Протокол судебного заседания по рассмотрению дела № 29-УД23-3-А4 в кассационном порядке г. Москва 28 марта 2023 года Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Безугдого Н.П., судей Таратуты И.В., Червоткина А.С.

при секретаре Горностаевой Е.Е.

рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке установленной очередности уголовное дело в отношении:

Шерстюкова Р.А., Бакана М.В.

Судебное заседание объявляется открытым.

В судебное заседание явились:

адвокат Моргунов В.В. в защиту осужденного Бакана М.В., адвокат Макаров А.В. в защиту осужденного Шерстюкова Р.А., прокурор Киселева М.А.

Осужденный Бакан М.В. -участвует в режиме ВКС из ФКУ ИК-10 УФСИН России по Саратовской области, осужденный Мороз А.А. - участвует в режиме ВКС из ФКУ ИК-26 УФСИН России по Самарской области, осужденный Шерстюков Р. А. - участвует в режиме ВКС из ФКУ ИК10 УФСИН России по Саратовской области.

Суд устанавливает данные о личности осужденных:

Бакан Максим Владимирович, 19.02.1998 года рождения, Мороз Александр Александрович, 26.10.1999 года рождения, Шерстюков Роман Александрович, 06.12.1996 года рождения.

На вопрос председательствующего осужденные замечаний по работе видеоконференц-связи не имеют.

сообщают, что 1 На вопрос председательствующего помощник судьи Пензенского областного суда Григорьев И.С. сообщает, что личность адвоката Щербакова А.Б. удостоверена.

Председательствующий объявляет состав суда, фамилии участников со стороны обвинения и защиты, секретаря судебного заседания, разъясняет сторонам их процессуальные права и обязанности в суде кассационной инстанции, включая право заявить отвод судьям и другим участникам процесса, право заявлять ходатайства, представлять суду дополнительные документы и материалы, выступать в обоснование доводов, изложенных в кассационной жалобе, поддерживать или возражать в отношении кассационного представления или кассационных жалоб других участников уголовного судопроизводства, право знакомиться с протоколом судебного заседания, о чем подавать заявление в трехдневный срок, и приносить на него замечания в тот же срок со дня ознакомления с ним, право высказывать свое мнение по вопросам, связанным с распределением процессуальных издержек за участие адвокатов в судебном заседании. Отводов не заявлено.

Права разъяснены и понятны.

На вопрос председательствующего осужденный Бакан М.В.

подтвердил, что о дате, времени и месте слушания дела в кассационном порядке Верховным Судом РФ он извещен 6 марта 2023 года, его интересы представляет адвокат Моргунов ВВ., с которым заключено соглашение.

На вопрос председательствующего осужденный Шерстюков РА.

подтвердил, что о дате, времени и месте слушания дела в кассационном порядке Верховным Судом РФ он извещен 6 марта 2023 года, просил назначить ему адвоката.

Председательствующий объявляет, что для защиты интересов Шерстюкова Р.А. в соответствии с положениями ст.51 УПК РФ Верховным Судом РФ назначен адвокат Макаров А.В. На вопрос председательствующего осужденный сообщил, что согласен на участие данного адвоката, позиция с которым согласована.

Председательствующий сообщает, что осужденный Мороз А.А.

присутствует в судебном заседании суда кассационной инстанции в качестве слушателя.

Председательствующий выясняет у участников процесса, имеются ли у них ходатайства организационного характера. Ходатайств не имеется.

2 Судья Таратута И.В. излагает обстоятельства уголовного дела, содержание судебных решений, принятых по делу, существо кассационных жалоб и возражений на них.

Председательствующий объявляет о поступившем заявлении от адвоката по назначению Верховного Суда РФ Макарову А.В. о выплате ему вознаграждения за защиту в суде апелляционной инстанции осужденного Шерстюкова Р.А. в размере 4472 руб.

