32RS0022-01 -2021 -000972-50 ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ № 83-КГ22-6-К1 № 2-16/2022
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Москва 28 февраля 2023 г.
Судья Верховного Суда Российской Федерации Горшков В.В., изучив кассационную жалобу Белоножко Ирины Петровны на решение Погарского районного суда Брянской области от 18 февраля 2022 г., апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Брянского областного суда от 12 мая 2022 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 22 сентября 2022 г.
по материалам истребованного дела № 2-16/2022 по иску Белоножко Ирины Петровны, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних Корабец Федора Владимировича и Белоножко Дарьи Васильевны к муниципальному бюджетному образовательному учреждению «Стеченская средняя общеобразовательная школа», Министерству финансов Российской Федерации, администрации Погарского района Брянской области, Управлению образования администрации Погарского района Брянской области о взыскании компенсации морального вреда и вреда, причиненного в результате эксплуатации сооружения,
установил:
Белоножко И.П., действуя в своих интересах и в интересах своих несовершеннолетних детей Корабец Ф.В. и Белоножко Д.В., обратилась в суд с иском к МБОУ «Стеченская средняя общеобразовательная школа», Минфину России, администрации Погарского района Брянской области, Управлению образования администрации Погарского района Брянской области и просила взыскать с надлежащего ответчика компенсацию морального вреда в размере 4 000 000 руб. в пользу Белоножко И.П.;
в размере 2 000 000 руб. в пользу Белоножко И.П., действующей в интересах несовершеннолетнего Корабец Ф.В.; в размере 2 000 000 руб. в пользу 2 Белоножко И.П., действующей в интересах несовершеннолетней Белоножко Д.В., сумму вреда в соответствии со статьей 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации в размере 3 000 000 руб.
в пользу Белоножко И.П.
Иск обоснован тем, что 24 мая 2018 г. сын Белоножко И.П. Белоножко Е.В., 2014 года рождения, вместе с тремя детьми потерпевшей ушел гулять во двор дома. Около 17 час. 00 мин. этого же дня Белоножко И.П. отправилась на поиски сына, однако найти его не удалось.
В ходе организованных спасательно-поисковых мероприятий на четвертый день поисков тело ребенка было обнаружено в выгребной яме туалета, находившегося недалеко от МБОУ «Стеченская СОШ». Истец указал, что падение несовершеннолетнего Белоножко Е.В. в выгребную яму туалета произошло вследствие ненадлежащего содержания ответчиками данного недвижимого имущества, находившегося вблизи МБОУ «Стеченская СОШ».
Для истца Белоножко И.П. смерть в выгребной яме ее малолетнего сына Белоножко Е.В. является тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие, тяжкие страдания и переживания, вызванные такой утратой. Несовершеннолетние Корабец Ф.В. и Белоножко Д.В. также до настоящего времени испытывают страдания от гибели своего брата Белоножко Е.В. при вышеуказанных обстоятельствах.
Решением Погарского районного суда Брянской области от 18 февраля 2022 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Брянского областного суда от 12 мая 2022 г.
и определением судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 22 сентября 2022 г., иск к Управлению образования администрации Погарского района Брянской области и администрации Погарского района Брянской области удовлетворен частично.
Суд взыскал с Управления образования администрации Погарского района Брянской области, а при недостаточности денежных средств в порядке субсидиарной ответственности - с администрации Погарского района Брянской области: в пользу Белоножко И.П., действующей в своих интересах, компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.; в пользу Белоножко И.П., действующей в интересах несовершеннолетнего Корабец Ф.В., компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.;
в пользу Белоножко И.П., действующей в интересах несовершеннолетней Белоножко Д.В., компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований к Управлению образования администрации Погарского района Брянской области и администрации Погарского района Брянской области отказано.
В удовлетворении иска к МБОУ «Стеченская общеобразовательная школа» и Минфину России отказано.
средняя 3 В кассационной жалобе Белоножко И.П. просит передать дело для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены состоявшихся судебных постановлений.
При изучении доводов кассационной жалобы по материалам дела, истребованного судьей Верховного Суда Российской Федерации Гетман Е С . 1 декабря 2022 г., установлены основания для передачи данной кассационной жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
Основаниями для отмены или изменения судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 390 14 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
По мнению заявителя, такого характера нарушения норм права были допущены судами при вынесении оспариваемых судебных постановлений.
Как установлено судами, 24 мая 2018 г. сын Белоножко И.П. Белоножко Е.В., 2014 года рождения, вместе с тремя детьми потерпевшей ушел гулять во двор дома. Около 17 час. 00 мин. этого же дня Белоножко И.П. отправилась на поиски сына, однако найти его не удалось.
