ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 39-УД23-П-А1 ПРОТОКОЛ судебного заседания суда кассационной инстанции г. Москва 17 мая 2023 года Судебная коллегия по уголовным Российской Федерации в составе:

делам Верховного Суда председательствующего Шмотиковой С.А., судей Дубовика Н.П. и Земскова Е.Ю., с участием прокурора Щукиной Л.В., осужденных Бирюкова А.А., Кичигина А.Э., Лысенко Д.С., адвокатов Кутузовой Е.Г., Цапина В.И., Гордеевой М.В.

при секретаре Жильцовой М.П.

рассмотрела в закрытом судебном заседании кассационные жалобы осужденного Кичигина А.Э., адвоката Кутузовой Е.Г. в защиту Бирюкова А.А., адвоката Гордеевой М.В. в защиту осужденного Лысенко Д.С. на приговор Курского областного суда от 28 апреля 2022 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Первого апелляционного суда общей юрисдикции от 3 августа 2022 года.

Судебное заседание объявляется открытым в 10 часов 21 минуту.

Председательствующий объявляет, что рассматривается уголовное дело в отношении осуждённых Бирюкова Александра Анатольевича, Кичигина Александра Эдуардовича и Лысенко Дениса Сергеевича.

Участие осужденных Бирюкова А.А., Кичигина А.Э., Лысенко Д.С.

обеспечено путем использования системы видеоконференц-связи.

Председательствующий устанавливает участвующих в судебном заседании.

личность Бирюков рождения.

19 Александр Анатольевич, августа осуждённых, 1989 года 2 Кичигин Александр Эдуардович, 1 декабря 2004 года рождения.

Лысенко Денис Сергеевич, 17 марта 2001 года рождения.

Председательствующий объявляет состав суда, сообщает, кто является судьями, прокурором, защитниками, а также секретарём судебного заседания.

Председательствующий сообщает, что защиту интересов осуждённых Бирюкова А.А., Лысенко Д.С. в суде кассационной инстанции осуществляют адвокаты по соглашению Кутузова Е.Г., ГордееваМ.В..

Защиту осужденного Кичигина А.Э. в суде кассационной инстанции осуществляет адвокат по назначению Цапин В.И.

Осуждённый БИРЮКОВ А.А.: подтверждаю наличие соглашения с адвокатом Кутузовой Е.Г. на осуществление моей защиты. Перед началом судебного заседания с адвокатом беседовал, свою позицию с ней согласовал, к судебному заседанию готов.

Осуждённый Лысенко Д . С : подтверждаю наличие соглашения с адвокатом Гордеевой М.В. на осуществление моей защиты. Перед началом судебного заседания с адвокатом беседовал, свою позицию с ней согласовал, к судебному заседанию готов.

Осуждённый Кичигин А.Э.: перед началом судебного заседания с адвокатом Цапиным В.И. беседовал, свою позицию с ним согласовал, к судебному заседанию готов.

Председательствующий разъясняет осуждённым Бирюкову А.А., Кичигину А.Э., Лысенко Д.С. право заявлять ходатайства, пользоваться услугами профессионального защитника или отказаться от его услуг, представлять суду дополнительные документы и материалы, выступать с обоснованием доводов кассационной жалобы, возражать на доводы других участников уголовного судопроизводства, знакомиться с протоколом судебного заседания, о чём подавать заявление в 3-дневный срок со дня рассмотрения дела, приносить на него замечания в 3-дневный срок со дня ознакомления с ним.

Осуждённый БИРЮКОВ А.А.: права понятны.

Осуждённый ЛЫСЕНКО Д . С : права понятны.

Осуждённый КИЧИГИН A 3 . : права понятны.

3 Председательствующий разъясняет сторонам их право заявить отвод судьям, прокурору, а также секретарю судебного заседания.

Отводов не заявлено.

Председательствующий выясняет у участников процесса, имеются ли у них ходатайства.

Ходатайств не заявлено.

Председательствующий докладывает обстоятельства уголовного дела, доводы кассационных жалоб и возражения на кассационную жалобу государственного обвинителя.