Предоставляется слово адвокату Моргунову В.В.: Уважаемый суд! все доводы наших жалоб я поддерживаю, полагаю, что приговор Пензенского областного суда от 5 апреля 2022 года и апелляционное определение Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции от 7 июля 2022 года подлежат изменению. Основаниями для отмены или изменения данных судебных актов согласно ст. 379.7 УПК РФ является несоответствие выводов суда, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела, установленным в суде, а также неправильное применение норм материального права, а именно в части осуждения моего подзащитного по ч.З ст. 30 УК РФ, то есть по покушению на сбыт наркотического средства. Если изучить все 28 томов уголовного дела, то там имеется всего три процессуальных документа о появлении этого количества - 2938, 9 грамм наркотического средства «мефедрон»:

осмотр места происшествия от 9 июня 2020 года, которые содержатся в т. 14 л.д. 148-156. Обращаю внимание, что этому осмотру, который провел следователь 9 июня, при этом 24 апреля мой подзащитный с соучастниками были задержаны, и только 9 июня следователь выехал на осмотр, предшествовали не какие-то следственные или процессуальные действия, а рапорт оперативного сотрудника. Следователь с оперативным сотрудником проехал по участку местности по 5 тайникам. Координаты дал оперативный сотрудник. Их не взяли из следственных действий, из каких-то оперативных мероприятий. Откуда-то взяты координаты пяти тайников закладок. По ним проехали 9 июня и из каждого тайника изъяли по два пакета наркотического средства. Всего по пяти закладкам 10 пакетов изъяли, все это отправили на экспертизу. Следующий процессуальный документ — это заключение эксперта по этим 10 пакетам из пяти тайников. В т.8 л.д.236-243 заключение эксперта №1/587 от 2 июля 2020 года. То есть все 10 пакетов одинакового содержания - там наркотическое средство «мефедрон». Еще один процессуальный документ у следователя — 3 это выделение материалов для дополнительной проверки (т.1 л.д.92-94).

Этот вес, 2 кг. 930 грамм наркотического вещества, три из пяти закладок вменили моему подзащитному, соучастнику еще две закладки -797 грамм.

То есть, в одно время изъято, одно наркотическое средство, три тайника указали, что сделаны моим подзащитным с соучастниками, два тайника выделили в отдельное производство. Там никак не мотивировано: как это разделено, откуда взялись координаты этих закладок в июне, то есть больше месяца после их задержания. Ни в осмотре телефона, ни в показаниях умершего Савченко, который был дважды допрошен - 24 апреля он был задержан, 30 апреля в СИЗО он уже повесился - ни разу не говорилось об этих закладках. В распоряжении оперативных сотрудников телефон находился на весь период проведения ОРМ - в нем тоже не было координат этих пяти закладок. Это просто не логично. Единственный оперативный сотрудник, который откуда-то взял эти координаты, сказал, что ему их сообщил Савченко. Каким образом? 24 апреля он был задержан, 30 апреля умер, он в голове эти цифры держал пяти закладок, три из которых вменили моему подзащитному, а две выделили по непонятным причинам? Само появление этого количества наркотического средства, я понимаю, что у оперативных сотрудников есть показатели выявления три закладки сюда, две еще куда-то, в материалах дела никакого объяснения этому противоречию, нелогичному выводу суда, что это произвел мой подзащитный с соучастниками не имеется. Есть три процессуальных документа - осмотр, экспертиза, разделение наркотика на две части. Как установлена связь между моим подзащитным, соучастниками и этими изъятыми в июне, когда они уже под стражей находились, наркотическими средствами, в материалах дела этого нет.

Только оперативный сотрудник сообщил, что некий Савченко сказал. Был осмотр телефона Савченко, через который они потом проводили оперативно-розыскные мероприятия, делали муляжи закладок, и еще трех соучастников задержали. В телефоне Савченко этих координат не было.

Сам факт того, что это количество наркотического средства, непонятно каким образом обнаруженное и изъятое, было вменено моему подзащитному, полагаю, что доводы его жалобы правильные, что нет совокупности доказательств, что они причастны к изготовлению этого наркотического средства. Хочу обратить внимание суда на более убедительный факт. Даже если согласиться с этими нелогичными выводами, что это наркотическое средство было ими произведено, то это 4 все охватывается их ролью производителей. У нас организованная группа на стадии следствия и следователь в обвинительном заключении и суд первой инстанции четко расписали роль каждого участника это организованной преступной группы. Мой подзащитный Бакан, Шерстюков и Савченко умершей - им отведена роль производителей. В чем она заключалась в приговоре четко написано. Они должны были от некого руководителя группы, в отношении которого выделены материалы дела, через тайники получать ингредиенты и оборудование лабораторий для производства наркотика. То есть, руководитель группы, некий интернет-оператор, в отношении которого дело выделено, поставлял через тайники оборудование и ингредиенты, они в своей лаборатории производили наркотик, фасовали, в тайники помещали и координаты передавали руководителю группы. То есть это их роль производителей была, за рамки этой роли они не вышли. Они не общались ни с кем, кроме руководителя группа. Покушение на сбыт руководителю группы быть не может - это член одной организованной преступной группы. Даже если согласиться с тем нелогичным выводом, что это они произвели, хотя в материалах дела нет этому доказательств, то этот состав 2 930 грамм включен и по ч.5 ст.228.1 УК РФ как они произвели, и еще выделен через ч.З ст. 30 УК РФ, как покушение на сбыт.

