.

Приговор кассационному обжалованию не подлежал, в порядке надзора не пересматривался, приведён в исполнение 13 марта 1947 г.

В 1992 году данное дело проверено в Генеральной прокуратуре Российской Федерации в порядке исполнения Закона Российской Федерации от 18 октября 1991 г. № 1761-1 «О реабилитации жертв политических 2 репрессий» (далее - Закон «О реабилитации жертв политических репрессий»).

В соответствии с заключением от 23 июня 1992 г., утверждённым помощником Генерального прокурора Российской Федерации, Гармаев У.

реабилитирован.

По результатам дополнительной проверки по постановлению заместителя Генерального прокурора Российской Федерации от 21 марта 2023 г. заключение о реабилитации Гармаева У. отменено как необоснованное.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Сокерина С.Г., выступление прокурора Брянцева А.Н., поддержавшего заключение об отказе в реабилитации Гармаева У., Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации

установила:

Заместителем Генерального прокурора Российской Федерации - Главным военным прокурором Петровым В.Г. в заключении по результатам проверки уголовного дела предлагается признать Гармаева не подлежащим реабилитации в соответствии с пунктами «а», «б», «в» и «г» части 1 статьи 4 Закона Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий», согласно которым не подлежат реабилитации лица, обоснованно осуждённые судами, в делах которых имеются достаточные доказательства совершения ими указанных в названной норме закона преступлений, в частности: шпионажа, насильственных действиях в отношении гражданского населения, организации бандформирований, совершавших убийства, грабежи, личного участия в этих деяниях, а также преступлений против правосудия.

Доказательства совершения Гармаевым названных деяний в материалах дела имеются.

Рассмотрев материалы уголовного дела по представленному заключению, Судебная коллегия находит, что Гармаев реабилитации не подлежит.

Как следует из материалов дела, Гармаев У. признан виновным в том, что в 1918 году во время Гражданской войны, проживая в Красноярском крае, вступил в белую армию атамана Семёнова и принимал активное участие в вооружённой борьбе против Советской власти.

В декабре 1919 года с остатками разгромленных белогвардейских банд бежал в Маньчжурию, где поступил на службу к японцам.

С 1933 по 1940 год являлся командующим охранными войсками Северо-Хинганской провинции.

В период событий на Халхин-Голе руководил боевыми действиями возглавляемых им войск против армии Монгольской Народной Республики (далее - МНР) и советских войск.

3 На протяжении 1940-1944 годов по решению японского руководства являлся командующим Северо-Хинганским военным округом и занимался формированием и подготовкой воинских частей на случай войны против Советского Союза. В этот же период утверждал смертные приговоры, вынесенные в отношении советских граждан и лиц, занимавшихся на территории Маньчжоу-Го антияпонской деятельностью.

За активную антисоветскую деятельность японцами произведён в чин генерал-лейтенанта.

Виновность Гармаева в совершении указанных деяний подтверждается как его собственными последовательными показаниями в ходе предварительного следствия и в суде, так и иными доказательствами.

Гармаев сообщил о своей службе в белой армии атамана Семёнова, совершении им насильственных действий в отношении гражданского населения, о службе с 1933 года в японской армии, руководстве контрразведывательной работой подчинённых ему войск, о сборе им сведений о дислокации частей Красной Армии и войск МНР, об утверждении лично им 30 смертных приговоров, в том числе в отношении советских разведчиков.

В частности, Гармаев пояснил, что в начале мая 1918 года в составе отряда подпоручика Баранова участвовал в карательной операции против населения с. Бырка, оказывавшего поддержку Красной Амии.

В сентябре 1919 года в составе отряда казаков сотника Пчелина принимал участие в разоружении населения на территории Читинской области.

В с. Курунзулай они арестовали и избили старика за присвоение им седла, принадлежавшего одному из участников армии Семёнова.

В 1920 году на территории Монголии Гармаев помогал формировать монгольские полки и карательные отряды, обеспечивал их снаряжением и питанием, участвовал в разрешении конфликтов между жителями и монгольскими частями атамана Семёнова, так как все его отряды занимались грабежами и разбоями.

В 1939 году по поручению японского командования состоял во главе отряда монгольских войск, подчиненного генерал-лейтенанту японской армии Комоцубаре, руководил боевыми действиями во время нападения Японии на советские части в районе реки Халхин-Гол. В этот же период занимался сбором сведений о дислокации войск Красной Армии и МНР.

За добросовестную службу произведён японцами в чин генераллейтенанта, награждён тремя орденами и семью медалями, дважды в год получал в награду денежные средства.

Арестами и проведением следствия занимался подчиненный Гармаеву юридический отдел штаба охранных войск. По окончании расследований дела в судебные органы не передавались, решения по ним принимались лично Гармаевым.

В качестве командующего 10-м военным округом он утвердил 30 4 смертных приговоров. В частности, им утверждены приговоры в отношении Семёнова и Боничука, расстрелянных за проведение разведывательной работы в пользу Советского Союза, а также Иванова и Сентяпова, выступавших против японского оккупационного режима в Маньчжурии.

Виновность Гармаева в совершении преступлений подтверждается также показаниями свидетеля Будаева, сообщившего, что в 1933-1934 годах им по заданию японских разведывательных органов, к которым имел отношение Гармаев, осуществлялся сбор сведений о дислокации частей Красной Армии и других военных объектов в приграничных с Маньчжурией советских районах.

В соответствии с перечнем, утвержденным Советом Народных Комиссаров СССР 27 апреля 1926 г., сведения о дислокации воинских частей, объектов военной охраны, организаций, численности, подготовке, техническом и военно-инженерном оборудовании являлись специально охраняемой государственной тайной.

Таким образом, вина Гармаева У. в шпионаже, насильственных действиях в отношении гражданского населения, в организации бандформирований, совершавших убийства, грабежи, в его личном участии в этих деяниях, а также в совершении преступлений против правосудия подтверждена достаточными доказательствами.

Приведённые данные свидетельствуют о том, что в соответствии с пунктами «а», «б», «в» и «г» части 1 статьи 4 Закона Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий» Гармаев реабилитации не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 4, 9, 10 Закона Российской Федерации «О реабилитации жертв политических репрессий», Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации

определила:

признать Гармаева Уржина, осуждённого по приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР от 1 марта 1947 г., не подлежащим реабилитации.

— Судьи *Я^ С.Г.Сокерин