Слово предоставляется осуждённому Бирюкову А.А.

Осуждённый БИРЮКОВ А.А.:

доводы, изложенные в кассационной жалобе, поддерживаю в полном объеме. Дополнений не имею.

Слово предоставляется адвокату Кутузовой Е.Г. в защиту интересов осуждённого Бирюкова А.А.

Адвокат КУТУЗОВА Е.Г.: доводы, изложенные в кассационной жалобе, поддерживаю в полном объеме.

Представленных доказательств, свидетельствующих о виновности моего подзащитного, не достаточно. Часть из них добыта с нарушением требований уголовно-процессуального закона. Совокупность других доказательств не позволяет сделать вывод о том, что Бирюков причастен к смерти Семенькова. В нарушении требований закона, обвинение предъявленное Бирюкову является неконкретизированным, не позволяет сформировать позицию защиты, тем самым влечет нарушение прав каждого обвиняемого на защиту и справедливое судебное разбирательство.

Данный факт подтвержден раннее вынесенными судебными решениями. Так мотивируя постановление о возвращении данного уголовного дела прокурору для устранения препятствий в его рассмотрении судом, Курский областной суд указал на нарушение уголовно-процессуального законодательства.

При вынесении обвинительного заключения органом предварительного расследования указано, что Кичигин совместно с Жидковым нанося Семенькову удары в жизненно важные органы предвидел наступление общественно опасных последствий в виде смерти Семенькова, желал наступления таких последствий, однако ограничился лишь указанием на то, что в результате 4 примененного ими насилия Семеньков скончался, между умышленными действиями этих лиц и наступлением смерти имеется причинноследственная связь. Однако обвинение не содержит указание на установленное органом предварительного следствия последствие действий обвиняемых в отношении потерпевшего в виде причинения последнему повреждений, от которых наступила его смерть.

Приведенная в обвинительном заключении ссылка на выводы эксперта № 55 от 27 мая 2021 года о том, что возможно причинение определенных повреждений соответствующих причине наступления смерти Семенькова, согласно версии Жидкова, носит предположительный характер.

При таких обстоятельствах следует признать, что предъявленное Бирюкову обвинение - не определено. Оно не содержит те юридически значимые обстоятельства, которые позволяют принять итоговое решение по уголовному делу в рамках требований ст. 252 УПК РФ.

Обращаю внимание, что приведенные цитаты из заключения эксперта и указания в тексте обвинений 6-ти возможных причин наступления смерти Семенькова, не могут быть признаны в конкретно сформулированном обвинении.

В нарушении действующего законодательства в основу обжалуемого приговора фактически легли показания осужденного Жидкова, при этом показания, которые он давал до заключения досудебного соглашения, судом во внимание не приняты.

Суды первой и апелляционной инстанции фактически оставили без внимания тот факт, что у Жидкова был умысел на убийство потерпевшего в виду сложившихся неприязненных отношений, на почве смерти товарища потерпевшего Скворцова. При этом между Жидковым и потерпевшим произошел конфликт.

Непричастность Бирюкова к убийству Семенькова подтверждается показаниями Лысенко, Кичигина, Зиновьевой.

Одновременно с этим, суд первой инстанции пришел к выводу, что Бирюков совершил данное деяние умышлено, его причастность к вменяемому ему преступлению доказана в ходе судебного следствия.

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре» Верховного Суда Российской Федерации в тех случаях, когда преступление совершено группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, при описании преступного деяния должно быть указано, какие конкретно преступные действия совершены каждым из соучастников преступления.

При этом признав вину Бирюкова в совершении преступления в составе группе лиц по предварительному сговору, суд не указал, какие конкретно преступные действия по отдельности были совершены каждым соучастником преступления.

5 Не был рассмотрен вопрос о наличии иных смягчающих наказание обстоятельств на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ, относящихся к личности Бирюкова.

Установлено, что Бирюков имеет постоянное место жительства, характеризуется положительно, раннее не судим. На иждивении у Бирюкова помимо малолетнего ребенка, находится мать, которая является пенсионеркой, страдает рядом заболеваний. При этом Бирюков находится в молодом возрасте и был официально трудоустроен.