Они ни с кем не общались из оптовых поставщиков. Еще три человека были задержаны, их включили в организованную группу, которые оптовые закладки потом получали и уже распространяли. Их роль - фасовка и помещение в тайники - была только как производителей. Поэтому их фактически дважды за одно и тоже осудили. Этот состав наркотиков включили в общий объем произведенного, и эти же 2 кг. 930 грамм выделили, что они покушали на сбыт. Тогда у нас фактически любое производство должно квалифицироваться как покушение сбыт, поскольку они производят и передают руководству преступной группой для дальнейшей реализации. Я приводил в совей жалобе ссылку на аналогичную ситуацию, когда Судебная коллегия Верховного Суда РФ установила, что это повторное осуждение за одни и те же действия. То есть, через тайники получили ингредиенты, произвели, в тайники поместили - это роль производителя, а не сбытчика.

Это неправильное применение норм материального права. Вторая статья, покушение на сбыт, охватывается уже производством. Они не получали от руководителя деньги за произведенное наркотическое средство по той же ст.228.1 УК РФ они уже осуждены. Хочу поддержать доводы жалобы моего подзащитного по некой жидкости. Это какой-то нонсенс. Изъяли 100 5 канистр с отхода и в 98 канистрах в общем количестве 112 кг жидкости. В этой жидкости обнаружили наркотическое средство «мефедрон». Путем выпаривания пересчитали эту жидкость на сухой остаток. Сухой остаток, получившийся путем выпаривания, 8470, 3 грамм предъявили как средство «мефедрон». Апелляционная инстанция в этой части даже согласилась с доводами защиты и исключила смесь мефедрона с прекурсорами, поскольку для немедицинского употребления смесь мефедрона с прекурсорами не пригодна. Эта жидкость неизвестного состава, в которой содержался мефедрон, она не то что не пригодна - это вообще отходы. Это сложный процесс, который подтверждается заключением эксперта, который описал мой подзащитный, любое нарушение в синтезе: температурный режим, ингредиенты неправильно смешал - уже не получается результат, не удается извлечь этот мефедрон. Здесь эксперт пишет, что он эту жидкость выпаривал при температуре ПО градусов и получилось сухого остатка 8, 5 кг. и это вменяется в производство. Что такое этот сухой остаток? Никто его не исследовал путем выпаривания. Как они описали процесс изготовления и экспертиза подтвердила - последняя стадия - это заморозка, только в морозильной камере выпадал остаток мефедрона.

Таким образом, даже в заключении эксперта нет, что выпаренный остаток - это наркотическое средство. Каким образом им вменили это количество наркотиков - совершенно непонятно и необоснованно. В данной части доводы жалобы своего подзащитного я поддерживаю, они об этом говорили изначально. Да, они изготовили, что изготовили - изъяли. Но эти отходы непонятного состава, которые выпаривались, и там непонятно что получилось -не сухой остаток, не жидкость содержащая мефедрон - не пригодна для немедицинского употребления. Апелляционный суд согласился с тем, что смесь мефедрона с прекурсорами не пригодна для немедицинского употребления и исключил обвинение в этой части, а эту жидкость неизвестного состава и сухой остаток, которого нет в экспертизе, оставили, что 8 470 грамм - они якобы произвели это наркотическое средство. Но к наркотическому средству эта жидкость не относится и сухой остаток, который получен путем выпаривания, также не относится.

Это второй основной момент, в жидком виде мефедрона не существует, эти 8 470 грамм должны быть исключены из судебных актов. Третий основной момент это то, что апелляционная инстанция моему подзащитному вменила отягчающее обстоятельство, то есть ухудшила положение, указав, что у него была наибольшая степень фактического б участия в производстве. Это никак не обоснованно и не мотивировано, фактически это отягчающее обстоятельство, от которого мы не может защищаться на данной стадии. Следователь на стадии предварительного следствия не указал эту роль. Суд первой инстанции не указывал эту роль. А апелляционный суд особо активную роль моему подзащитному указал.