В ходе организованных спасательно-поисковых мероприятий на четвертый день поисков тело ребенка было обнаружено в выгребной яме туалета, находившегося недалеко от МБОУ «Стеченская СОШ».
Согласно выводам судебно-медицинской экспертизы трупа Белоножко Е.В. непосредственной причиной смерти последнего явилась механическая асфиксия от закрытия просвета дыхательных путей жидкостью при утоплении.
Приговором Погарского районного суда Брянской области от 21 октября 2019 г. по уголовному делу по обвинению Ермощенко Р.Н. в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 293 Уголовного кодекса Российской Федерации («Халатность»), в ходе которого последней инкриминировалось то, что она, состоя с 26 апреля 2004 г. в должности директора МБОУ «Стеченская СОШ», не приняла должных мер, направленных на обеспечение охраны жизни и здоровья находившихся вблизи от туалета лиц, на обеспечение безопасной эксплуатации надворного туалета и его приведение в соответствие с действующими санитарным правилами и нормами, в результате чего произошла гибель Белоножко ЕВ., подсудимая (Ермощенко Р.Н.) была оправдана на основании пункта 2 части 2 статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в 4 связи с непричастностью к совершению преступления. Названный приговор вступил в законную силу, материалы уголовного дела судом были направлены руководителю следственного органа для производства предварительного расследования и установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.
Из приговора следует, что туалет находится на прилегающей к границам занимаемого МБОУ «Стеченская СОШ» земельного участка территории общего пользования, помещение туалета на балансе указанного образовательного учреждения не состояло, находилось за пределами определенных в ЕГРН границ участка, на котором оно расположено, на каком-либо вещном праве за ним не закреплялось и в оперативное управление не передавалось, при том, что приведенные события имели место в период времени, когда образовательное учреждение не осуществляло свою работу и образовательную деятельность, при этом погибший Белоножко Е.В.
обучающимся в данном образовательном учреждении не являлся.
Судом по настоящему делу также установлено, что вышеуказанный туалет возведен в 2002 году по заказу и за счет средств районного отдела образования Погарского района (в настоящее время - Управление образования администрации Погарского района Брянской области).
Несовершеннолетние Корабец Ф.В., 7 июня 2007 г. рождения, и Белоножко Д.В., 7 марта 2011 г. рождения, являются детьми истца Белоножко И.П.
Суд первой инстанции, удовлетворяя частично исковые требования, руководствовался положениями статей 150, 151, 1064, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 1 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», и исходил из того, что УОА Погарского района (ранее РОО Погарского района) обязано было принимать исчерпывающие меры, обеспечивающие надлежащее санитарное содержание надворного кирпичного туалета, однако он не соответствовал требованиям СанПиН 42-128-4690-88 и Федерального закона от 30 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения».
Суд пришел к выводу, что моральный вред истцу и ее детям причинен вследствие ненадлежащего санитарного содержания имущества, созданного по заказу и за счет ответчика УОА Погарского района (ранее РОО Погарского района), доказательств отсутствия вины ответчика представлено не было.
5 Принимая во внимание, что по обязательствам казенного учреждения при недостаточности у него денежных средств субсидиарную ответственность несет собственник его имущества, суд первой инстанции, установив, что собственником имущества УОА Погарского района является муниципальное образование «Погарский район Брянской области», пришел к выводу о привлечении ответчика администрации Погарского района Брянской области к субсидиарной ответственности.
Определяя размер компенсации морального вреда в пользу матери Белоножко И.П., суд первой инстанции указал, что принял во внимание фактические обстоятельства гибели несовершеннолетнего Белоножко ЕВ., глубину переживаний истца на протяжении длительного времени в связи со смертью сына, ее возраст, состояние здоровья, степень вины лица, на котором лежала обязанность по санитарному содержанию имущества, характер и тяжесть причиненных истцу физических и нравственных страданий, психическое состояние, в связи с чем пришел к выводу о взыскании в пользу Белоножко И.П. компенсации морального вреда в размере 300 000 руб. из 4 000 000 руб. заявленных в иске.
При определении размера компенсации морального вреда, заявленного истцом в интересах ее несовершеннолетних детей Корабец Ф.В. и Белоножко Д.В., суд отметил, что учел характер и тяжесть причиненных несовершеннолетним физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства гибели несовершеннолетнего Белоножко Е.В., степень близких родственных отношений между ними и погибшим братом, глубину их переживаний, степень вины лица, на котором лежала обязанность по санитарному содержанию имущества, психическое восприятие братом и сестрой случившегося с учетом их возраста, требования разумности и справедливости и взыскал компенсацию морального вреда по 100 000 руб.