Однако, суд первой инстанции оставил данные обстоятельства без оценки, не признал данные обстоятельства в качестве смягчающих в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ.

Приведенные обстоятельства, а также сведения о личности, поведении Бирюкова, которые не характеризуются наличием признаков устойчивой криминальной направленности, сведения о состоянии здоровья (проблемы с сердцем), о возрасте, раскаянии в содеянном, принесении извинений свидетельствуют о том, что у суда имелись законные основания для применения положения ст. 64 УК РФ. Именно наказание, определенное с применением ст. 64 УК РФ будет соответствовать понятиям и целям наказания, указанных в ст. 43 УК РФ, а также принципам справедливости и гуманизма.

Полагаю, что назначенное наказание в виде лишения свободы на срок 14 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев и установлением ограничений предусмотренных ч. 1 ст. 53 УК РФ является не справедливым и чрезмерно суровым, подлежит смягчению.

На основании изложенного, прошу приговор Курского областного суда от 28 апреля 2022 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Первого апелляционного суда общей юрисдикции от 3 августа 2022 года в отношении Бирюкова Александра Анатольевича отменить, передать дело на новое судебное рассмотрение, либо вернуть дело прокурору, а также прошу рассмотреть вопрос об изменении приговора, применения ст. 64 УК РФ, а также учесть все смягчающие обстоятельства.

Слово предоставляется осуждённому Лысенко Д.С.

Осуждённый ЛЫСЕНКО Д . С : доводы, изложенные в кассационной жалобе, поддерживаю в полном объеме. Дополнений не имею.

Слово предоставляется адвокату Гордеевой М.В. в защиту интересов осуждённого Лысенко Д.С.

Адвокат ГОРДЕЕВ А М.В.: доводы, изложенные в кассационной жалобе, поддерживаю в полном объеме.

Я считаю, что суды первой и апелляционной инстанции неверно 6 установили обстоятельства преступного деяния, квалифицированного по ч. 2 п. «ж» ст. 105 УК РФ. Суд указал в своем приговоре (стр. 4), что умысел на убийство Семенькова возник у Жидкова на кладбище. Т.е. это достоверно установлено в приговоре. Вместе с тем, суд, по мнению стороны защиты, ошибочно вменил избиение Семенькова, которое состоялось на стадионе.

Необходимо разграничить место причинения телесных повреждений. Где они были они нанесены? На стадионе или на кладбище? На стр. 12 апелляционного определения указано, что не требуется разграничение телесных повреждений в зависимости от места их причинения. По моему мнению, необходимо разграничивать телесные повреждения по их умыслу. Если суд первой инстанции установил, что умысел у Жидкова возник на кладбище, то в данной ситуации необходимо отграничить телесные повреждения, которые были причинены Семенькову без умысла на его убийство. Я понимаю, что сделать это трудно, однако в данном случае необходимо использовать презумпцию невиновности.

В приговоре суда указано, что телесные повреждения, причиненные потерпевшему Семенькову, находятся в прямой причинной связи с наступлением его смерти (стр. 5 приговора). Данный вывод не основан на представленных в судебном заседании доказательствах.

Действительно, судебно-медицинский эксперт Дергач, которая выступила в суде первой инстанции и подробно была допрошена стороной защиты, говорила, что выводы в заключении экспертов № 55 носят вероятностный характер, поскольку достоверно установлено, что тело было сожжено и на него действовал только один термический фактор. Кроме того, сам Жидков в ходе предварительного следствия не показывал с точностью те места, в которые якобы были нанесены телесные повреждения. Отвечая на вопросы стороны защиты, эксперт Деркач пояснила, что нанесение телесных повреждений в области жизненно важных органов могло повлечь смерть. Но могло и не повлечь.

Могло вообще не повлечь никаких телесных повреждений.

Я считаю, что в данной ситуации незаконно в приговоре указано, что телесные повреждения, причиненные Семенькову, находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти. По мнению стороны защиты, они с наступлением смерти никаким образом не связаны.