Каким образом мой подзащитный мог от этого защищаться? Нам приходится в кассационной инстанции защищаться от этого признака, хотя так не должно быть. На стадии предварительного следствия и первого судебного рассмотрения дела об особо активной роли отношении моего подзащитного никто особо не говорил. Это послужило основанием, что ему исключили ст.64 УК РФ. В чем это выразилось? Что он предоставил жилище и транспорт. Обращаю внимание, что жилище он не предоставил, на жилище выделил деньги организатор группы, перечислил на счет умершего Савченко. Савченко эти деньги обналичил. То есть на приобретение этого жилища, где они организовали лабораторию, не Бакан предоставил жилье, а это было куплено на деньги организатора группы.

Документы были оформлены на него, но на кого-то это должно было оформляться. Все трое производителей передвигались на транспорте, у всех транспорт был задержан. Мы были лишены возможности защищаться от признака особо активной роли. Фактическим обстоятельствам эти судебные акты не соответствуют по вышеназванным причинам, поэтому прошу доводы моей жалобы и жалобы моего подзащитного удовлетворить, приговор суда первой инстанции и апелляционное определение изменить, исключить из обвинения моего подзащитного Бакана покушение на сбыт, то есть преступление, предусмотренное ч.З ст.ЗО ст.228.1 УК РФ, поскольку это повторное осуждение за одни и те же действия, с применением ст.64 УК РФ снизить размер. Апелляционная инстанция с учетом этого признака, необоснованно установленного, увеличила срок моему подзащитному на 6 лет. Хотя со стадии первых рапортов оперативников о результатах ОРД и до обвинительного заключения никакой активной роли у моего подзащитного не имелось. Он сотрудничал с первого дня, дал признательные показания. Выезжал на место, где указал, где они производили, в лесу, протокол осмотра места происшествия в лесу есть.

Показывал, где в Саратовской области пытались делать, но ничего не получилось. Его показания изобличали и соучастников, и процесс изготовления, который экспертиза подтвердила. На этих показаниях он последовательно настаивал, признавал вину, сотрудничал. В оперативных 7 мероприятиях он не участвовал, в оперативных мероприятиях была связь с интернет-оператором, но он и раньше не общался с ним. Он не был инициатором вступления в преступную группу. Умерши Савченко наладил связь с оператором, общался по телефону с оператором, деньги ему приходили, он их распределял. Это несправедливо и негуманно выделить его из всех соучастников, по сути особо активную роль ему предъявили и из всей группы ему назначили самое строгое наказание. Прошу наказание снизить с применением ст. 64 УК РФ.

Предоставляется слово осужденному Бакану М.В.: Ваша честь! Я полностью согласен со своим защитником. Дополнений не имею, адвокат озвучил все доводы.

Предоставляется слово осужденному Шерстюкову Р.А.: Уважаемый суд! Все свои доводы я написал в кассационной жалобы, полностью поддерживаю доводы адвоката своего подельника, у меня та же ситуация, кроме ст. 64 УК РФ.

Предоставляется слово адвокату Макарову А.В.: Уважаемый суд! Действительно, обвинение, предъявленное Шерстюкову и Бакану, охватывает одни и те же действия. Судом апелляционной инстанции им была дана немного разная оценка. Доводы, изложенные в кассационных жалобах Бакана и Шерстюкова, в общем совпадают, за небольшими расхождениями. Этим доводам был дан подробный развернутый комментарий моим коллегой. Поэтому я не вижу смысла повторяться, я согласен с теми доводами, которые изложил в своей жалобе Шерстюков и о которых говорил мой коллега - защитник Бакана. Я также не вижу логики в выводах суда апелляционной инстанции, который с одной стороны уменьшает объем обвинения, а с другой стороны увеличивает наказание, ссылаясь на формальные формулировки.

Поддерживаю доводы кассационной жалобы моего подзащитного, прошу приговор от 5 апреля 2022 года и апелляционное определение судебной коллегии Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции от 7.07.2002 года в отношении Шерстюкова изменить, уголовное преследование по ч.З ст.ЗО ч.5 ст.228.1 УК РФ прекратить в части покушения на сбыт наркотического средства «мефедрон» размером 2930 грамма, соответственно, снизить назначенное наказание.

На вопрос председательствующего осужденный Шерстюков РА.

8 сообщает, что поддерживает выступление своего подзащитного.

Председательствующий выясняет мнение сторон по вопросу о взыскании процессуальных издержек, связанных с участием в деле адвоката по назначению суда Макарова А.В. Сообщает осужденному Шерстюкову Р.А., что за ознакомление с делом и за участие в судебном заседании адвокат просит выплатить ему 4472 руб., разъясняет положения ст.ст. 131, 132 УПК РФ о порядке возмещения процессуальных издержек, связанных с участием в деле адвоката.