каждому из 2 000 000 руб. на каждого ребенка, заявленных в иске.
Также суд отказал в удовлетворении требования о взыскании суммы вреда в соответствии со статьей 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации в связи с тем, что гибель Белоножко Е.В. произошла вследствие нарушения требований по санитарному содержанию имущества, а не в результате нарушения градостроительных норм.
С позицией суда первой инстанции и ее обоснованием согласились суды апелляционной и кассационной инстанций.
В кассационной жалобе заявитель выражает несогласие с выводами судов по следующим основаниям.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, 6 принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (абзац первый статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (абзац второй статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
7 Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г.
№ 10, при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.
Из изложенного, как считает истец, следует, что, поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.
При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.
По мнению заявителя, приведенным нормативным положениям, регулирующим вопросы компенсации морального вреда и определения размера такой компенсации, разъяснениям Пленума Верховного Суда 8 Российской Федерации по постановления не отвечают.
их применению обжалуемые судебные Так, суд, устанавливая компенсацию морального вреда матери, брату и сестре погибшего ребенка в размере, соответственно, 300 000 руб., 100 000 руб. и 100 000 руб., ограничился формальным приведением нормативных положений, регулирующих вопросы компенсации морального вреда и определения размера такой компенсации, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению и ссылкой на общие принципы определения размера компенсации морального вреда, закрепленные в названных нормативных положениях, однако неправильно применил их к спорным отношениям.
Судом не учтено, что, по смыслу действующего правового регулирования, размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом и ее несовершеннолетних детей физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями каждого из них, и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела.
Также судом не обоснован вывода о том, почему вышеназванные суммы, которые значительно ниже заявленной истцом к взысканию компенсации морального вреда (в 13 раз - в отношении истца и в 20 раз - в отношении детей истца), являются достаточной компенсацией причиненных истцу и ее несовершеннолетним детям физических и нравственных страданий гибелью сына и брата по вине ответчика.
Суд, указывая на то, что истцу и его несовершеннолетним детям в связи со смертью сына и брата причинен вред и они понесли нравственные и физические страдания, вместе с тем не привел мотивы относительно того, какие конкретно обстоятельства дела повлияли на размер взысканной суммы компенсации морального вреда и какие из этих обстоятельств послужили основанием для значительного снижения суммы компенсации морального вреда по сравнению с заявленной истцом в иске.
Заявитель кассационной жалобы считает, что с учетом изложенного вывод суда о присуждении истцу и его несовершеннолетним детям суммы компенсации морального вреда в размере 300 000 руб. и по 100 000 руб., соответственно, нельзя признать правомерным, поскольку в нарушение норм материального права об основаниях, принципах и критериях определения размера компенсации морального вреда он не мотивирован, критериям разумности и справедливости не отвечает.
Исходя из части 1 статьи 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации (в редакции на момент гибели Белоножко Е.В.), в случае причинения вреда личности гражданина вследствие нарушения требований к обеспечению безопасной эксплуатации сооружения собственник такого сооружения, если не докажет, что указанное нарушение возникло вследствие умысла потерпевшего, действий третьих лиц или чрезвычайного и 9 непредотвратимого при данных условиях обстоятельства (непреодолимой силы), возмещает вред в соответствии с гражданским законодательством и выплачивает компенсацию сверх возмещения вреда родителям потерпевшего в случае смерти потерпевшего - в сумме три миллиона рублей.
В силу статьи 11 Федерального закона от 30 декабря 2009 г. № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» здание или сооружение должно быть спроектировано и построено, а территория, необходимая для использования здания или сооружения, должна быть благоустроена таким образом, чтобы в процессе эксплуатации здания или сооружения не возникало угрозы наступления несчастных случаев и нанесения травм людям - пользователям зданиями и сооружениями в результате скольжения, падения, столкновения, ожога, поражения электрическим током, а также вследствие взрыва.
Заявитель полагает, что с учетом процитированных норм у суда не было оснований для отказа в удовлетворении искового требования о возложении на ответчика ответственности по возмещению вреда в соответствии со статьей 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации, поскольку все требования основаны на одних и тех же обстоятельствах, положенных в основу иска.
Данные доводы кассационной жалобы заслуживают внимания и вызывают сомнение в законности обжалуемых судебных постановлений, в связи с чем кассационную жалобу Белоножко И.П. с делом следует передать для рассмотрения по существу в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
На основании изложенного и руководствуясь пунктом 2 части 2 статьи 3907, статьей 390 10 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,
определил:
кассационную жалобу Белоножко Ирины Петровны с делом передать для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
Судья Верховного Суда Российской Федерации ' ' 1!\| \ \ В.В. Горшков