Особый акцент хочу сделать на определение апелляционной инстанции, в котором указано (стр. 10), что выводы судебно-медицинских экспертов о наличии и тяжести телесных повреждений, причине смерти потерпевшего действительно носят вероятностный характер. Суд согласился с данным утверждением стороны защиты и эксперта, но посчитал данное обстоятельство объективно неустранимым и невосполнимым в связи с фактически полной кремацией тела 7 потерпевшего. Я полагаю, что на основании ст. 49 Конституции РФ и ст. 14 УК РФ все неустранимые сомнения толкуются в пользу обвиняемого, чего фактически сделано не было.

Прошу разрешить сделать дополнение, которое отсутствует в моей кассационной жалобе, но которое звучало в судебном заседании. Среди пяти причин смерти потерпевшего указана такая причина, как аспирация кровью в результате носового кровотечения при травме кости лицевого скелета, которая расценивается у живых лиц, как причинение тяжкого вреда здоровью по признаку угрожающего жизни. Аспирация тождественное понятие асфиксии, т.е. удушение. От аспирации смерть наступает фактически мгновенно, однако материалами уголовного дела было установлено, что Бирюков именно на стадионе (когда еще не было умысла на убийство Семенькова), наносил определенные удары в область головы потерпевшего Семенькова, от чего у него началось кровотечение.

Согласно доказательствам, которые были добыты в судебном заседании и находятся в материалах уголовного дела, не установлено, что на кладбище у потерпевшего Семенькова шла кровь. Поэтому в любом случае, по мнению защиты должна быть исключена причина смерти в виде аспирации кровью в результате носового кровотечения при травме кости лицевого скелета.

Еще один довод, который не указан в моей кассационной жалобе, но на который я хотела бы обратить внимание Судебной коллегии. Среди причин смерти имеется тупая травма рефлексогенных зон: области каротидного синуса, который расположен в области шеи, гортани, солнечного сплетения (которое расположено в области груди) и т.д.

Данная тупая травма также влечет очень быструю смерть. Она не может сочетаться с закрытой тупой травмой живота и закрытой тупой травмой таза, которые мгновенную смерть соответственно не влекут. Однако в данном случае органами предварительного следствия, судом и соответствующими инстанциями оставлена тупая травма рефлексогенных зон, смерть от которых наступает очень быстро. Этого судом не учтено.

На лицо не соответствие выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела в части нанесения ударов на кладбище, поскольку, как следует из описательно-мотивировочной части приговора, удары в голову Семенькову наносил Жидков. На стр. 4 приговора указано, что именно на кладбище у Жидкова возник умысел на убийство Семенькова и именно с этой целью Жидков наносил удары в жизненно важный орган - голову. Соответственно, все те зоны, которые расположены в области головы, влекут быструю смерть. Таким образом, от удара Жидкова потерпевший Семеньков мог уже умереть, а остальные участники, если и избивали Семенькова (по мнению Жидкова), то могли наносить удары по уже мертвому телу. В таком случае нельзя трактовать содеянное, как убийство группой лиц по предварительному сговору.

Однако эти доводы судами не учтены. Эксперт Дергач выступая в 8 судебном заседании, о чем имеется запись в протоколе судебного заседания, говорила, что если действительно Жидков нанес удар в область каротидного синуса, т.е. фактически в область горла, то потерпевший мог умереть через достаточный и продолжительный промежуток времени. Таким образом, потерпевший мог сразу скончаться.

Если удар нанесен в область груди, о чем говорил сам Жидков в судебном заседании, то также он мог скончаться очень быстро. Однако в области головы могла быть причинена только тупая травма рефлексогенных зон.

Аспирация крови в данном случае никак не связана с причиной смерти, поскольку, если она могла быть, то только при избиении на стадионе. Вот почему сторона защиты просила суд первой инстанции, отграничить телесные повреждения, которые были нанесены на кладбище от тех, которые были нанесены на стадионе.