Председательствующий выясняет, имеются ли какие-либо ходатайства (просьбы), касающиеся процессуальных издержек.

Осужденный Шерстюков Р.А.: Я согласен.

Адвокат Макаров А.В.: Поддерживаю своего подзащитного.

Предоставляется слово государственному обвинителю Киселевой М.А.: Ваша честь! Полагаю, что судебные решения в отношении осужденных, которые их обжаловали, являются законными и обоснованными. Осужденные Шерстюков и Бакан, а также защитник последнего, не соглашаясь с судебными решениями, просят их изменить, исключив, по их мнению, излишнюю квалификацию по ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст.

228.1 УК РФ, снизить назначенное им наказание, применив, в том числе к Бакану положения ст. 64 УК РФ. Основаниями отмены или изменения судебных решений в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Таких обстоятельств по делу не усматривается.

Так, доводы жалоб в части неправильно вмененного веса изъятого наркотического средства, опровергаются совокупностью достаточных доказательств: показаниями самих осужденных, соучастников, свидетелей, которые не противоречат и согласуются с иными доказательствами по делу: протоколами осмотров мест происшествий, заключениями экспертиз в части изъятых наркотических средств и прекурсоров; в суде были допрошены эксперты Захарова, Ермаков, Кравченко, Николаев, Куничкина, которые подтвердили свои выводы, изложенные в заключениях, иными материалами всесторонне и полно исследованных в судебном заседании и получивших надлежащую оценку в приговоре. Доводы защиты, о неправильной квалификации действий осужденных всесторонне проверялась судами первой и апелляционной 9 инстанций и обоснованно отвергнуты. Суды нижестоящих инстанций привели мотивы, с которыми следует согласиться: о том, что осужденные совместно с лицом, в отношении которого уголовное преследование прекращено, и иными неустановленными лицами в полном объеме выполнили и объективную сторону преступления, квалифицируемого как покушение на незаконный сбыт мефедрона. С использованием электронных весов, вакуумного упаковщика и полимерных пакетов в составе организованной группы по согласованию с осужденными, лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено, расфасовало часть незаконно изготовленного мефедрона и затем, разместив в тайниках-закладках, координаты которых сообщило неустановленному «руководителю», то есть данные действия выходили за рамки их деятельности по производству наркотических средств, которое осужденными не оспаривается (приговор л. 54-56, апелляционное определение — л. 19). Оснований для иной правовой оценки действий осужденных, чем та, которая дана им в судебных решениях, не имеется. При назначении наказания - суд первой инстанции, а также суд второй инстанции с учетом представления прокурора об усилении назначенного осужденным наказания, выясняли все обстоятельства, которые влияют на меру ответственности осужденных и относятся к их личности и содеянному ими, не установлено правовых оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 73 УК РФ. Вторая инстанция обоснованно указала на несоответствие общественной опасности преступлений, несправедливости и несоразмерности содеянному, что не отвечает задачам исправлению осужденных, и усилила назначенное первой инстанцией осужденным наказание как по ч. 5 ст.228.1 УК РФ, так и по совокупности преступлений. Оснований считать наказание чрезмерно суровым не имеется. Каких-либо иных данных, влияющих на вид и размер наказания, неустановленных нижестоящими судами либо неучтенных ими в полной мере, вопреки доводам жалоб, не усматривается. Суд апелляционной инстанции проверил законность, обоснованность и справедливость приговора по доводам представления и жалобам и вынес соответствующее определение. При этом аналогичные доводы жалоб об излишней квалификации, весе изъятого наркотического средства и др. рассмотрены и отвергнуты с изложением в апелляционном определении мотивированных выводов, с которыми следует согласиться. Существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела, которые могут быть основаниями для отмены или изменения судебных ю решений в кассационном порядке, не имеется. На основании изложенного прошу судебные решения в отношении осужденных Шерстюкова Р.А. и Бакана М.В. оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетворения. Полагаю, что необходимо взыскать процессуальные издержки с осужденного.

Суд удаляется в совещательную комнату.

По возвращении из совещательной комнаты оглашаются вводная и резолютивная части определение суда кассационной инстанции и определение о выплате вознаграждения адвокату.

Председательствующий разъясняет участникам процесса право на обжалование определения в порядке судебного надзора в Президиум Верховного Суда Российской Федерации.

Судебное заседание объявляется закрытым/ Председательствующий^^- к/Мя Секретарь 11