Налицо несоответствие тех останков, которые оказались у патологоанатома (судебно-медицинского эксперта). Я полагаю, что все доказательства, которые находятся в материалах уголовного дела и подверглись рассмотрению судами первой и апелляционной инстанции должны соответствовать друг другу. В материалах уголовного дела имеются два протокола изъятия останков Семенькова, а именно:

обгоревшие кости, ребра, зубы с золотым напылением, металлическая пряжка. Следователь два раза ездил изымать останки Семенькова, составлял об этом протокол. В протоколе следователь в присутствии понятых указал, что он обнаружил на месте происшествия. На месте происшествия не было обнаружено фрагментов сердца, не было обнаружено фрагментов легких, не было обнаружено фрагментов обгоревшей плевы. В протоколе этого нет. Впервые на останки этих органов указывает патологоанатом (судебно-медицинский эксперт), который непосредственно изучал останки трупа. Поэтому у меня возникают сомнения, чьи мягкие ткани подверглись изучению патологоанатомом, если следователь их не изымал. Следователь в своем протоколе не указывал на какие-либо мягкие ткани. Это существенное нарушение, имеющееся в материалах уголовного дела. В этом случае данные протоколы не должны были быть положены в основу судебного решения.

Я считаю, что судом необоснованно отвергнут довод о том, что Семеньков мог отравиться некачественным алкоголем. Согласно показаниям Жидкова Семеньков употреблял алкоголь. Почему он не мог отравиться? Судами указано, что он не мог отравиться потому, что все употребляли спиртосодержащие напитки, в том числе наши юные подзащитные, и никто из употреблявших не отравился, а значит, алкоголь был качественный. Семеньков был не здоровым человеком, возрастным.

Его возраст на много превосходил возраст наших подзащитных, которые осуждены по данному уголовному делу. Соответственно не установлено, а вдруг он действительно отравился спиртосодержащими напитками? 9 Ведь алкоголь действует избирательно, есть индивидуальные особенности воздействия алкоголя на организм человека. Эксперт Дергач говорила о том, что принципе она не отрицала такого момента, т.е. вполне возможно, раз эксперт Дергач не отрицала, при полной кремации тела, определенных телесных повреждений, которые могли повлечь смерть потерпевшего, что последний мог отравиться некачественным алкоголем.

Но суды первой и апелляционной инстанции отвергли данные доводы стороны защиты.

Я не могу согласиться с тем, что судом отвергнут довод стороны защиты о непричастности моего подзащитного осужденного Лысенко к избиению с целью убийства Семенькова. Выводы судов первой и апелляционной инстанции являются надуманными о том, что Зиновьева выгораживает Лысенко из-за ее близкой дружбы с ним. Обращаю внимание, что вовремя допроса Лысенко, последний содержался в следственном изоляторе, а Зиновьева находилась на свободе, поэтому договориться они не могли. Они были допрошены в одно и тоже время, давали одинаковые показания, которые впоследствии совпали с показаниями всех осужденных по данному делу.

Относительно того, что Жидков не поддержал судебное соглашение о сотрудничестве, данные доводы звучали. В моей кассационной жалобе приводится вопрос, который задавала я и мой коллега Ефимов, и на все вопросы Жидков отвечал «у меня не было умысла на убийство, я не хотел убивать Семенькова». Прокурор некоем образом не отреагировал на такое поведение Жидкова, который фактически в судебном заседании не поддержал досудебное соглашение о сотрудничестве. На основании этого нельзя было класть в основу судебного решения данные показания Жидкова.

На вопросы судьи Земскова Е.Ю. адвокат Гордеева М.В.

отвечает:

— Уважаемый адвокат, скажите, у Вас это обычная практика выходить кардинально за доводы кассационной жалобы? — Данные доводы мной уже суду представлялись.

— В кассационный суд их представляли? — Представляла в суд апелляционной инстанции.

— Дело в том, что судья-докладчик говорила о том, что если есть какие-то дополнения, то можно их озвучить уважаемой Судебной коллегии. Прошу разрешить мне озвучить еще один довод, которого нет в моей кассационной жалобе. Дело в том, что решение суда состоялось на основании обвинительного заключения, в котором следователь сделал полный анализ доказательств с точки зрения стороны обвинения.

Уголовно-процессуальный закон этого не подразумевает. Именно поэтому я прошу отменить приговор Курского областного суда от 28 апреля 2022 года и апелляционное определение судебной коллегии по 10 уголовным делам Первого апелляционного суда общей юрисдикции от 3 августа 2022 года, прекратить уголовное преследование в отношении моего подзащитного Лысенко.

Слово предоставляется осуждённому Кичигину А.Э.

Осуждённый КИЧИГИН А.Э.:

кассационную поддерживаю в полном объеме. Дополнений не имею.

жалобу Слово предоставляется адвокату Цапину В.И. в защиту интересов осуждённого Кичигина А.Э.

Адвокат ЦАПИН В.И.: доводы, изложенные в кассационной жалобе моего подзащитного, поддерживаю в полном объеме.

Приговор Курского областного суда от 28 апреля 2022 года, а также апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Первого апелляционного суда общей юрисдикции от 3 августа 2022 года являются незаконными, необоснованными и не справедливыми, т.к выводы суда, изложенные в приговоре не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, неправильно применен уголовный закон, а так имеются его существенные нарушения.

Мой подзащитный вину свою не признает. Обвинительный приговор должен строиться исключительно на неопровержимых доказательствах. Таких доказательств в материалах уголовного дела не имеется. Все доказательства говорят лишь о возможной причастности моего подзащитного к совершению преступления, предусмотренного ч. 2 п. «ж» ст. 105 УК РФ, т.е. носят предположительный характер.

В соответствии со ст. 14 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на догадках и предположениях, должен постановляться при условии, когда виновность подсудимого подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

В основу приговора суд положил показания Жидкова и свидетеля Адыловой. Однако не учел такого обстоятельства, что Адылова на расстоянии наблюдала за случившемся, а Жидков давал показания после заключения соглашения с правоохранительными органами. Имеются заключения судебно-медицинских экспертиз, которые не подтверждают вину моего подзащитного, а наоборот ставят под большое сомнение его причастность к совершению преступления.

Однозначно причина смерти Семенькова в виду частичной кремации не установлена. Выводы экспертов после проведения судебномедицинской экспертизы не свидетельствуют о том, что смерть Семенькова могла наступить именно от удара Кичигина, т.к. выводы экспертов основаны только на показаниях Жидкова, который их изменял.

Я полагаю, что по данному делу суд необъективно исследовал все обстоятельства дела и дал ненадлежащую оценку имеющимся доказательствам в их совокупности. Сторона защиты считает, что вина 11 Кичигина в инкриминируемом ему преступлении не доказана ни на предварительном следствии, ни в ходе судебного заседания. Объем представленных доказательств стороной обвинения недостаточен для того, чтобы суд первой инстанции мог обоснованно придти к выводу, что в действиях Кичигина имеются признаки преступления предусмотренного ст. 105 УК РФ.

Поэтому доводы кассационной жалобы, безусловно, заслуживают внимания, необходимо их удовлетворить.

Прошу уголовное преследование в отношении Кичигина прекратить. Возможно, в его действиях имеются признаки преступления, предусмотренного ст. 316 УК РФ, но это на усмотрение Судебной коллегии.

Председательствующий оглашает поступившее от адвоката Цапина В.И. заявление о выплате ему вознаграждения за ознакомление с материалами уголовного дела и участие в настоящем судебном заседании, а также разъясняет осуждённому Кичигину А.Э. порядок взыскания процессуальных издержек.

На вопрос председательствующего осуждённый Кичигин А.Э.

пояснил, что он не возражает против взыскания с него процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения адвокату Цапину В.И.

На вопрос председательствующего осужденный Кичигин А.Э.

отвечает:

—Позицию, которую озвучил адвокат Цапин В.И., Вы с ней согласны? —Да, полностью согласен.

—Правильно ли Вас поняли, что Вы согласны с переквалификацией действий на ст. 316 УК РФ? —Да.

Слово предоставляется прокурору Щукиной Л.В.

Прокурор ЩУКИНА Л.В.: изучив материалы уголовного дела и ознакомившись с кассационными жалобами, считаю, что приговор Курского областного суда от 28 апреля 2022 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Первого апелляционного суда общей юрисдикции от 3 августа 2022 года в отношении Бирюкова, Кичигина, Лысенко являются законными и обоснованными.

В рамках, которые установлены уголовно-процессуальным законом для кассационной инстанции, я полагаю, что доводы, изложенные в кассационных жалобах и озвученные сегодня, не подлежат рассмотрению.

12 Я согласна с теми возражениями, которые подал государственный обвинитель на кассационные жалобы, они очень подробные и присоединяясь к его позиции, считаю, что судом первой инстанции правильно установлены фактические обстоятельства дела.

Выводы суда о виновности каждого осужденного основаны на оценке всей совокупности исследованных доказательств, содержание и подробный анализ которых приведен в приговоре. Кроме того, все эти доказательства на предмет относимости, допустимости, достаточности и достоверности были оценены и проверены судом апелляционной инстанции. На мой взгляд, в апелляционном определении приведены убедительные мотивы принятого решения о том, что виновность каждого осужденного подтверждена достаточным количеством доказательств.

Я полагаю, что суд первой инстанции правильно установил, что совместные взаимоподдерживающие действия осужденных по избиению потерпевшего Сименького, множественность ударов, которые были нанесены в область жизненно важных органов потерпевшему, свидетельствуют о единой цели у осужденных, а именно причинению смерти Семенькову. В данном случае, я полагаю, что сторона защиты заблуждается в том, что правильно ли суд квалифицировал действия осужденных, поскольку прозвучало сегодня «незаконно признали их виновными в совершении преступления группой лиц по предварительному сговору». Предварительный сговор им не вменялся и они не признаны в этом виновными. Компания, находящаяся в состоянии алкогольного опьянения сначала на стадионе ночью избивает по незначительному поводу, а именно из-за личной неприязни Жидкова к Семенькову. Данное коллективное избиение подтверждается показаниями не только Жидкова, который заключил досудебное соглашение, но и показаниями свидетелей Зиновьевой, Адыловой. Также прошу обратить внимание, что Жидков осужден к длительному сроку лишения свободы, он себя не выгораживал, обвиняя других в совершении преступления. У меня не возникает сомнений в правдивости его показаний. Затем, когда они переместились на кладбище и конфликт продолжился, естественно понимая, что они его уже до этого коллективно избили, без предварительного сговора (они на это не договаривались, но они действовали совместно), избиение Семенькова продолжилось. Я полагаю, что все это свидетельствует о том, что на кладбище у них у всех была единая цель в виде причинения смерти Семенькову. Все это также подтверждается показаниями Жидкова и от части взаимоизобличающими показаниями самих осужденных, которые они давали входе предварительного следствия. Данные показания признаны судом допустимыми доказательствами.

Все доказательства в совокупности дополняют друг друга, оценены судами первой и апелляционной инстанции правильно, объективно. В том числе это касается судебно-медицинской экспертизы о причинах смерти 13 потерпевшего, поскольку это заключение и показания эксперта оценены также в совокупности с другими показаниями, в том числе свидетелей.

Фактические обстоятельства установлены верно, действия каждого осужденного квалифицированны правильно. Назначенное наказание соразмерно содеянному, является справедливым. Каких-либо новых доводов в качестве оснований для смягчения наказания, которые не могли быть учтены предыдущими судебными инстанции не приведено.

Прошу приговор Курского областного суда от 28 апреля 2022 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Первого апелляционного суда общей юрисдикции от 3 августа 2022 года в отношении Бирюкова Александра Анатольевича, Кичигина Александра Эдуардовича, Лысенко Дениса Сергеевича оставить без изменения, кассационные жалобы без удовлетворения.

Суд удаляется в совещательную комнату.

По возвращении из совещательной комнаты оглашена резолютивная часть кассационного определения, а также оглашено постановление о выплате вознаграждения адвокату Цапину В.И.

Судебное заседание объявляется закрытым в 11 часов 22 минуты.

Председательствующий Секретарь ^__ sT) <£?